Восточная и Центральная Азия

Не удержался Ямарадж, подошел к животному и спросил:
— Послушай, слон! Ты огромней горы и сильнее горно го потока, так почему же ты слепо повинуешься тому, кто мал и слаб? Неужто тебе не хочется освободиться и убежать на волю, чтобы никому не подчиняться?
— О владыка! — ответил на это слон. — Не берись судить о том, что не ведомо тебе, — ведь в твоем царстве одни мертвецы, у них и впрямь какая сила? Потому ты и муча ешь их, как тебе вздумается. Живой человек хоть и невелик ростом, зато силен разумом. Поэтому все звери, даже такие большие, как я, подчиняются ему. Попадется тебе когда-нибудь живой, а не мертвец, вот ты и поймешь, что это такое. Посмотрим тогда, кто кого одолеет.
Не понравились Ямараджу эти слова, и расхотелось ем; продолжать разговор. Ничего не сказав, отошел он от ело на и направился в свои владения. Однажды, когда Ямарад жу наскучило пытать грешников, вспомнил он вдруг, что слон ему говорил. Кликнул владыка своих слуг и приказал доставить ему живого человека. Отправились они на землю и первым увидели писаря, который уснул на кровати, держа в одной руке чернильницу с пером, а в другой — лист бумаги.
— Этот вполне подойдет нашему господину, — решили прислужники Ямы и, подхватив писаря вместе с кроватью, помчались в подземное царство.
Неслись они как угорелые и так трясли кровать, что писарь проснулся. Видит: тащит его нечистая сила неведомо куда, и даже поначалу струсил немного. Только писарь был не робкого десятка. Собрался он с духом и стал выспрашивать у своих носильщиков, куда они так торопятся. Услыхав, что забрали его по распоряжению самого Ямараджа, приуныл было писарь. Но разве зря наградил его всевышний человеческим разумом? Думал он, думал и наконец придумал. Обмакнул перо в чернильницу и написал на листе бумаги следующее:
 
«Всевышний бог Вишну владыке подземного царства Ямараджу.
 
Дошли до меня слухи, о Ямарадж, что ты хочешь заполучить в свои владения живого человека. Видно, забыл ты, что тебе положено забирать только мертвых? Чтобы напомнили, тебе об этом, я решил принять образ живого человека и самолично предстали, пред тобою. Так и были,, не стану отчитыватъ тебя при твоих подданных, потому и написал это послание.
 
Однако прощения не жди и, как только увидишь меня, немедленно отправляйся за решением своей судьбы в Байкунтху [109]. Я сам позабочусь о твоем царстве до нашей встречи. Смотри, по дороге не проболтайся никому, что я был под землей. Пока все!
 
Вишну».
 
 
Между тем прислужники Ямы добежали наконец до преисподней и поставили кровать, на которой восседал писарь, перед Ямараджем. Не теряя времени, вскочил тот на ноги, вручил владыке мертвых свое письмо. Прочел его Ямарадж и тут же приказал всем выйти. Когда прислужники его удалились, он спустился с трона и склонил перед писарем голову.
— Что же ты медлишь, выполняй приказание. Встретимся в Байкунтхе, — величественно произнес человек.
Ямарадж опять позвал своих слуг и приказал им во всем подчиняться пришельцу с земли, которого он оставляет вместо себя на троне. Сам же владыка поспешил в Байкунтху.
Как только писарь оказался у власти, он повелел немедленно прекратить адские пытки и освободить всех грешников.
Через некоторое время Ямарадж добрался до Байкунтхи и предстал перед всевышним. Увидел Вишну дрожащего от страха владыку подземного царства и воскликнул:
— О Яма! С какими новостями ты пожаловал ко мне? Уж не случилась ли беда в твоих владениях?
— О великий бог, — удивился Ямарадж, — ведь ты же сам во образе живого человека повелел мне явиться сюда. Как видишь, я исполнил твою волю. Я знаю, велика моя вина, и все-таки прошу тебя, о всевышний, смени гнев на милость!
 
С этими словами Ямарадж склонился перед Вишну. Но всевышний удивленно смотрел на испуганного Яму. И только когда владыка преисподней рассказал обо всем, что с ним приключилось, Вишну наконец понял причину его страха и покатился со смеху.
— Ну, и поделом тебе, Яма. Хотел помериться силами с живым человеком, вот он тебя и проучил! Как видишь, не так-то легко справиться с живым, наделенным силой человеческого ума. Недаром человека считают самым умным в мире, поэтому все и подчиняются его воле. Возвращайся домой и с уважением проводи живого человека обратно на землю, где ему и подобает находиться.
  
Корень радости
 
В давние времена всей землей правил один-единственный раджа, которого звали Манахангом. Владел раджа несметными богатствами: подвалы дворца его полны были золота и драгоценных камней, а закрома ломились от зерна. И бесчисленные подданные его не знали ни в чем недостатка. Однако ничто не радовало раджу Манаханга, и никакие развлечения, никакие забавы не могли развеселить правителя.
Собрал однажды раджа своих бхарадаров-советников и обратился к ним с таким вопросом:
— О мои министры и советчики, неужто в мире не существует того, что приносит человеку радость? Кто из вас укажет нам путь к веселию и найдет бальзам, дарующий радость, того ждет великая награда. А теперь я слушаю ваши мудрые речи.
Тут встал один из министров по имени Бунок и сказал государю:
— О великий раджа, я знаю, где хранится корень радости. Дайте мне три месяца сроку, и я принесу этот корень, из которого приготавливают напиток, дарующий радость всем, кто его отведает.
Очень обрадовался раджа и тотчас послал своего министра за корнем радости. Тогда Бунок обратился кротом и принялся рыть ход в глубь земли. А через месяц он добрался до подземного царства — паталалока. Только очутился он в подземном царстве, глядь, перед ним большой дом стоит, и дверь распахнута настежь. Вошел Бунок в этот дом и увидел сидящую у порога хозяйку — старуху Юманарангу.
— Намаете, тетушка! — поздоровался Бунок.
Юманаранга поднялась со своего места, расстелила коврик перед гостем и пригласила его сесть. Затем она вышла и тут же вернулась с чашей и кувшином.
— У нас здесь в паталалоке очень жарко, — сказала хозяйка, протягивая чашу Буноку. — Испей-ка соку, и тебе станет сразу полегче!
Бунок очень обрадовался, что его так гостеприимно встретили. Он вознамерился уже поблагодарить хозяйку и заодно сообщить ей о причине своего прибытия из далекого земного царства — притхибилока. Но хозяйка не дала ему даже слова молвить.
— Сначала утоли жажду, а сказать еще успеешь.
Поднял Бунок чашу и выпил все до капли. Сок был прохладный и на редкость вкусный. Поэтому, когда старуха опять наполнила чашу, Бунок не смог отказаться. Только после этого Юманаранга спросила:
— Ну, а теперь расскажи, зачем ты покинул землю и пожаловал ко мне в паталалок?
Хотел было рассказать Бунок, что привело его сюда, но язык онемел, и не смог он произнести уже ни слова.
— Так бывает со всеми, кто отведает сока впервые, — стала утешать Бунока старуха. — Но стоит к нему привыкнуть, и слова сами потекут с кончика языка. Выпей еще, и все пройдет!
Она снова налила полную чашу и подала министру. Тот с жадностью осушил ее и тут же заснул. Когда министр проснулся, он и думать забыл, зачем пробрался в паталалок. Ему хотелось только одного — утолить жажду. И он опять выпил одну за другой две чаши так полюбившегося ему напитка. А потом глаза его закрылись сами собой. Так и стал проводить он время в доме Юманаранги, позабыв про все на свете.
 
Старуха зорко следила за тем, чтобы Бунок никогда не приходил в себя. Ведь корень радости принадлежал подземному царству, и хозяйка не хотела, чтобы он достался людям.
Проходили дни, недели, а от Бунока не было ни слуху ни духу. Раджа Манаханг стал уже беспокоиться за судьбу своего министра. К исходу третьего месяца он снова созвал всех министров и бхарадаров и объявил им: