Тьма в его сердце (СИ)

— Я скучаю по ней, — сказала Майя. — И я знаю, что ты тоже скучаешь, и это не плохо Блейк. Я знаю, что ты специально делаешь вид, будто тебе все равно, но ты должен знать, все люди уязвимы и это нормально.
Я не ответил, не знал, что сказать ей. Так мы и стояли молча, смотря в окно на задний двор, где садовник причудливо постриг кусты.
— Значит ты не собираешься делать это с официанткой из Хэтфилд? — вспомнила она о начале разговора.
— Делать что? — спросил я.
— Заниматься сексом, дурашка.
Я промолчал.
Майя подняла голову встала напротив меня, загораживая собой весь обзор на кусты. Ее брови нахмурились, а в глазах снова проскользнуло осуждение.
— Блейк, она не должна становиться кем-то, за чей счет ты сможешь потешить свое эго, — серьезно сказала она.
— Я вовсе не собираюсь, как ты выразилась, тешить свое эго. Она сама начала войну.
— Уложив ее в постель на спор, думаешь, ты выиграешь эту войну? Ты знаешь, у Кайла полный хаос в жизни, он не уверен в себе и не уверен в завтрашнем дне. Его отношения с матерью разваливаются, отец оказался предателем. Ему нужно помочь, а не вестись на его провокации продиктованные собственной болью.
— Я делаю это не из-за Кайла! — вспылил я. Иногда меня бесило то, что Майя мнила себя всезнайкой. 
— А почему же тогда?
Я отошел от окна и отвернулся от подруги.
— Не знаю. Она словно сама хочет вступить со мной в игру. Кажется, я нравлюсь ей.
— А она нравится тебе, — заметила подруга.
— Нет, абсолютно не в моем вкусе, — бросил я через плечо.
— Ты сам не знаешь своих вкусов, тебе не удавалось распробовать хоть одну из тех, кто покидал твою постель, — сказал Джим, застывший в проходе, опершись плечом о дверной косяк. Майя, как весенняя бабочка полетела к нему и приникла к его груди. Он приблизился к лицу своей девушки и оставил на ее губах нежный поцелуй.
Брр. Нужно промыть глаза кислотой.
— Я первым покидаю постель, — ответил я на выпад Джима.
Его рыжие волосы были зачесаны назад, а лицо гладко выбрито. В этом ретро джинсовом жакете он был похож на человека, сбежавшего с одной из ферм Техаса.
— Видишь, в этом и проблема, — ответил Джим, поглаживая Майю по плечу. 
Еще один всезнайка. 
— Предлагаешь покидать постель вторым? — насмешливо предположил я. 
— Предлагаю вообще ее не покидать.
— Это не в моих интересах, — сказал я.
— Тогда ты не можешь знать до конца кто в твоем вкусе, — уверенным тоном выдал друг. 
Меня скорее смешили их потуги наставить меня на путь истинный, чем злили. Чувствую, будто попал не на будничный ужин, а в секту. 
— Сомневаюсь, что мне пригодятся советы от Вилли Нельсона#_ftn1, — усмехнулся я. 
Майя громко захохотала.
— Я знал, что этот джинсовый жакет тебе понравится, — улыбнулся Джим.
— Да, прости не смогу прийти на концерт, — фыркнул я.
Майя отошла от своего парня и встала прямо напротив меня.
— Блейк, хватит острить. Ты весь вечер был сам не свой, а стоило этой девчонке подойти к нашему столику с блокнотом в руках, твои глаза засияли.
— Конечно, если бы она поступила так с тобой…
— То я бы точно обратила на нее внимание, — перебила она меня. — Джим прав. Убери свою жизнь с быстрой перемотки, настрой нормальную скорость и прочувствуй каждую секунду. Поверь это стоит того, — уверяла она меня.
— Давно в философы заделалась?
— Я маленький ангелок, сидящий на твоем плече и вечно спорящий с твоими демонами.
— Тогда ты знаешь, что моих демонов не переубедить, — серьезно сказал я. 
Она вздохнула.
— Я не хочу их переубеждать, я лишь хочу, чтобы они увидели чуть больше, позволили себе сделать нечто новое для разнообразия.
— Ты говоришь не о сексе, — догадался я.
— Не-а, не о нем.
Майя всегда была такой, просто маленькая командирша любящая поучать и давать свои ненужные советы.
— Для чего делать то, что мне не нравится? — задал я вполне резонный вопрос. 
— Ты не пробовал, как ты можешь говорить, что тебе не нравится? — не сдавалась она. 
— Ладно, ты утомила меня красотка, — сказал я, проходя мимо нее и Джима, направляясь в столовую.
 
— Я еще даже не начинала, — крикнула она мне вслед.
Вот и не стоит начинать.
***
На следующий день, я сидел в своем кабинете и в сотый раз читал одно и то же сообщение, которое отправил Дикарке этим утром:
Хочу увидеть тебя сегодня.
Она прочла его два часа назад, но так и не соизволила мне ответить.
Со дня нашей встречи прошло больше недели. И все это время я был занят и даже не имел возможности встретиться с ней. 
Сегодня мы, наконец, смогли продвинуться в работе над проектом. Заказчик определился с планом здания, и я принялся за чертеж. Вечер будет свободен.
Мне действительно хотелось увидеть ее сегодня. Чего мне не хотелось, так это испытывать странного чувства, вроде предвкушения этой встречи, и отвлекаться на мысли о Джоанне, когда мне нужно заниматься проектом строительства нового здания. Я не хотел чувствовать чуждую мне тяжесть в животе, когда слышу ее звонкий голос и не хотел улыбаться, когда видел ее улыбку.
Было странно не получить от нее ни одной смс за все эти дни. Обычно девушки писали и названивали мне не переставая. Их не интересовало, занят ли я, или наоборот отдыхаю, их интересовали лишь собственные цели и желания. И кто еще из нас был неуважителен? 
Обычно мне приходилось блокировать их, потому что это порядком раздражало. Но Дикарка была не такой, она не звонила и не писала мне, предпочитая сохранять молчание. С одной стороны это радовало меня: она не сумасшедшая и не навязчивая фанатичка. Но с другой стороны, я что, совсем не увлек ее? У нее ни разу не возникло желания написать мне?
Я точно знал, что нравлюсь ей. За годы практики, я научился определять это. Девушки менялись в моем присутствии. Так было и с Джоанной: стоило мне оказаться рядом, ее плечи едва заметно напрягались, а если и вовсе припереть ее к стенке, синие глаза становились темнее и глубже. Поразительно.
Тогда какого хрена она продолжала играть в это равнодушие? В начале вечера ее лицо не выражало абсолютно никакого интереса. Будто я привел ее в поле, показывать сухую траву. 
Я привык, что девушки смотрели на меня как на запретный плод, как на то, что хотят получить, как на то, чем хотят единолично обладать. Я не был тщеславным, и не требовал этого обожания от них. Все просто складывалось подобным образом, у меня не было власти над этими вещами.
Не хочется признавать, но наш ужин в ресторане прошел неплохо, в любом случае сравнивать мне не с чем, я никогда не ужинал с девушками. Иногда лишь угощал их выпивкой, позволял посидеть рядом со мной в клубе, но не более. 
Почему-то она интересовала меня, даже больше, чем другие девушки. Возможно, дело было в ее нетипичности, она отличалась от других. Грубила и была совсем неприветлива. Слишком дерзкая для работницы сферы услуг. 
Для меня она была загадкой, уравнением, которое не терпелось решить. Ну и никто не отменял моих первоначальных намерений насчет секса.
«Нужно предупреждать, когда приглашаешь девушку в такое место». Своим вопросом о внешнем виде она сбила меня с толку еще сильнее. Джоанна и в простой одежде выглядела ничуть не хуже, чем любой из окружающих ее в тот вечер богачей. И дело было вовсе не в ее красоте. Дело было в том, как она держалась среди них. Расправленные плечи, словно у нее за спиной крылья и приподнятый подбородок говорили о внутренней уверенности и непоколебимости. Она выделялась среди прочих, простая официантка выглядела как девушка из высшего общества.
Весь вечер на ее лице была лишь скука. Первые несколько минут Джоанна рассматривала вычурный интерьер ресторана, но потом ей это надоело. Меня забавляло то, как она выпятила губы, словно видала места получше, а после, как ни в чем не бывало, переключилась на свою еду. Обычный закат для нее был куда интереснее той роскоши, которой я хотел ее завлечь.