Одолжи мне счастье (СИ)

— Матвей мой племянник… — выдавила из себя девушка.
Она стояла всё так же лицом к стеллажу, чувствуя лишь древесные ноты его парфюма рядом.
— Моя старшая сестра, Маша…ее всегда тянуло к неприятностям, — с каждым словом, говорить становилось легче, — она связалась с очень плохой компанией, где и познакомилась со своим мужем, Пашей — он родной отец Матвея.
При упоминании имени своего зятя, Агата не могла скрыть отвращения.
— Она влюбилась в него и не замечала ничего из того, что он творил. Он много пил, увлекался азартными играми и у него огромная куча различных приводов в полицию. Все твердили ей о том, что нужно это прекращать, но она будто ослепла. А потом родился Матвей, — девушка зажмурилась от неприятных воспоминаний, — и стало хуже… Он запирал их дома, каждый вечер напивался, они много ругались и он…бил ее.
Она почувствовала, как рука Громова сжимает ее ладонь, успокаивающе поглаживая кисть большим пальцем. Ее дыхание немного выровнялось.
— Тогда она раскрыла глаза на происходящее, она хотела уйти от него, но он не давал ей этого сделать. Я часто навещала их, помогала ей с Матвеем… В один из дней, — слова застряли в горле и пришлось применить усилие, чтобы вновь заговорить, — Маша будто что-то чувствовала, она приехала ко мне и сказала, что сделала меня его опекуном в случае, если что-то случится. А через два дня…
Она прикрыла глаза, смахивая ресницами горячие горошинки слез, которые никак не хотели останавливаться. Почему-то рассказывать об этом ему, было тяжелее, чем кому-либо другому. Сергей стоял так тихо, стараясь не пропустить ни слова.
— Через два дня она умерла, — девушка потрясла головой отбрасывая ужасные образы тех дней.
— От чего?, — наконец-то услышала она его сочувствующий голос.
— Инфаркт… — Агата истерично засмеялась, — представляешь, ей было 30 лет…
Смех перешёл в рыдания, но она набралась сил, чтобы продолжить.
— В день похорон, я сообщила о желании Маши, чтобы Матвей жил со мной, но Паша был не в себе. Он сказал, что не отдаст мне Матвея. Мне нужно было его согласие, подпись, но он отказался. Я надеялась, что он успокоится и подпишет. Ходила к ним несколько недель. Я будто сама начала жить в этом аду, в котором столько лет жила сестра и Матвей. Я видела, что происходит там. Матвей нужен был ему только из-за денег, которые он получал, чтобы расплатиться с долгами и купить выпить.
Агата почувствовала, как Сергей глубоко вздохнул.
— Я не могла оставить его там, и решила забрать Матвея и сбежать, — Агата повернулась к мужчине и посмотрела прямо ему в глаза, передавая всю свою боль, которую она испытывала все то время, — я надеялась, что он просто не будет нас искать. У него не было финансов и возможностей, но я ошиблась. Он обратился к кому-то, к плохим людям, и они нашли нас.
— В тот день, когда ты ушла?, — с пониманием спросил Сергей и девушка кивнула.
— Он сказал, что заберет сына, а меня отдаст им… — сквозь беззвучные рыдания сказала она.
— Тебя никто не тронет, — прошептал он, проводя рукой по ее голове. Одним движением Громов прижал её к себе, позволяя плакать столько сколько ей было нужно, — не посмеет.
Агата почувствовала, как один из грузов спадает с плеч. А где-то далеко замелькал огонёк желанного спокойствия.
  
Глава 27
 
Когда состояние девушки стало близким к стабильному, он усадил её на диван, и Агата рассказала об их плане. На этот раз, когда речь зашла о переезде в другой город, Громов перебил её, не давая возможности продолжить.
— Вы никуда не поедете, — она хорошо знала этот тон.
— Мы не можем остаться, — девушка отставила стакан с водой, который принёс ей Сергей, — они где-то в городе и рано или поздно снова нас найдут.
— Вы с Матвеем переедете ко мне, — отрезал Громов, — я найму охрану, которую приставлю к вам и мы поймаем этих ублюдков, как только они покажут свой нос рядом с вами.
Звучало это сказочно хорошо, но ее голова не могла принять эту информацию на сто процентов. Слишком много плохого происходило с ней ранее. Девушка замолчала, не решаясь посмотреть на него снова.
  
Мужчина подошёл, к сидящей на краю диванчика Агате, и присел на корточки перед ней.
Она внимательно рассматривала свои руки, которые он обхватил своими ладонями и мягко сжал. Ответить ей было не чего. Все и так очевидно ясно. Он коснулся губами ее кисти, и прикрыл глаза. Казалось, что Сергей размышляет о чем-то.
— Не смей говорить, что справишься сама.
Она аккуратно забрала руки от него. Девушка знала, что ее проблемы касаются только ее и быть бременем не хотелось.
— Зачем тебе это?, — Сергей поднял голову, по его лицу было ясно, что он не доволен ее вопросом.
— Потому что я буду дураком, если отпущу тебя сейчас.
Это звучало так искренне. Проникая в самую глубь ее души и оседая тонким слоем на краях. Но могла ли она верить ему? Доверить не только себя, но и Матвея? Агата несла на плечах слишком много ответственности. И часть, ее, твердила, что нужно действовать строго по плану, не теряя голову из-за мужчины. Даже если он первый, кто заставил ее почувствовать себя так, как девушка не чувствовала себя очень давно.
Другая же частица просила довериться, позволить помочь себе…
— Ты рассказала мне на днях, — вдруг заговорил он и девушка вздрогнула от неожиданности, — что тогда в детстве на карьере начала тонуть и никто не обращал на тебя внимание.
— " К чему он ведёт?"
— Сейчас ты тоже тонешь и думаешь, что справишься сама, — девушка нахмурилась от параллели, которую он провел между двумя этими ситуациями, — но в этот раз всё по-другому.
Громов протянул руку, касаясь ее щеки и заглядывая в глаза.
— В этот раз, тебя вижу я, — его горячая ладонь, согревала ещё влажные щеки, — я не просто обратил на тебя внимание, Агата.
Сердце затрепетало от нежности в его голосе.
— Я нырнул за тобой.
Агата знала, чем рискует, и ей есть что терять. Но так же она была уверена, что он, действительно может помочь. И самое важное во всем этом было, то, что она, действительно, хотела остаться. Остаться с ним.
— Ты веришь мне?, — спросил Сергей не отрывая серых глаз. Сейчас они были похожи на те, что она видела на фотографии у него дома.
Девушка чуть наклонила голову в сторону его руки, прижимаясь к ней крепче. Она закрыла глаза и потерлась о неё щекой, делая приглушённый вдох. Все это казалось ей безумием.
— Да…
* * *
Через пол часа, Агата уже ехала обратно в отель. Она должна была подготовить вещи и поговорить с Матвеем. Громов настоял на том, чтобы девушку отвез его водитель.
— С Василием безопаснее, — аргументировал он.
Когда они подъехали к главному входу здания, девушка по привычке оглядела улицу, будто её преследователи могли стоять где-то поблизости и, поблагодарив водителя, открыла дверь. Он должен был остаться, ждать в машине, чтобы потом отвезти их в квартиру Сергея.
Нехорошее предчувствие накрыло, как только она зашла внутрь отеля. Агата осмотрела большой холл первого этажа и с сомнением двинулась к лифту.
Ссылаясь на свое воображение, девушка постаралась успокоиться и подумать о том, что все ее планы координально поменялись. На лице даже появилась едва заметная улыбка при воспоминаниях о боссе. Оставалось лишь одно, рассказать об их переезде Матвею. Но что-то внутри подсказывало, что мальчик не расстроится.
С племянником сидела Марина, которая предварительно отпросилась с работы. Ее эта новость тоже должна взбудоражить. Однако знать на наверняка, что скажет на это подруга, она не могла.
Она прошла по коридору третьего этажа, где был их номер. Предчувствие, снова, неприятным уколом, осталось где-то у рёбер. Девушка вошла внутрь в ожидании, что к ней, как и обычно, прибежит Матвей. Но везде царила тишина.
— " Они просто спят", — стараясь заглушить чувство паники, твердила себе Агата.