Принятая (ЛП)
— Я, кажется, спрашивала не тебя, высшая кастелянка2, — ответила чародейка. Мне не понравилось, как она скривила губы.
— При всём уважении, чародейка, я здесь учусь, потому что хочу стать небесным всадником, — сказала я.
Девушка фыркнула.
— Я не чародейка. А подмастерье. Хотя для тебя, конечно, нет никакой разницы. Следовало догадаться. Но невежеству нет оправдания. Среди нас не бывает ущербных. При обучении магии вся ущербность уходит: мы либо выбиваем эту дурь из человека, либо запираем новичка так глубоко, что она оставляет его сама. Мы не можем находиться рядом с ущербными: от этого наше сознание туманится. Они его помрачают.
Из моей ноги она тоже собралась дурь выбивать? Я всегда восхищалась магами. Но теперь моё мнение о них начало меняться.
— Тогда хорошо, что вы не задержитесь у нас надолго, — заметила Саветт с почти отсутствующим видом.
— Не торопись с выводами, — ответила чародейка, ухмыляясь. Она продолжила злорадствовать над нами, но в этот момент поднялся мастер Дантриет. Он постучал ножом по своему стакану и, подождав, пока шум голосов стихнет, заговорил звучным и ясным тенором.
— Минуту вашего внимания, небесные всадники и ученики. Мы рады приветствовать на сегодняшнем вечере своих товарищей по службе. Особая радость для нас — видеть среди присутствующих магов и их учеников. Они привезли с собой Посла Доминиона, у которого есть важные новости. Прошу вас внимательно выслушать его. Он принёс депешу от самого Доминара.
Мастер Дантриет сел на место, и следом за ним поднялся высокий худощавый смуглолицый мужчина с тёмными глазами. Он был одет в богато вышитую одежду серебряного цвета с высоким воротником, какую носили в Доминионе. Посол вытащил из-за пояса цилиндр — точь-в-точь как у меня. Я потянулась к своему драгоценному сокровищу, чтобы убедиться, что не потеряла его. Он выудил из цилиндра свиток белой бумаги, развернул и трубоподобным зычным голосом зачитал послание.
— Вороны срываются с насиженных мест на башнях и летят к морям, куда ведёт их зов, а с ними — небесные звёзды.
Сидевшие в зале опытные небесные всадники ахнули, и тишина окутала помещение подобно густому туману. Мы, Принятые, ничего не поняли и озадаченно переглянулись между собой. Что бы это значило?
Мастер Дантриет снова поднялся. Лицо его побледнело. Чтобы заговорить, ему пришлось два раза прокашляться.
— Следуя указу нашего Доминара, — объявил он дрожащим голосом, — мы вылетаем.
Глава восьмая
— Подождите! — крикнула я, пробираясь сквозь возбуждённую толпу. Все вскакивали со своих мест, переговаривались между собой, кричали и теребили друг друга вопросами. Посол уже скрылся за порогом, а я всё ещё пыталась выплыть из моря людей, стараясь ненароком не наступить на кого-нибудь костылём. Вот он — посланник Доминара, единственный человек, которому можно было передать депешу и которого словно ветром сдуло. Я сжала зубы, опуская голову и протискиваясь между четырьмя ожесточённо спорившими всадниками из зелёной касты.
C другого конца зала раздался голос, перекрывший все остальные, — говорила мастер Эльфар.
— Всем Принятым немедленно спуститься в свои комнаты. В случае неявки вы будете исключены из школы.
Я разочарованно выдохнула. Шанс поговорить с посланником был упущен. Саветт протиснулась между людьми и встала рядом со мной; никто не осмеливался препятствовать ей, если она что-то замыслила.
— Идём, Амель, — сказала Саветт. — Пора возвращаться.
Она шла впереди, а я следовала за ней, радуясь неожиданной помощи. Маги и опытные небесные всадники увлеклись своими обсуждениями, позабыв о Принятых, которые пытались выбраться из толпы, следуя приказу. Саветт замедлила свой шаг, чтобы я поспевала за ней, и мы пришли в комнату, где уже собралось много народу, в числе последних. Мастер Эльфар стояла на деревянном ящике в дальнем конце комнаты и активно жестикулировала, пытаясь угомонить испуганное щебетание. Стари напирала на неё, стараясь обратить на себя внимание мастера.
— Принятыe, Принёсшиe клятву и начинающие небесныe всадницы, послушайте меня, — прогрохотала мастер Эльфар голосом, способным перекрыть шум любого ветра. — Кастелянки, в том числе высшие, перестаньте пытаться привлечь моё внимание. Вас всех это касается. Особых случаев не бывает. Да, Стари, я о тебе говорю. — Она нахмурилась, снова дёрнув руками, и ропот прекратился. — Нас зовёт Доминар, и мы ИСПОЛНИМ свой долг и клятву. Это значит, что мы покидаем Школу драконов.
Новость вызвала волну удивления, и отовсюду посыпались вопросы.
— Что с нами будет?
— Куда вы уходите?
— Разве в послании об этом говорится?
— Мы станем слугами! Это несправедливо!
— Успокойтесь, — гаркнула мастер Эльфар. — Успокойтесь все. Я не собираюсь разбирать с вами каждое послание до мельчайших подробностей. Это касается опытных небесных всадников, а вы пока ещё ими не стали, иначе бы поняли, что означают слова депеши. Грядут перемены, о которых вам нужно знать.
— Но как мы станем небесными всадниками, если все мастера покинут школу? — спросила Стари.
Мастер Эльфар изогнула бровь, складывая руки на груди.
— Вы видели магов и их подмастерье?
— Да, — Стари тоже изогнула бровь и сложила руки на груди. Вот же нахалка!
— Маги обучают своих подмастерье в полевых условиях, чтобы те могли учиться у них. Точно так же придётся обучать и вас, потому что, поверьте, в будущем нам понадобится каждый всадник. Я смотрю, тут некоторые обрадовались. Напрасно. Стать слугами уже не получится. Отныне у вас есть только два выбора: выжить или умереть.
По нашим спинам пробежал холодок, и я поёжилась. Не думала, что нам предложат какой-то иной выбор, но от этого ситуация не перестала казаться менее серьёзной.
Мастер Эльфар продолжила. Теперь она завладела нашим вниманием.
— К вам приставят оставшихся опытных небесных всадников. Одних будут курировать учителя, других — те, кто учить никогда особо не хотел. C этого момента мы прекращаем занятия и экзамены. Учитесь всему, чему сможете, и побыстрее. Неважно, к кому попадёте. Именно от финального решения куратора будет зависеть, перейдёте ли вы на следующую ступень обучения или нет. Они определят, что вы станете делать, чему будете учиться и куда полетите. Предваряя вопросы, отвечу сразу: нет, выбирать кураторов нельзя — даже кастелянкам; да, драконы летят с вами. Потому что мы небесные всадники.
— Остаётся надеяться, что вы усвоили достаточно на моих занятиях, чтобы заботиться о своём драконе и его амуниции. Ваша жизнь будет зависеть от того, насколько хорошо вы сможете применить полученные знания. Да, некоторым придётся остаться здесь и присматривать за Школой драконов. Это не только школа, но и важная крепость. Опустите руки. Я уже сказала, что просьбы распределить в группу к определённому человеку останутся без ответа. — Она нахмурилась, глядя на незадачливых учениц, поднявших руки. — Сожалею, что не смогу стать свидетельницей окончания обучения каждой из вас, но я остаюсь верной Доминару и подчиняюсь его приказам. Вы тоже должны, иначе будете держать ответ передо мной. А теперь собирайте вещи и готовьтесь. Дальнейшие распоряжения получите за завтраком. Хорошенько выспитесь. Некоторых из вас отправят в города, башни и кастелы, но кому-то придётся работать под открытым небом. Вы будете с тоской вспоминать о тёплой мягкой постели и сытной еде. Так что наслаждайтесь, пока есть возможность.
Мастер спустилась с ящика в окружившую её гудящую толпу. Чем ближе она продвигалась к выходу, тем громче становился ропот. Я помахала мастеру рукой, пытаясь привлечь к себе внимание.
— Если она не собирается выслушивать наши просьбы, то твои слушать точно не станет, ущербная! — выкрикнула Стари.
— Кто это сказал? — развернулась мастер Эльфар. Она внимательно оглядела девочек и вздохнула. — Вы все Принятые и будущие небесные всадницы. Помните об этом. Всё остальное неважно.