Третья сила. Сорвать Блицкриг!
Весело. Ну, ладно, придется говорить.
– Вот что, мальчики и девочки. Задача начштаба – конкретизировать приказы командира. Чем он и займется. Итак, первое направление – дозор к дороге. Направление самое опасное, но и самое хлебное. Может, наших встретите, ну, или пару немцев, мимо проходящих. Потому туда – самых боеспособных. Олега с Саней. Теперь направление под углом к лагерю, в сторону против родника. Там никто не был, потому туда – вторую вооруженную пару: Тэнгу – Змей. Ну и третье направление, в сторону родника и дальше… беру на себя с Никой. Сергей останется в лагере, попытается найти что-нибудь в КВ диапазоне. Но это все, разумеется, после принятия пищи. Или «дорожники» пожуют на ходу? Кстати, Олегыч, тебе нож сильно нужен? Может, Нике отдашь.
– Отдам. И в эфире поискать попробую, только на какой частоте искать? – ворчал он, прикручивая гарнитуру и вставляя аккумулятор. – Вроде, насколько помню, тогда, то есть сейчас, частоты другие были, да и диапазоны…
– Ищи в районе трех-пяти мегагерц, там вроде наши. Выше десяти подниматься точно бесполезно – там одни немцы. А вот ниже – ничего сказать не могу.
Мои «вумные» советы привели к тому, что радиостанцию Сергей выключил. Глядя на мою физиономию, он сказал:
– Тогда аккумуляторы можно не сажать: у этой станции сотня – нижняя граница.
Дела-а. Так, одним козырем меньше.
После поедания скудных запасов народ засобирался на разведку. Сборы сводились к оставлению в лагере всяческих хай-тековских девайсов. Как справедливо заметил Змей, «шмотки из будущего фрицам сейчас ни к чему совершенно».
Уже собравшаяся Ника неожиданно остановилась.
– Да, мальчики, еще одно. Задержитесь на минутку. Наши действия при обнаружении врага или при обнаружении нас врагом. Предлагаю.
Первое. Из тех, кто засек, – один остается контролировать, а другой (раций у нас нет, мобилы – не рабочие) сюда. Никаких свистов и криков.
Второе. Из тех, кого обнаружат, – кричать громко и по возможности долго. Остальные стараются не ломиться на помощь, как толпа диких кабанов, а…
Предложения принимаются, так как не знаю сама, что дальше делать. В случае «два» мы или пытаемся спасти и с девяностопроцентной гарантией ложимся рядышком, или бросаем на произвол судьбы (если они, конечно, на транспорте). Вариантов два, и оба, на хрен, плохие.
Общее мнение высказал Саня, заметив:
– Спасать мы пока не в состоянии, так что наплевать на самолюбие и чувство долга. В случае нападения – остальным как можно быстрее и незаметнее исчезнуть из зоны воздействия.
А Олег добавил:
– Если обнаруживших два-три человека и обнаружена вооруженная двойка, то можно и отбиться, если больше или двойка безоружна, пример: Степан – Ника, то это конец. Поэтому в случае попадания не просто орать, а орать сколько их, если мало, есть шанс, что отобьем. Ну а если много, то, извините, драпать ОТ лагеря. И постараться перед смертью увести погоню подальше от остальных, и, слегка подумав: – Да и Степану с Никой особо от лагеря удаляться не стоит, как невооруженной паре. И уж точно не вылезать на открытое место, в лесу хоть можно подкрасться незамеченным на удар ножа, а в поле это мало реально. И, кстати, на будущее: больше всех шансов, попав в какой-нибудь населенный пункт с немцами, выйти оттуда живым есть у меня. Все-таки пять лет в Германии прожил.
И еще подумав, протянул Сереге найденную в машине гранату. Молча. И так понятно зачем.
Саня Букварь
Вот мы и снова около дороги. На этот раз отошли подальше от машины, вдруг кому приспичит в ней поковыряться. Из-за пригорка вновь раздался звук двигателя с подвыванием. На этот раз грузовиков было два. На решетке удалось заметить молнию. Е-мое! «Опель-Блиц»!
Минут через десять проскочил еще один «Опель» с несколькими фрицами в кузове, в сопровождении мотоцикла с коляской.
– Во разъездились! Им тут, что, автобан, что ли? Нет на них гаишников!
Док
День начинался как обычно. Зарулил на станцию минут за пятнадцать до начала смены, послушал последние новости, заключавшиеся в отсутствии новостей (что редко в наших палестинах), отметился у диспетчера, принял амбуланс. Экипаж был уже в сборе, мы как раз заканчивали прогонку чек-листа, когда дали вызов. На Северном Аялоне цепочка, легковушку зажало между автобусом и грузовиком.
До Аялона дошли быстро, на самом шоссе, понятно, – пробка. Как всегда зевакам, проезжающим мимо, нужно притормозить, все рассмотреть и сфотографировать. Нет, ну какой чудак на букву «М» всобачил фотоаппараты на мобилку?
Ушли на обочину и с включенными сиреной и мигалкой пошли к месту аварии. Там уже стояла «Шкода» дорожной полиции, но двух полисменов-таки маловато для обеспечения проезда ранним тель-авивским утром. Пока Али (водитель) разгружал машину, я выпрыгнул на асфальт и побежал к зажатой легковушке – оценить количество пострадавших. В этот момент сзади раздался визг тормозов (мотоциклам закон не писан), удар – и последнее, что я увидел, был асфальт, стремительно вставший мне навстречу.
Очнулся я от… А интересно – что это было? Запах леса – настоящего леса, как в детстве в украинском Полесье, а не тех нескольких деревьев, которые здесь называют лесом. Приподнялся. Кстати, где это «здесь»? Где я вообще? Должен быть в центре Тель-Авива, на шоссе – там такого леса нет. Там вообще никакого леса нет! А вокруг был лес.
«Да, Олежка, картина Репина «Приплыли», – пронеслась мысль. – Только черепно-мозговой тебе и не хватало. И ведь как подробно. Полный набор глюков. Зрительно-тактильно-слуховые… Да и запах. М-да…»
Встал. Вроде цел. Ничего не болит, в голове не шумит. Интересные дела, однако. Осмотрелся еще раз. Вокруг ни души. Лес. Достаточно тепло. Глянул на часы – хм… вообще интересно. Вроде бы у нас там было утро. А тут явно день. Что еще можно сделать? Позвонить – мысль хорошая, но – куда звонить – таких лесов в Израиле нет, это точно… В Ливане – в Ливане были, помню, – но куда там звонить? Рассуждая так, мобильник все же достал – и, тихо ругнувшись, убрал. Сети нет. У моей родной селкомовской «Нокии» нет сети – куда ж меня занесло-то?
В голове крутились две мысли. Одна была профессионально-прозаическая: «ЧМТ. Глюки». Вторая фантастическая: «Перенос». Ну, в первом варианте делать все равно нечего, будем разрабатывать второй. Пришла еще одна мысль, голосом жюль-верновского инженера: «Остров или материк?» Усмехнулся – ну, гор не видно, будем надеяться, что материк. Что у меня в запасе? Да, в общем-то, ничего. Абидна, да… Форма – темные брюки, белая футболка с красными могендавидами «Скорой». На руках – перчатки. На всякий случай снял, мало ли, еще пригодятся. Ручка, блокнот, мобила, жгут и бинты в набедренном кармане. М-да, не густо. Одно хорошо – за ноги можно не беспокоиться при прогулке по лесу. Хорошие, еще армейские, ботинки. Все, вроде бы ничего больше нет. Узнать бы еще, где я и когда я… куда меня выкинуло… С этими мыслями я двинулся в неизвестное с не менее неизвестной полянки в незнакомом лесу. Но далеко уйти не успел – сзади раздался голос:
– Стой! Куда идешь?
«Ну, хотя бы на русском спрашивают», – мелькнула мысль, и я решил схохмить:
– Ша! Уже никто никуда не идет.
Степан
Чем хорош лес? Вообще-то многим, но в нашем теперешнем положении тем, что найти подходящих размеров дрын для использования в качестве «оружия ударного действия» проблемы не составляет. Так что я теперь «вооружен и очень опасен», правда, больше для себя.
Делать пока вроде как нечего, можно немножко подумать о делах наших скорбных. А дела и впрямь невеселые. Нас семь человек плюс собака. Продуктов нет. Если нам на голову не свалится 157-й «Зилок» или Т-55, завтра придется идти пешком. Куда? Наверно, на восток все же. Сколько до своих – понятия не имею, но ориентироваться надо на длительный марш. Проблемы с продуктами в ближайшие пару дней, будем считать, нет. Дальше – большой вопрос. Вот когда он нарисуется – тогда и будем думать. Далее – одежда/обувь. По обуви проблем вроде быть не должно – у большинства кроссовки, у меня «сапоги с защитным носком», но сидят вроде нормально, так что стереть ноги в первый же день не грозит. Но за ногами следить надо очень внимательно. Далее, одежда и белье. Прям по Бушкову, ревизию провести и убрать все, что может натереть. Это, кстати, надо было до разведки сделать, мой прокол.