Одолжи мне счастье (СИ)

— Мы поговорили с персоналом, никто не видел ничего подозрительного, — Виталий на миг замолчал, — только…
— Что только?, — продолжая смотреть пустым взглядом вглубь комнаты, спросил мужчина.
— Одна из уборщиц, сказала, что заметила каких-то мужчин, которые не являлись посетителями…
Сергей повернул голову, пытливо глядя на знакомого. Ему казалось, что тот говорит слишком медленно, всё происходило слишком спокойно. И только в голове Громова творился самый настоящий хаос.
— Мы запросили видео с камер наблюдения, сейчас их просматривают мои люди.
Сергей кивнул, проходя внутрь спальни. Он медленно прошёлся, пытаясь состроить в голове картину, что здесь могло произойти. Но лучше бы он этого не делал.
Ее вещи так и лежали на своих местах, вместе с одеждой и игрушками Матвея. Ничего не было сложено, будто она и не собиралась никуда уезжать.
Ещё раз попробовав, позвонить ей, и услышав, что телефон отключён. Он на сто процентов убедился, что Агата не могла уехать без вещей. Она не могла оставить телефон выключенным и уйти куда-то. Громов мог поклясться, что это была не случайность. Ничего не приносило того успокоения, которое он пытался найти.
Все факты говорили о том, что всё пошло не по плану. Мужчина начал злиться на самого себя, что не поехал с ней сегодня. Отпустил одну.
— " Она была напугана", — звучал в голове голос водителя.
На секунду представив Агату перед собой, дрожащую и всю в слезах, внутри что-то сжалось. Все эти дни и, в особенности сегодня у себя в кабинете, сидя с ней рядом, он думал лишь о том, что не хочет терять её. Не хочет терять, то чувство, которое обрёл. Но он потерял.
Эмоции взыграли и на мгновение он потерял контроль, ударяя кулаком стену. Тяжело дыша, мужчина опустил голову, размышляя сквозь боль в костяшках. В этот самый момент, к нему вновь подошёл Виталий, который опустил руку на плечо.
— Нашли что-нибудь?, — спросил Сергей, приходя в себя. Он знал, что видеть его таким было не привычно.
— Тебе лучше самому посмотреть.
* * *
Темнота начала рассеиваться, когда Агата открыла глаза, приходя в сознание. Вокруг было холодно и сыро. Она не знала, где находится и почему была без сознания.
Должно быть ей что-то дали, чтобы она не видела, куда они привезли ее.
— " Сколько прошло времени? Где Матвей? Что с Мариной? Где она находится?", — вопросы на которые мог ответить лишь человек, который оставил ее здесь. Но она была одна.
Виски болели, а мышцы затекли от лежания на холодном полу.
Когда девушка полностью обрела способность видеть, она осмотрелась. Помещение не было похоже на комнату. Вокруг валялось сено, и она слышала звук капающей воды от куда-то сбоку. Напрягая слух, так как это было единственное, что могло ей помочь понять хоть что-то, она услышала ветер, доносящийся с улицы вперемешку с пением птиц.
Это не было похоже на город. Слишком тихо. В нос ударил запах дыма, как будто кто-то неподалёку топил печь, запах свежескошенной травы вместе со зловонием навоза. Агата была уверена, что они привезли её куда-то за город.
Руки были скреплены между собой, нейлоновой стяжкой, которая больно врезалась в кисти оставляя красные следы. Все было похоже на сон, на страшный сон, от которого хотелось проснуться.
Но пробуждение никак не приходило. Заставляя ее, лишь отчаянно озираться по сторонам и ждать.
Горло было стянуто от жажды, губы пересохли и начали трескаться, от чего и без того слабое тело, чувствовало ещё больший упадок сил. Ей оставалось лишь надеяться, что с Матвеем обращаются лучше, чем с ней. Что он не сидит где-то на полу и не плачет от испуга и непонимания.
Ее маленький мальчик… Он не заслуживает всего этого. Он ещё слишком мал.
Агате хотелось выть. Царапать ногтями холодный бетон, и биться о стены, лишь бы это всё прекратилось.
Она услышала шаги и замерла прислушиваясь. Кто-то шагал в её сторону и догадки подтвердились, когда дверь открылась и внутрь зашёл он. Кажется, этот человек станет ее ночным кошмаром на долгие годы, если это закончится.
  
Артём нес в руках бутылку с водой, и при виде нее Агата сглотнула вязкую слюну. Он подошел к стене, у которой стоял ветхий стул, и поставив его перед ней, сел.
Его оскал не внушал уже такого страха. Скорее это была ненависть. Он будто увидел это в её глазах и заговорил:
— Не смотри на меня так, мышка.
— Где Матвей?, — спросила девушка хриплым, совсем незнакомым ей голосом.
— За ним присматривает твоя подружка, — фыркнул он, откидываясь на спинку и забрасывая ногу на колено, — их условия чуть лучше твоих, ведь никто из них не пытался проломить мне голову.
Облегчённо выдыхая, что с мальчиком и Мариной всё в порядке, она вспомнила события происходящие в отеле. По мужчине нельзя было сказать, что ее удар навредил ему. А жаль.
— Куда вы нас привезли?
— Туда, где тебя не найдут, по крайней мере пока я не получу свои деньги.
Агата слышала когда-то о стадиях принятия неизбежного и сейчас в ней зарождалась третья из них.
— Пожалуйста, — прошептала она, слова давались ей с трудом, но он её услышал, — отпустите нас, я сама заплачу вам, найду деньги, заработаю, я дам сколько скажете… Отпустите хотя бы Матвея с Мариной.
— Ты торгуешься со мной?
Его это забавляло, девушка слышала нотки веселья в его голосе. Отчаяние всё крепче сжимало ее своими лапами.
— Я слышу это постоянно, от такого мусора, подобное твоему зятю, — мужчина чуть подался вперед, — а знаешь, что мы делаем с такими?
Она молчала не желая слышать ответа. Он и без того был у нее в голове, обведенный красным цветом.
— Скоро за пацаном приедет папаша, — бросил Артём, и ноги Агаты онемели, — если я позволю, он подробно тебе расскажет, на что мы способны.
Мужчина встал со своего места, бросая в неё бутылку с водой и направляясь к двери, тем самым ставя точку в их непродолжительном разговоре.
Агата через боль в кистях, схватила брошенный в неё пластик и открутив крышку прислонила ее к губам. Когда вода, приятно коснулась губ, стекая внутрь по горлу, она закрыла глаза чувствуя себя лучше.
Но никакая вода не могла смыть ту гнетущую тяжесть внутри. Девушка снова осталась одна, и всё, что она могла — это думать.
Думать о Матвее, о Марине… Думать о Громове. Что он делает в данный момент? Считает ли, что она сбежала? Злится ли? Может он и вовсе забыл про неё, не желая даже вспоминать.
Всё, что она сейчас могла — это гадать, что же будет дальше?
* * *
— Судя по камерам, они вывели их через запасной выход, — сказал один из помощников Виталия, уже пятый раз прокручивая одно и тоже видео, на котором была она.
При виде медленно идущей девушки, в сопровождении двух мужчин, Сергей болезненно скривился. Ему была не выносима мысль о том, что они забрали её. И куда увезли.
— Он сказал, что заберет сына, а меня отдаст им… — как наяву услышал он голос Агаты.
И это помогло ему собраться.
— Куда они могли их увезти?, — спросил мужчина то ли сам у себя, то ли обращаясь к Виталию.
— Ты говорил, что они не из этого города, — начал рассуждать друг, — вариантов у них не много… В своём городе они может и имеют какое-то значение, здесь же, это все пыль.
Виталий начал рассуждать с интонацией профессионала. Он всегда знал свое дело и не задавал лишних вопросов. За это Громов и уважал его.
— Мы уже разослали ориентировки и проверим все машины, которые выезжали ближайшие два часа с территории отеля…
Он резко замолчал, внимательно наблюдая за Сергеем, который, все это время, смотрел в сторону монитора. Сделав знак своим сотрудникам, чтобы те ушли, он снова заговорил, уже не как генерал-майор, а как человек, который знал Громова давно.
— Я впервые вижу тебя таким.
Сергей лишь скривил губы в подобии улыбки. Забавно было то, что Окунев сказал ему на днях то же самое. И тогда, он не взял его слова во внимание. Сейчас же, это было уже не важно. Ничего не имело смысла, пока ее не было рядом.