Буря в стакане (СИ)

— Тогда, возможность атаки армии во всех остальных городах станут минимальными, — произнёс Марк.
Добродушная улыбка расцвела на суровом лице, и мужчина продолжил:
— А раз так, то мы сумеем атаковать солдат в остальных городах Империи.
— Отлично, — кивнул я. — Думаю, это сработает. Мне пора на смену. Скоро рассвет.
— Да. Нужно расходиться, — согласился Марк.
Я поднялся и подошел к двери. Подозрительный гул насторожил. Поднёс к губам указательный палец, призывая друзей молчать. Гудение приблизилось и стало отчётливым. Недолго думая я открыл дверь и вышел из комнаты.
— Служащий, назовитесь, — проговорил робот-контролёр стандартную фразу.
— Свой номер введу на панели, — я нажал нужные цифры.
— Можете проходить. Счастливого пути.
Я не ответил и зашагал по длинной эстакаде пограничного сектора. В этой части города Южной «Лиги служащих» передвижные платформы были отключены от питания. Власти объясняли это желанием обезопасить жизнь граждан Империи, и приходилось пешком преодолевать расстояние до секторов ближе расположенных к центру. Главное не попасться на глаза роботам и попытаться остаться в тени. Все передвижения отслеживались, и лишний раз попадать в списки праздношатающихся по городу граждан не хотелось. К тому же было еще одно обстоятельство, которое вынуждало сохранять осторожность.
До сегодняшнего дня мне это удавалось, но активность роботов последнюю неделю ставила в тупик. Достав из кармана форменной одежды небольшой пузырёк, открыл и плеснул себе в глаза его содержимое. Жжение заставило поморщиться, но через несколько секунд боль отступила. Линзы растворились и я, достав из кармана салфетку из специальной ткани, протер лицо, чтобы удалить их остатки.
По пути остановился напротив пограничной отметки секторов и осмотрелся. Обычно в этом пространстве обязательно дежурил один из солдат. Выйдя на освещенное место, я, не задумываясь, направился дальше.
— Гражданин, назовитесь. Проверка, — послышался мужской голос.
Я замер и обернулся.
— Я введу свой гражданский номер на панели.
— Как вам будет угодно, — насмешливо произнёс подошедший ко мне мужчина средних лет. Он был высокий, широкоплечий и коренастый.
Он протянул небольшое переговорное устройство, и я ввел свой код.
— Проходите, — взглянув на данные, проронил солдат и встал по стойке «смирно».
Я не удостоил внимания перемену позы военного, ни слова не говоря, развернулся и направился в сторону передвижной платформы. Доехав до сектора «В» прошел знакомой дорогой и остановился недалеко от заветной скамейки. Кустарник вокруг деревянного посадочного сооружения благоухал пышной цветочной шапкой и полностью скрывал парковую утварь.
— Еще не поздно. Ты еще здесь, — прошептал я и присел на плоскую гладкую поверхность сидения.
Посмотрел в сторону и увидел одинокую фигурку блондинки, стоящую возле ограждения пешеходной эстакады. Задумчивое лицо девушки было хорошо освещено светом фонаря. Я дорого бы дал, чтобы услышать ее мысли. Белокурая красавица глубоко вздохнула и с силой вытолкнула из себя воздух. Переживает. Это не хорошо. Таким поведением она привлечёт внимание роботов-контролёров. Так и есть, послышалось мерное гудение, и один из соглядатаев подлетел к молодой женщине. Я напрягся. Однако девушка успешно прошла проверку и осталась одна. Снова задумалась. Мне осталось лишь наблюдать за тем, как она привычным движением потянулась рукой к шее и начала разминать её. Откинула голову назад, не убирая ладонь с затылка, закрыла глаза. Я знал, этот жест, и что он означал — попытку успокоиться.
Чуть больше двух лет я приходил сюда и садился на скамью. Смотрел на белокурую красавицу, ловя каждый жест. Я знал о ней всё, но и этого мне было мало. Хотел обладать ею целиком и полностью. Это не просто. Я подал прошение о рассмотрении заключения брака между мной и Софией Сим. Желал получить её такой, какой не знал никто, даже близкие.
Знакомясь с данными девушки, удивился тому, что она некоторое время проходила лечение в «Коррекционном психиатрическом центре». Я запросил у медиков историю болезни Софии. Выводы потрясли до глубины души. Выходило, что у нее уникальный дар: иммунитет к любому виду психологического влияния. Даже воздействие галлюциногенов и чередование их с другими лекарствами не дали результатов. Единственный побочный эффект — головные боли. Проведённые исследования и дальнейший курс лечения помогли снизить защиту психики. Но девушка по-прежнему была неуправляема. В конце каждого теста, проведенного в лаборатории, стоял одинаковый по своему смыслу вывод: «Невосприимчивость к гипнотическому и психологическому действию». А это значило, что София Сим крайне опасна для любого из Правящих.
 
Последний рецидив произошел больше пяти лет назад, и с тех пор положение психики было стабильным. Данные собирал и пересылал в медицинский центр робот-контролёр. Он отслеживал все эмоциональные всплески Софии. Судя по всему, необычность случая заставила светил науки оставить гражданку Сим в живых, чтобы навечно сделать подопытной. Наверное, они правы, ведь если таковое произошло, и на свет появился младенец, обладающий таким потенциалом, то лучше изучить этот феномен. Начать вносить коррективы на стадии беременности женщины, вынашивающей ребенка.
Девушка развернулась и пошла в сторону своего дома. Я проводил взглядом точёную фигурку. Когда красавица скрылась за дверью, вышел из укрытия и направился в сторону центра.
Глава 2
София
 — Я люблю тебя, — шептали красивые мужские губы.  
 Лица я не видела, оно было скрыто темнотой, но ощущение близости этого мужчины заставляло трепетать сердце.  
 — Я люблю тебя, — вторила словам незнакомца и привстала на мыски, чтобы суметь дотянуться до его прекрасных и манящих уст. 
— И, чтобы не случилось, буду рядом, — говорил неведомый человек. — Всегда и во всём, до самого конца. 
Открыв глаза, я осознала, что уснула в кресле. На коленях лежал небольшой переговорник. Его плоская тонкая панель показывала время. Я спала всего полчаса. Встав на ноги, размяла затёкшие мышцы и прошла к окну, потирая шею. На эстакаде пусто. Пятна света, отбрасываемые фонарями, скупо освещали пожелтевшую листву деревьев. Я пересекла свою комнату и спустилась по лестнице к входной двери. Тихо открыв ее, вышла на улицу.
Последняя ночь лета. Небо готовилось встретить осеннее светило и для этого переоделось в тёмно-синий бархат. Еще немного, и порфироносец по имени Солнце начнёт спокойное и уверенное движение по своим владениям.
Я любила это время. Часто приходила на пешеходную эстакаду и наблюдала, как медленно тают краски ночи и ежеминутно обновляются полутона, чтобы получить идеальный фон для рассвета. Но красота звездного неба с поблёкшими к утру звёздами не единственное, что привлекало в это время суток. Меня звал и манил город, в который я глубоко и страстно влюблена. Город принадлежащий «Лиге служащих».
Я подошла к парапету и посмотрела вдаль. Сердце бешено забилось. Глубоко вдохнула прохладный воздух. Похоже, я волновалась. Это плохо. Роботы-контролёры могли отследить неожиданный всплеск эмоций, и тогда придётся худо. Мне жизненно необходимо было держать свои чувства в узде, иначе обеспечен новый курс лечения.
Еще раз глубоко вздохнув, я с силой вытолкнула воздух из лёгких. Сердцебиение снизило темп. Срочно надо подумать о чем-нибудь, чтобы отвлечься. Да, город! Он необычный и красивый одновременно. Если смотреть на него с высоты авиа-мобиля, то он похож на вложенные друг в друга пять окружностей, связанных между собой узкими перемычками. На самом деле это ложное представление. В центре города располагались восемь трёхсотэтажных башен, в которых находились рабочие места служащих. Между собой эти здания соединялись пешеходными эстакадами, связывающими их в правильный восьмиугольник. Такое символическое переплетение прямых линий давало начало делению всех зданий города на сектора. Вдоль пешеходных зон высажены деревья и кустарники, разбиты клумбы. Эстакады находились одна под другой, что позволяло огромному количеству людей беспрепятственно передвигаться из здания в здание по благоухающим зелёным путепроводам и наслаждаться красотами природы.