Бывшие. Я не смог ее забыть (СИ)

- После того как ты в очередной раз напился из-за вашего скандала, я позвонил ее отцу. Мы встречались же один раз, но мне этого раза хватило, чтобы понять: этот человек…очень гордый и самовлюбленный. Он не потерпит оскорбления в свою сторону и…
- И?
- Я его оскорбил. Сказал, что Кристина для нас не та невестка, которую мы готовы были бы принять, поэтому я дам ему деньги, а он сделает так, чтобы она исчезла. Естественно, он встал в позу. Его Кристина - точка, в котором сходится мир. Я знал, что он так отреагирует. Мы немного повздорили, а потом решили, что самым лучшим решением будет…банальная смена номеров. За деньги это сделали быстро и незаметно, поэтому больше ты не мог до нее дозвониться, а она не могла до тебя. Вот и вся история.
  
Еще пару мгновений Рома смотрит мне в глаза, а меня душит страх. Какая будет реакция? Я не знаю…
Если бы так поступили со мной и Ниной, я бы счел это предательством. Самых близких. Возможно, сейчас я потеряю своего сына…
Он переводит взгляд перед собой, ковыряет пальцы, а потом вздыхает.
- Я…кажется, понимаю, зачем вы это сделали.
Вздрагиваю, как будто бы при ударе. Что?
- По…нимаешь?
Рома пару раз кивает, давя смешок.
- Я тут сижу не один час…похоже. Очень многое вспомнил. Творил дичь, бухал и срывался. Мне рвало крышу. А она…судя по всему, того не стоила. Я не видел в детстве, что мной играют, но опять же. Я уже вырос. Мне казалось, что она не изменилась, потом казалось, что с ней что-то произошло, из-за чего она стала...другой, но, похоже, Кристина всегда была такой. Ей всегда было насрать на всех, кроме себя, и она всегда манипулировала мной. Единственное, с чем я согласен…наверно, это был незакрытый гештальт, и его закрытие очень дорого мне стоило.
Еще раз вздохнув, Рома поднимает глаза и слабо улыбается.
- Не вини себя, старый. Ты здесь ни в чем не виноват.
Слабо верится.
- Ты знаешь... - начинаю осторожно, - Василий-то с той женщиной до сих пор вместе. Если...
- Стоп.
- М?
- Нет, эта часть истории меня не касается.
Теперь хмурюсь я, а Рома издает тихий смешок.
- Правда в том, что до того момента, как я ее увидел, я о ней не вспоминал. После больницы с мамой, после всего, я заставил себя забыть. Сначала получалось откровенно плохо, но...когда появилась Лера...Кристина выпала из моей памяти. Не было у меня никаких о ней мыслей, да и когда? Лера же...точно маленький тайфун. Ее энергии хватит, чтобы питать несколько маленьких городов. Как бы я мог думать о ком-то еще?
Он снова смотрит мне в глаза и жмет плечами.
- Думаю, на меня сработали определенные слова, которые вернули меня на одно мгновение в прошлое, и с того мгновения все посыпалось. Когда я возвращался в реальность, ничего, кроме чувства стыда, я не испытывал. Да, это был незакрытый гештальт...наверно, и судя по всему, у меня не было шансов, но теперь мне хотя бы все ясно. Я все спрашивал себя: почему меня так повело? Почему в моменте меня срывает будто бы в прошлое за пупок? Ведь я вырос, а сердце мое осталось в прошлом…Нет, это не так. Я не похож на Василия, который спланировал свой развод с супругой. Я помню, как хорошо он все спланировал… у меня не так. Но это мое, а не твое, ладно? Это все только мое. Мой бумеранг.
- Мне кажется, что это и мой бумеранг тоже, Ром. Если бы я тогда не вмешался…
- Мы не знаем, как бы все обернулось. Не думай об этом, окей? Я тебе за все благодарен. Тебе и маме. Остановимся на этой точке.
Я слегка киваю, хотя слабо верю, что действительно ни в чем не виноват. Может быть, надо было дать чуть больше времени, а может быть, и нет. Теперь мы уже не узнаем…
Осматриваю разрушенную спальню, темный дом. Рома делает то же самое и вдруг шепчет.
- Я люблю ее, отец. Это может звучать как угодно…в свете всех событий, только…Я расставил приоритеты и выбрал, просто мозг встал на место слишком поздно. Но я обещаю, что не будет того, что было когда-то. Я не стану бухать, не буду больше творить дичь. Вы с мамой не пройдете через все это снова, даю слово. Из-за нее мне не хочется себя убивать…кажется, если Лера вдруг об этом узнает, то я сделаю только хуже. Не хочу, чтобы она тоже винила себя, как ты. А она будет. Я ее знаю - она будет…
Киваю пару раз.
- И что ты будешь делать дальше?
- Не знаю, - честно признается он, - Наверно, уйду в работу. Я насрал не только в своей семье, но и в бизнесе. Придется разорвать все договоренности с Эмилем.
- По…
- Она - его жена, - издает смешок, а потом тихо цыкает, - Я…конечно выдал, но работать с ним уже не смогу. Надо рвать. Попытаться отсосать весь яд из своей жизни и стать другим человеком. Тем, кто больше никогда...
- Ром…
- Да, я знаю. Ты думаешь, что я опять зациклился. Но это другое. Это не то же самое, что было с Кристиной. Все иначе теперь… Я не буду делать глупостей, но я постараюсь измениться. Наверно, ради себя. А может быть, в надежде на...неважно. В любом случае, еще раз через весь этот ад пройти…ни за что в жизни.
Я смотрю на своего сына и вижу перед собой мужчину. Конечно, он давно уже вырос, но по-настоящему мы все равно взрослеем, проходя через трудности, а у него их до сих пор не было. Сейчас в Роме не осталось больше ничего мальчишеского, он серьезен, и самое приятное, мне нравится, что он говорит. Возможно, бумеранги - это не всегда плохо? Может быть, так жизнь нас толкает к изменениям, которые нам необходимы?
Хотелось бы верить.
Рома
В тот дом я больше не возвращался. Той же ночью уехал с отцом, на следующий день вызвал клининговую службу, а когда получил от адвокатов список того, что Лера хочет получить, сразу же выставил его на продажу.
Она не просила ничего, кроме своих вещей и машины. Я отдал ей это, а сверху дал денежную подушку безопасности. Пусть в своей новой жизни она не нуждается ни в чем.
С Эмилем я тоже порвал все связи, объяснив это непредвиденными, семейными обстоятельствами. О нас с Кристиной я ничего не сказал, рассудив, что если разрушилась моя семья, это не значит, что я должен разрушать и их. Вдруг у нас с Лерой не получилось, а там все возможно? Мстить мне было не за что, да и не хотелось: винить во всем Кристину казалось все еще невероятно глупым предприятием. Это не она была жената на Лере, и это не она разрушила брак. Мой. А за остальное? Уже было неважно. Я вырос, захлопнув свой гештальт дорогой ценой, и теперь мне хотелось просто побыстрее обо всем забыть.
Еще через три недели мой адвокат связался со мной и назначил дату подписания бумаг. Он вскользь обмолвился, что будет только адвокат Леры, а ее нет. Кольнуло сильно.
- Она настолько меня ненавидит, что даже не придет развестись со мной? - зачем-то спросил я, и получил ответ, который кольнул еще сильнее.
- Господин Измайлов...Насколько мне известно, Валерия покинула страну неделю назад и в ближайшее время возвращаться не собирается.
Я потерялся.
Куда она уехала и зачем? Наверно, тоже уже было неважно. Я обещал оставить ее в покое, и я сдержал свое слово, но именно в этот момент мне захотелось выпить: все действительно закончилось. Все нити срезаны, и я остался один. Без первой любви, от которой мне, судя по всему, нужна была только точка. И без любимой жены, которую я вряд ли смогу забыть...
Я это просто чувствую.
Все будет иначе теперь. Совсем-совсем по-другому...
  
«Последний аккорд»
 
Эмиль, два с половиной месяца спустя
Я горжусь собой.
Оказывается, мне подвластно то, что обычно считается невозможным, а именно: максимально сдерживать все свои порывы.
  
Два с половиной месяца, как личный рекорд! И, бесспорно, доказательство моим словам. От этого чувствую себя потрясающе, еще лучше ощущаю, когда понимаю, что все подошло к своему логическому завершению: остались только маленькие детали.
Блаженно улыбаюсь, достав с верхней полки свой чемодан, в который складываю первые попавшиеся на глаза вещи. В принципе, это не имеет значения, какие именно костюмы я положу: носить их все равно не собираюсь. Туда, куда я еду, в костюме ходить, означает самого себя подвесить за яйца. Спасибо, мне уже достаточно того, что я имею.