Ученик мракоборца (СИ)

— Все равно не смогу долго, — проскулил он срывающимся голосом. — Сейчас спущу.
— Я сказал, терпи!..
Снейп начал ласкать себя быстрее и резче. Он закрыл глаза и задышал ртом. Гарри поводил членом в сжимающемся канале еще пару-тройку раз, закинул голову и блаженно излился Снейпу в задницу, оповестив его о своей слабости коротким сдавленным стоном. Тот распрямился и, сжав ягодицы вокруг фаллоса Гарри, начал сбрасывать на пол лаборатории струю за струей. Через мгновение он отстранился, разорвав сотитие, и оперся руками на стол.
  
Любовники стояли посреди лаборатории и тяжело дышали, как после драки. Гарри по-прежнему держал жертву своего вожделения за талию и упирался лбом ей между лопаток. Снейп бережно накрыл его руки.
— Мой муж полон сюрпризов, — сказал он насмешливо. — Никогда бы не подумал, что ты способен на такую пылкость.
Гарри смущенно и неодобрительно хмыкнул. Он сам не знал, что с ним творилось. Было совершенно непонятно, какая часть непривлекательного, ненавидимого им Снейпа пробудила в нем похотливого ненасытного зверя. Впрочем, теперь Гарри не был уверен, что по-настоящему его ненавидит. Они сидели в одной лодке, стояли привязанными к одному дереву, были скованы одной цепью. Ненависть не могла помочь им выжить. У Гарри не повернулся бы язык назвать их друзьями. Навряд ли они когда-нибудь ими станут.
Того, что они являлись любовниками, было достаточно.
  *
Гарри не знал, как полагается общаться супругам в то время, когда они не заняты любовными утехами. В последнее время Снейпа и так было слишком много. Они и так проводили вместе все свободное время, за исключением ночи.
Не то чтобы Гарри чувствовал потребность быть с ним постоянно. Он всего лишь хотел закрепить свое право принимать решения, как муж — равноправный член их союза.
— Твоя кровать слишком узкая, чтобы спать на ней вдвоем, — лениво заметил он однажды после очередной жаркой схватки.
Снейп вновь выглядел удивленным.
— Ты хочешь… остаться на ночь? — он обвел пальцем ключицу Гарри.
— Нет. Я хочу спать здесь всегда.
Гарри был тверд в своем решении. Снейпа нельзя было сломить ненавистью. Но если действовать по-другому и приручать его…
— Правда?
В темных глазах блеснула надежда. Гарри с самого начала знал, что ему не откажут.
— Уже поздно, — сказал он, избегая прямого ответа. — Я спущусь за подушкой. Трансфигурируй пока что кровать.
В своей комнате он позволил себе тяжело вздохнуть. Гарри заранее подготовился к переезду. Он взял подушку и вытащил из комода недопитый пузырек Сна без сновидений. Чтобы не проснуться случайно посреди ночи рядом со Снейпом, он как следует отхлебнул из флакона и спрятал его обратно. Затем собравшись с силами, отправился наверх.
Снейп уже ждал его на расстеленной постели и напряженно следил за раздевающимся Гарри.
— Я очень устал, — буркнул тот, чувствуя себя неуютно от этого взгляда. Он собирался поразить Снейпа еще одной смелой выходкой.
Переодевшись в ночную рубашку, Гарри залез под одеяло.
— Спокойной ночи, любовь моя, — наигранно произнес он на выдохе, радуясь, что в темноте лица Снейпа не было видно. Судя по звенящей тишине, тот на мгновение забыл, как дышать. Не дожидаясь дальнейшей реакции, Гарри лег на подушку и закрыл глаза.
Зелье Сна без сновидений подействовало сразу. Стремительно погружаясь в сон, уже сквозь дрему Гарри почувствовал, как его руку легко и нежно поцеловали.
  *
— Давай, — Гарри устало потер глаза и ткнул пальцем в строчку, — «желтый». Склоняй по родам.
Оскар уставился в книгу и задумался, вспоминая выученное.
— Flavus… flava…
Последовала пауза.
— Средний род?
— Flavum.
— Правильно. Дальше. Белый.
— Albus, alba, album.
— Хорошо. Переводи текст.
Заниматься с Оскаром Гарри не любил. Он просто не знал ничего скучнее, чем сидеть часами над книжками и ждать, пока ребенок запомнит простые латинские слова. Оскар был прилежен, что не могло не радовать. Но все равно сам процесс обучения казался Гарри ужасно тягомотным и выматывающим.
Он задумчиво наблюдал, как смоляные кудри падают мальчику на лоб, когда тот склонялся над учебником. Стоило Гарри похвалить его за успехи, и на его щеках расцветал нежный персиковый румянец. Многие сочли бы Оскара очаровательным созданием — он был мил и послушен. Но Гарри видел в нем лишь кровь и плоть своего несимпатичного супруга. Он мог бесконечно лгать Снейпу, разыгрывая пылкого мужа. Но не мог переступить через себя, чтобы лицемерить перед ребенком.
Гарри взялся воспитывать Оскара, чтобы утвердиться в Стэмпхолле и частично взять на себя обязанности его отца. Заменять Оскару отсутствующего родителя в его планы не входило.
Иногда Гарри думал, что ему было бы легче любить мальчика, окажись тот его родным сыном.
Шальная мысль пришла случайно.
Неожиданно Гарри понял, все это время у них со Снейпом была лазейка, чтобы разрушить проклятие. Несмотря на то что они оба были мужчинами, они все равно могли произвести на свет того самого наследника, которого от них требовало проклятие! Как же он раньше не догадался! Конечно, это было опасно и запретно, но к чему было об этом думать, если их брак с самого начала нарушал все возможные законы? Наверняка, Снейп с самого начала задумывался о создании наследника. Но то ли он считал, что слишком стар для вынашивания ребенка, то ли не смел обратиться с подобной просьбой к Гарри. Однако теперь это был не просто безумный эксперимент. Это был ключ к свободе. Игра стоила свеч. И Гарри был готов пойти на многое.
— Северус, кажется, я знаю, как избавиться от проклятия.
Снейп удивленно повел бровью и изобразил немой вопрос на лице. Гарри облизал губы.
— Раз магия требует от нас наследника, так давай создадим его. Ты сваришь зелье мужской беременности. Я могу выпить его и выносить нашего ребенка.
Вопреки ожиданиям, Снейп посмотрел на него в ужасе.
— Нет, не можешь, — с нажимом произнес он. — И никто не может. Я больше никогда не соглашусь на это.
— Ты больше не хочешь детей? — разочарованно закусил губу Гарри.
— Дело не в этом, — Снейп подошел и обнял его лицо ладонями, — Гарри, вне всяких сомнений, я любил бы твоих детей так же сильно, как… как люблю своего сына. Но я ни за что не хочу получить их такой ценой. Это слишком опасно. Я не хочу, чтобы ты погиб.
— Я не болен гемофилией. Я смогу выжить.
— Этого никто не обещает. Мне невыносимо представлять, что ты повторишь судьбу Регулуса. Больше никогда не проси меня об этом.
Снейп отвернулся, и Гарри понял, что разговор окончен. Слабая, едва зародившаяся надежда сразу же погасла.
— У тебя были какие-то планы?
Гарри не понял, к чему Снейп спросил его об этом, поэтому пожал плечами.
— Какие планы?
— Планы на жизнь, Гарри. Разве ты никогда не думал, как проживешь свою жизнь? Не имел целей?
— Ну, почему же… Имел. В детстве, пока я не узнал, что я волшебник, я мечтал о своей ферме, на которой буду хозяином. Потом в школе уже я решил, что стану мракоборцем. Мне казалось, что у меня хорошо получается сражаться…
— Иногда и вправду неплохо, — снисходительно промурлыкал Снейп, гляда из-под прикрытых век. — И как же ты представлял себе жизнь мракоборца?
— Смутно, — честно ответил Гарри и насупился. — Я думал, что буду путешествовать… и зарабатывать так на жизнь. Я хотел прославиться, возродить поместье и вернуть роду Поттеров славу. Об этом я мечтал еще до того, как покинул Хогвартс.
Снейп пристально смотрел на него.
— Ты хотел бы уехать отсюда? — настороженно спросил он.
Гарри осознал, что пока делился откровениями, сболтнул лишнего.
  
— Нет, — успокаивающе солгал он, — не теперь.
Во взгляде Снейпа мелькнуло недоверие. Он подошел к Гарри.
— Ты стал мне очень дорог, — пробормотал он, запуская руку ему в волосы и прижимая его голову к себе, — я просто хочу, чтобы ты был счастлив.