Вера для бандита (СИ)

— Вместо того чтобы нашим помогать, херней страдаем, — процедил вдруг один из них, жуткий тип со шрамом, змеившимся от виска до шеи. Он недовольно посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Я поджала губы, показывая, что тоже не в восторге от его общества.
— Ну а че делать, раз приказ такой, — пробубнил второй, лысый, с головой как яйцо.
— Может, это самое… По быстрому закинем барышню домой, а сами туда? — слово «барышню» верзила со шрамом произнес насмешливо. — На базе еще стволы есть.
Я невольно прислушалась к разговору.
— Барс узнает, кишки нам выпустит.
— Как бы им их не выпустили…
— А что, собственно, происходит? — не удержалась я от вопроса. — По какой причине кому-то должны что-то там выпустить?
Бандюганы переглянулись и противно заржали.
— Я задала вопрос и хочу услышать на него ответ, — самым строгим своим голосом из обширного учительского арсенала сказала я. Бандюганы резко осеклись.
— Талгат Аскарович вернется, и расскажет, — медленно произнес лысый. Подумав, добавил: — Если захочет.
Больше до самого дома не было сказано ни слова. Я сама не могла объяснить, почему по спине побежал холодок. Во что ввязался Талгат? Я, конечно, подозревала, что он занимается отнюдь не благотворительностью, но…
— Вера Николаевна, — выдернула меня из мрачных мыслей улыбающаяся домработница, когда я вошла в дом, — к вам стилисты приехали. Я их разместила в малом зале.
— Что? — непонимающе переспросила я. — Какие еще стилисты? Здесь какая-то ошибка, Ольга… простите, не знаю вашего отчества.
— Просто Ольга, — снова улыбнулась она. — Талгат Аскарович сказал, что вас к празднику нужно подготовить.
— Ах да… Из головы вылетело… Но это совершенно излишне, мне не нужна помощь.
Только сказав это, я поняла, что у меня не в чем пойти на день рождения к отцу Талгата. Из всех вещей у меня несколько юбок, пара пиджаков и одна пара брюк. Вряд ли там будут рады увидеть спутницу Барса в строгом учительском костюме.
— Они уже приехали, так что пойдемте, покажу вам, где малый зал, — улыбнулась домоправительница, не слушая меня.
Я послушно поплелась за ней на второй этаж, только сейчас поняв, какой огромный дом у Талгата. Интересно, зачем ему столько пространства? Живет один, семьи нет…
— Эм-м-м, Ольга, а вы не знаете, куда уехал Талгат? — попыталась я разузнать подробности у домоправительницы и не в силах справиться с чувством сосущего страха. Да что со мной такое?!
— К сожалению, нет. Но хозяин точно будет к семи, — отчеканила Ольга, распахивая двойные двери.
В огромном зале, видимо, по ошибке именуемом «малом», можно было без риска кататься на велосипеде. А как же тогда выглядит большой зал?..
Трое девушек, чьи веселые голоса доносились, пока мы подходили, замолчали при нашем появлении.
— Это Вера Николаевна, — представила меня домоправительница. — Если вам что-то будет нужно, просто нажмите кнопку, — она указала рукой на неприметное углубление в стене.
— Просто Вера, — поспешила я сбавить градус официальности, когда Ольга ушла.
— Итак, Вера, начнем с подбора одежды… — прощебетала одна из девушек, указывая рукой на стойки с одеждой.
Несколько часов пролетели незаметно. Когда я увидела себя в зеркало, не сразу узнала. Никогда еще я так не выглядела. Будто незнакомка. Я и не я одновременно. И хотя, решив не изменять самой себе, выбрала простое черное платье в пол, глубокое декольте приятно подчеркивало грудь. Умеренный макияж освежил лицо, а высокий объемный пучок подчеркнул скулы.
— Украшений не хватает… — задумчиво произнесла все та же девушка.
— С этим как-нибудь разберемся, — услышала я голос Талгата и резко обернулась.
Он стоял облокотившись о косяк и вбирал меня лихорадочным взглядом. Я облизала пересохшие губы, позабыв, что на них помада. Очнувшись от оцепенения через несколько секунд, увидела, что на светлой рубашке Талгата кровь. Метнулась к нему, чуть не упав в узком платье.
— У тебя кровь! Ты ранен? — сама удивилась тому, что в голосе звучат испуганные нотки.
— А я думал, мечтаешь от меня избавиться, — хмыкнул Талгат, устало проводя рукой по лицу. От его обычной веселости не осталось и следа.
 
— Где рана? — продолжала я расспросы, пробегаясь пальцами по рубашке.
Талгат схватил мои руки и отстранил от себя.
— Осторожнее, испачкаешься, — проворчал недовольно. — Кровь не моя.
— А чья?
— Неважно. Все, кто надо, выжил.
— А кто не надо? — с испугом спросила я, следя за выражением его лица.
Талгат только кривовато усмехнулся.
— Сейчас вымоюсь и поедем. Надень пока вот это.
Он протянул мне продолговатый бархатный футляр и, не став дожидаться, пока я открою его, ушел. Не в силах побороть любопытство, я распахнула крышку и увидела изящный, стального цвета браслет, на котором покачивалась небольшая подвеска в виде тигра.
 
 
25. Талгат 
Пришлось попотеть, вызволяя Саяра из лап этих скотов. Заляпали своей кровищей всю рубашку. Суки. Но в итоге всё прошло хорошо. Саяра потрепали, но жить будет. С Горой отвезли его в больницу, куда тотчас примчалась его цыпочка.
Выйдя из душа и снова надев ненавистный мне костюм, спустился вниз. С радостью бы потрахался и лёг спать, так как устал, как пёс, но отец выебет весь мозг, если не появлюсь на этом празднике лицемерия. К тому же обещал приехать своему сводному брату Мураду.
Тигрица сидела в кресле, закинув ногу на ногу и копаясь в телефоне. Снова залюбовался ей. Сейчас она не была похожа на замученную жизнью официантку. Передо мной была девка высшего класса. На некоторых замухрышек напялишь дорогое шмотье — так и останется деревенщиной, а Тигрица будто рождена для таких нарядов. Почувствовав на себе мой взгляд, подняла глаза, вздрогнув.
— Не слышала, как ты подошёл…
— Пошли, мы уже опаздываем, — сказал, направляясь к выходу.
— Может, всё-таки расскажешь, что произошло? — спросила она, семеня за мной.
— Ёбнули несколько людей.
— Что?!
— Ты же хотела услышать правду! — ответил, смеясь.
От дальнейших вопросов Тигрица воздержалась. Этого и добивался. Хотя и не соврал. Сев в тачку, сразу вдарил по газам. Отец уже начал написывать сообщения, спрашивая, где я. Опоздать, бля, нельзя.
— Подрочи мне.
Тигрица вылупилась на меня.
— Что, прости?! — удивлённо спросила она.
— Ты же всё прекрасно слышала. Мне нужна разрядка.
— Ты отвратительный, наглый тип! — Стукнула меня по плечу своим маленьким кулачком.
— Заметь, что я не сказал отсосать мне, так как берегу твой макияж, а всего лишь подрочить, — сказал, смеясь.
— Ты за рулём! Я не стану подвергать наши жизни опасности из-за твоей прихоти! — сказала, вложив в слова максимальное презрение.
Достал сигарету, закуривая.
— Хорошо. Тогда по приезду я трахну тебя там. Базара ноль.
— Это день рождения твоего отца! Как тебе не стыдно?! — Ещё несколько ударов по моему плечу.
Смеялся над её реакцией. Знала бы ты, киса, что вытворяет мой отец, и что делал я, приходя на его праздник, то не возмущалась бы так. Но я промолчал, давая ей самой всё увидеть и понять. К тому же мы уже приехали.
Отец как всегда праздновал на широкую ногу. Можно подумать, что тут происходит премьера какого-то голливудского фильма. Машины с гостями подъезжали без перерыва. Журналюги фоткали всё вокруг и брали интервью у подхалимов. Все были пиздец какие важные и с умным видом делились информацией о том, как мой отец в очередной раз сделал что-то пиздатое и на благо общества. В общем, всё как обычно.
Тигрица смотрела во все глаза, явно не ожидая такого масштаба. Взял её за руку, чтоб малая не потерялась. Она даже не противилась, явно находясь не в своей тарелке. Зайдя на территорию, можно было увидеть ещё больше людей, кучу бухла и скромный обслуживающий персонал. Всё было прилично, но я-то знал, чем всё закончится.
 
Стоит журналюгам уйти, как эти скромные официанточки скинут с себя почти всю одежду, достанут бухло покрепче, и начнётся вакханалия. Пробираясь сквозь улыбающихся мне депутатов, увидел Мурада, потягивающего виски подальше от всех. Знаю, что он терпеть не может этот ежегодный аншлаг, но не хочет обижать отца.