Старшая школа Гакко. Книга восемнадцатая (СИ)
К тому же Рису тяжело проникать в поместья или даже целые территории, защищенные определенными артефактами, ну и аномалии для энергетических бельчат опасны. Тем не менее возможности открываются довольно широкие. Многие промышленники, банкиры, главы корпораций набрали силы и власти больше, чем иной аристократический род, а вот магии в их аурах совсем нет, как и надежно защищенных родовых поместий.
Так что даже с учетом всех ограничений ценность Рису взлетела до небес. Пожалуй, он теперь оружие гораздо опаснее всех моих питомцев кроме Вака Нуи. Да и то один это ядерная бомба, а второй целая сеть шпионов и киллеров в одном лице. В общем разные и просто не сравнимые звери. Начал аккуратно подбирать призрачному диверсанту цели. Точнее говоря, бельчата сами разбежавшись по Окинаве и округе носили нужные сведения.
Знать примкнувшая к Сюнтэнам была практически неуязвима. Все члены правящих семей кланов — высокоранговые маги, обучавшиеся или в островных школах или университетах Империи. К тому же они почти безвылазно сидят в защищенных поместьях. А вот напротив, корабли корейцев не имеют артефактов, защищающих от энергетических сущностей.
При этом часть капитанов и старших офицеров неодаренные, равно как и комсостав пехотной дивизии. Блин, можно врагу устроить самый настоящий террор. Жаль Рису не может убивать людей пачками, даже после одной атаки ему понадобилось пол дня, чтобы оправиться от нагрузок. Тем не менее кое-какие планы уже брезжат в голове. Перспективы захватывающие, то ли еще будет когда бельчонок усилится!
После спасения Такада почти сразу, не смотря на ранний час, связался с Сюнтэном. Корейца набирать не стал, это Король Рюкю заинтересован в обмене, а вероломный Джун Хи тут как бы не при делах. В конце концов Окинавой правит потомок древней династии или заезжий хангук? По крайней мере сейчас мне выгоден именно такой расклад, заодно надо попробовать вбить клин между местной знатью и корейцами, которых, к слову, не очень-то и жаловали все, без исключения, подданные Императора.
— Доброе утро, — поприветствовал самозванного короля, как только он взял трубку.
— Что-то случилось? — волнуется, значит за сына переживает, хороший знак.
— Да, обстоятельства поменялись, вчера ночью мы эвакуировали семью Такада, они теперь в безопасности, — с ходу ошарашиваю Сюнтэна.
— Это как-то меняет наши предварительные договоренности? — тут же спросил потомок королей Рюкю, явно намекая на обмен пленными. Кстати, с информацией о перемещении семьи Такада согласился сразу, или уже слышал о ночной диверсии, или настолько доверяет моим словам.
— Так вы вчера ни о чем со мной не договорились, я, собственно, поэтому и звоню, — начинаю потихоньку поддавливать, — У меня почти четыре тысячи пленных и ваш сын, против двух тысяч бойцов Такада, свободных, вооруженных и засевших в отличных укреплениях. Не находите, что тот обмен, который вы не приняли вчера, стал для меня еще более невыгодным?
— Вы хотите выдвинуть новые условия? — понял куда дует ветер Король Рюкю.
— Нет, просто пытаюсь дать понять, что сделка, предложенная мной вчера, слишком щедрая и если при этом вы будете тянуть, то я буду вынужден отказаться от какого-либо сотрудничества, — продолжаю потихоньку поддавливать, надо заставить нерешительного Сюнтэна проявить королевскую волю.
— Я должен посоветоваться со своими партнерами, — вновь завел старую песню Сюнтэн.
— Хмм… у меня ваши пленные, ваш сын, а солдат Изгоев контролируют ваши войска, — перечисляю очевидные вещи и с намеком спрашиваю, — Так ли необходимо согласие полковника Джун Хи?
— Мы с союзниками действуем совместно! — не купился на мои речи Сюнтэн, но чувствую зерно сомнения в его душе посеял.
— Ну хорошо, сверьте позиции, а я пока продолжу освобождать свое графство, — угрожающе закончил беседу.
Если враг будет долго принимать решение, надо поторопить его успехами на фронте. Наметил для Рису несколько мишеней: глава штаба сухопутных сил Окинавы, пара капитанов корейского флота и еще ряд лиц. Вака Нуи отправил в ночной рейд. Сильно светить Кракеном нельзя, даже косвенные свидетельства его существования, могут вызвать самую неадекватную реакцию британцев. Они в любой момент готовы отправить на поиски и уничтожение Кракена целый флот, со стратегическими зарядами…
Но самое главное решил заманить противника к Иэ. Есть у меня на этот счет несколько идей и не в последнюю очередь связанных с обменным флотом, стоящим на якоре в одной из укромных бухт.
Глава 21 Морской бой
Прикрыть магическими щитами боевой корабль большая морока. Тут поможет или старинный артефакт, коих осталось не так-то много или капитан в ранге ханси, что еще более невыполнимо. При этом тот же сихан или даже сэнсэй вполне мог подобраться вплавь к вражескому кораблю и всадить какое-нибудь плетение в аккурат ниже ватерлинии. Поэтому местные продолжали бронировать суда на совесть, хотя современная доктрина применения противокорабельных ракет и артиллерийских установок говорила о том, что нужно избавляться от лишней массы в угоду скорости и маневренности.
Но одаренные имели на этот счет иное мнение. И если кто из высокотехнологичных держав пытался построить прорывной, легкий, мощно вооруженный корабль, то его как правило топили в бухте. И даже был непонятно какая страна это совершила: то ли старинный враг из мести, то ли доброжелатель, желающий образумить зарвавшегося новатора.
Из-за этого боевые корабли выглядели весьма странно: тяжелые броневые пояса прошлой войны и современное сокрушающее ракетное вооружение, десятки небольших артефактов или дежурные маги прикрывающие жизненно важные точки на судне. Правда последние не могли нести дежурство круглосуточно, а организовать посменную работу было невероятно роскошно, поэтому одаренные чаще проявляли себя только в прямом столкновении. Да и там были вопросы, ставить волшебников в обороне или отправить их в атаку…
Все эти данные собирал, чтобы понять как нанести Джун Хи такой удар, чтобы он с одной стороны получился одновременно обидным и весомым, а с другой стороны не напугал корейца и заставил его броситься мстить. Несомненно, надо поразить пару его кораблей, в идеале уделать флагман или второй крейсер. Это будет та еще оплеуха. Однако уверен у Коре защита на высоте, там и маги, и артефакты, и современная броня из мудреных сплавов с ячеистой структурой и прочими наворотами. Чем такое пробить?
Без сомнения ракетами! На якоре там вряд ли мощный купол, если ударить с близкого расстояния, то атака порвет щит. Жизненно-важные узлы поразить не сможем, они скорее всего прикрыты стационарными артефактами, но значительный урон при массированном ударе можно нанести и не поражая арсенал или капитанский мостик. Просто много ракет тупо наделают кучу дырок в бортах, которые в сумме сделают из боевого корабля решето.
Но как подобраться на короткое расстояние незаметно для разведки противника? Ведь только удар с короткой дистанции имеет шанс добраться до стальных монстров до того, как маги Коре поднимут непроницаемые щиты. Однако, задача выглядит невыполнимой, очевидно, что у корейцев отлично поставлена разведка, в небе постоянно кружат беспилотники, ну и служба радиолокации не дремлет, так может еще и спутники помогают! Корабль способный нанести серьезный урон близко никто не подпустит.
Хмм… а если?
* * *Джун Хи находился на мостике крейсера «Соджонг». На флагмане у всесильного полковника была отдельная роскошная каюта, с просторной гостиной, спальней, рабочем кабинетом и шикарной ванной. Хотя флот и принадлежал Пхеха, но немалую долю денег в его приобретение вложил Чеболь Чинхва. В будущем в общем-то сухопутный клан надеялся выкупить несколько боевых кораблей и потеснить на этом поприще традиционно сильных на море Тхэбонов. Древнейший и богатейший род Коре мог себе позволить и не такое.
Так что «Соджонгу» пророчили роль личного корабля генерала Чонгу Чинхва, а поэтому заранее позаботились о роскошных апартаментах. Хотя упрямый воитель скорее всего даже не ступит на палубу морского судна, глава клана до мозга костей сухопутный человек. Однако вроде бы принц клана Часун Чинхва проявляет интерес к морскому делу, или просто так экстравагантно уклоняется от карьеры пехотного офицера, на которую его толкает властный отец.