Бывшие. Я не смог ее забыть (СИ)
- Я люблю тебя, маленькая. Я безумно тебя люблю.
Прости меня за то, что я сделал. Если бы я мог это объяснить хотя бы себе, то смог понять, как остановиться раньше, чем упасть ниже уровня дна.
Жмурюсь, когда в горле начинает спазмить. Вдох сделать нереально сложно, и снова дико-дико больно, потому что мне кажется, что я ее теряю…
Лер, ты прости. Прости меня, хотя что тебе от этого прости? Единственное, что мне остается - это надеяться, что ты никогда не узнаешь, какой мудак твой муж и как не хило он сорвался.
Никогда таким не был и быть не хотел. Я никогда всего этого не хотел, но…прости меня, Лер. Прости…
***
Не знаю, на что я все-таки надеялся. Меня никто сверху не услышал, я снова оказался на дне. Но! С разницей лишь в том, что на этот раз это действительно было дно моей кроличьей норы.
Я сижу на нашей постели. Кристина стоит передо мной на коленях и отчаянно старается захватить член поглубже, но это уже неважно. Я не чувствую ее губ, не чувствую ее прикосновений. Все пропало резко и растворилось в адском сердцебиении и внутренней дрожи.
У меня упал.
Кристина медленно отстраняется и тихо спрашивает:
- Ром, все в порядке?
Нет, Кристина, не в порядке. Я смотрю в дверной проем. Мозг закаратило. Мир сузился до одного-единственного, чего я так боялся.
На пороге нашей спальни стоит Лера. Белая, как снег. Сжатая.
Я не знаю, на что я надеялся? Кроличья нора давила и разрушала. Кроличья нора всегда только давит и разрушает. Только я был не Алисой; и попал я не в Страну чудес, а совсем в другие места. Там было темно; там пахло болью и отчаянием. Там все было кончено.
Я не Алисой, которая свалилась в Кроличью нору и пережила потрясающее приключение. Я мудак, который буквально физически почувствовал и услышал свист бумеранга, который через мгновение прилетает мне в лоб и разбивает его до основания.
Лера резко поворачивается и убегает...
«Селфхарм»
Лера
Единственное живое существо, которое любит моя дражайшая начальница - это ее пес. Рыжий, забавный корги по имени Оскар. Естественно, в честь одной из самых значимых фигур моды: Оскара де ла Рента. Я называю его Кабачок.
Так вот. Примерно год назад случилось кое-что, выходящее за абсолютно все рамки. Наша «железная леди», наша Мерил Стрип, от которой не допросишься даже улыбки, хоть сальто перед ней исполни, хоть растянись в шпагат, пришла на работу в абсолютном раздрае. Как человек, который знает ее…господи, наизусть! А я знаю наизусть! Стыдно признаться, но мне известен точный размер ее груди, а еще имя ее гинеколога. Или ее любовников. Всех. За последние три года, что я работаю в качестве ее раба.
Конечно, иногда Сатана меня дико вымораживает, а иногда я хочу проломить ей башку хрустальным шариком от какого-то модного художника, который лежит на ее столе, и которым однажды она в меня даже запустила. Кстати, тогда пришлось ехать в центр по пробкам, чтобы купить новый. Так что, скажем так, он у нас сиквел, но об этом мы, конечно же, не распространяемся. Да и суть не в этом.
Как человек сочувствующий и вообще неспокойный, я не смогла сделать вид, что ничего не заметила. Ведь я заметила. Светлана в тот день была совершенно не в своем амплуа.
- Светлана? У вас что-то случилось? - спросила я тихо, когда ежедневная муштра под названием «планерка» у всего нормального мира, закончилась, и остальные работники журнала разбежались по своим местам.
Ха!
Тогда я нарушила негласное правило: не лезь к тигру в клетку. Но опять же! Иначе просто не могла. Она переживала и нервничала, и это было очень заметно.
Помню, как Сатана одарила меня ледяным взглядом и сослала на склад перебирать старые вещи для съемок. Спойлер: это было чистое наказание, потому что там водились крысы размером с мою голову, пахло столовкой, а еще работал уборщик-маньяк. По офису ходили легенды о паре тройке «помощниц», которые сильно (по меркам высоких стандартов глубокоуважаемой Сатаны, конечно же) накосячили и потом потерялись на этом складе.
«Их так никто и не виде-е-е-л…» - рассказывала одна из заведующих отдела...не помню уже какого. Да и не суть.
Суть в том, что нас стращали, как умели, с первой минуты нахождения в дорогой редакции. Новеньких. Этих разяв, у которых вечно глаза разбегались от восторга, и которые дико раздражали. Через какое-то время уже и меня, ведь за их косяки всегда отвечали старшие. Хотя, в оправдание моим коллегам, место действительно оказалось прескверное. Крыс я не видела, уборщик оказался обычным дядькой, который дал мне конфетку, чтобы не расстраивалась, а столовкой пахло вкусно. Тогда готовили котлетки. Самое дерьмовое в этой ссылки были не городские легенды, а ощущение мощнейшего обвала из шикарного офиса в подземные казематы, где гора заброшенных вещей только подчеркивала всю гадливость ситуации.
Безнадега…
Я провела там два дня, а потом меня вернули на этаж. Прямиком в кабинет к Сатане, и я, напитавшись отчуждением на пару жизней вперед, уже решила, что все. Уволит точно, но…чудо! Все вышло совсем наоборот.
Сатана дала мне пару заданий, был вечер. Потом она замолчала. Я уже думала тихо, спинкой отступать в приемную, как вдруг она тихо сказала…
- У нас на районе появился маньяк.
Хлопнуло меня знатно. Я сделала шажок обратно и прошептала в ответ:
- С вами все в порядке? Вы пострадали? Если…
Я помню, как она перебила меня смешком, а потом бросила на меня взгляд. Тогда под тенью ночи я впервые увидела в ней простую женщину. Сильную до невозможного днем и уязвимую ночью.
Конечно, оказалось, что маньяк - это очень громкое название для придурка, который ворует собак у богатых теток, а потом просит за их возвращение выкуп, ну, да ладно. С искренним желанием помочь, на следующее утро я притащила несколько сотен вариантов решения проблемы начиная с рассказов о том, как с такими придурками боролись когда-то там, заканчивая элегантным решением: обыкновенным маяком, который можно было бы внедрить в ошейник.
Мы выбрали второе.
Сатана встала, приказала мне идти за ней, потом пустила в свой лимузин, а потом и в свою квартиру. Через два часа я уехала оттуда с ее водителем и четырьмя пакетами ошейников, которые нужно было оснастить этими самыми маячками.
Рома ржал до слез. Пока тащил эти пакеты до мастерской, где меня уже ждали. Он ржал так сильно, что уронил один в лужу, за что следом получил еще одним по горбяке. И чуть не упал от смеха в ту же лужу…
Стоп. Это сейчас неважно.
Неважно даже то, как охренел мастер, когда я высыпала ему гору разных ошейников, шлеек, господи-боже, цепочек…короче, всего богатства Кабачка на стол.
Я веду это совершенно к другому.
Когда-то я читала, что лисица - очень бережливое животное. Вы знали? Она роет ямки, прячет туда еду…просто на всякий случай! И отчасти поэтому она и является олицетворением хитрости. Так вот. Я тоже была хитрой. Мне не хотелось ехать и позориться снова, поэтому я купила где-то двадцать таких маячков сверху. Это как взять дополнительный кофе, понимаете? На случай если основной прольется. Так и здесь. Обычная подстраховка.
Теперь в моем чулане стоит отдельный контейнер с этими самыми маячками.
Где-то в пять утра я решаю, что Рома окончательно заснул. Мне дико дискомфортно в его объятиях, которые в последнее время стали больше похожи на удушающие тиски.
Он меня ими давит.
Буквально впихивает в свое тело, прижимает к матрасу, обеими руками захватывает - и все; и поминай как звали.
Когда мне удается из этих капканов выбраться, делаю глубокий вдох и кошусь на него. Раньше Рома спал умиротворенно, а сейчас морщится. Интересно, что ему снится? Ай, это тоже неважно.
Тихонько встаю и крадусь на выход, но тут же замираю. Мое внимание привлекает телефон.
Я раньше никогда таким не занималась. Не потому что я считаю, что это гадко. Это не гадко. Если тебе нечего прятать, то это просто телефон, а не «НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ И НАРУШАТЬ МОИ ЛИЧНЫЕ ГРАНИЦЫ». В жопу вас всех. Тех, кто с пеной у рта защищает свои гребаные смартфоны - вот у кого там всегда найдется пара-тройка скелетов в цифровом поле. Я считаю, что ты можешь взять телефон, но с разрешения. Если прятать нечего, то и реакции не будет никакой.