Сытые годы (СИ)
На следующий день после выхода из застенка Полковникова, Сергей Юлиевич напросился на конспиративную встречу с агентом британской разведки, которому сообщил (по большому секрету), что ему удалось «прогнуть» соправителя Александра Михайловича. Мол, юный недоимператор хочет избавиться от контроля со стороны военной клики Милютина и Скобелева. При этом Витте выговаривал англичанину за топорную попытку отравить вдовствующую императрицу Софью. Из-за чего Александр Михайлович не слишком доверяет англичанам и тормозит необходимые им преобразования, в том числе столь необходимый вывод военных баз из Швеции и Норвегии, а также предоставление независимости Персии. Но вот работа по введению «золотого стандарта» для рубля идёт полным ходом. В ближайшее время будут проработаны все детали законопроекта, уверен, он пройдёт все необходимые инстанции и Сандро его подпишет. После чего для краснощитовых баронов [4] наступит режим наибольшего благоприятствования в экономическом пространстве Российской империи.
Весь этот спектакль нужен для того, чтобы не дать англичанам повода убить Михаила пока к нему не подоспела помощь. В Полковникова и умение его людей Академик верил. Но не мог не волноваться: в такой экспедиции всегда есть место случайности. А нелепая пуля могла оборвать жизнь императора Михаила. И это было то, чего допустить нельзя никоим образом! Поэтому Коняев так сильно волновался. Но всё-таки он смог вернуться к докладу, который читал перед тем, как его отвлекли тяжкие думы.
Итак, его агент из Германии сообщал, что поставки турбин для гидроэлектростанций, которые разработала компания «Siemens» тормозятся происками тех же британских агентов. Правда, они действуют через своих контрагентов в правительстве Германии. Не смотря на общую доброжелательную направленность немецкой политики по отношению к России, в Берлине сильна английская партия. Вот она и имеет серьезное влияние на эту корпорацию. Доклад был весьма подробным, описывались все действующие лица заговора против империи, их связи между собой и с британскими представителями, тем более, что англичанка действовала через своих посольских сотрудников, защищаемых дипломатическим иммунитетом. Но это облегчало выявление связей.
Ну что же, придется воспользоваться связями Николая Владимировича Мезенцева. Его агентурная сеть никак не связана с российской разведкой, которая оказалась скомпрометирована из-за глупых поступков старшего брата. Это даст возможность урегулировать вопрос, думаю, даже самым показательно жестоким образом. Они там что, не смогут нанять какую-то серьезную банду? И пусть кто-то этих лихих парней подстрахует. Сандро, дабы не откладывать дела в долгий ящик, вызвал адъютанта и попросил пригласить Мезенцева на завтра, одиннадцать часов утра — в это время у него было окно, часа на полтора. Почему бы часть его не посвятить своему подчиненному?
А теперь докладная записка от адмирала Зеленого. Илья Александрович принадлежал к ближнему кругу великого князя Константина Николаевича, состоял при нем флаг-капитаном. Потрудился воспитателем сразу двух великих княжат: Дмитрия и Константина Константиновича.
После трагедии в Зимнем дворце был введен Михаилом Николаевичем в состав Государственного совета, стал одним из сотрудников так называемой «экспертной группы» по делам военно-морского флота, отличался либеральными взглядами, посещал Английский клуб, который покинул, как только были обнародованы документы о грязных делишках британской короны. Кроме того, дружил с покойным Федором Михайловичем Достоевским, а после смерти писателя оказывал поддержку его семье. «Отцом» характеризовался как очень достойный человек. И вот ему я поручил провести инспекцию состояния работ с беспроволочным телеграфом, над которым трудился Александр Степанович Попов с коллегами. Надо сказать, что в ЭТОЙ реальности они получили более чем щедрое финансирование на скорейшее внедрение своих работ (переплачивать иностранным фирмам за радиосвязь я лично не собирался).
Увы, доклад Зелено́го оказался более чем неприятным. Надо сказать, что к своим обязанностям Илья Александрович отнесся весьма ответственно: он не только указал общее состояние дел (в целом —неудовлетворительное), но и выяснил причины этого положения и наметил меры по их устранению. Увы, одной из главных причин такого состояния дел оказался… сам профессор Попов. Человек науки, он имел весьма своеобразное представление о секретности, конфиденциальности, а также производственной и научной дисциплине. О своих достижениях он трубил в частной переписке с ведущими учеными мира, так что неудивительно, что оформление привилегий на его имя столкнулось с тем, что никому не известный Маркони уже подобные патенты оформил в соответствующих органах ведущих европейских государств и САСШ, Кроме того, получив первые результаты, Александр Степанович к радиоделу охладел и увлеченно занялся исследованиями в других областях, на которые также увлеченно стал расходовать средства, выделенные на развитие радиосвязи. А при перевороте Николая Михайловича, даже получив сигнал «Конкорд», не стал ничего предпринимать. Посему чуть ли не единственными серьезными научными разработками, которые полностью «убежали» к нагличанам оказались именно наши достижения в столь необходимой радиосвязи. Было от чего беситься!
А вот меры, которые предлагал адмирал, меня лично не устроили от слова совсем. Слишком он мягок и либерален. Даже слишком либерален, черт бы его побрал. Объявить выговор! Поставить на вид! Выписать штраф. Это за деяния, которые однозначно можно трактовать как измена Родине? Подписку о неразглашении Попов, как и все сотрудники его лаборатории давал? Давал! Пусть и ответит по всей строгости закона. Ничего! Поработает в шарашке, мозги на место станут! Гений общечеловековский, бля, сил на таких нет! Да и другим послужит уроком, дабы неповадно было!
Но это в качестве репрессивных мер. Надо же подумать, как эту гору столкнуть с места? И что делать? Раз кто виноват, мы, со скрипом, установили. Вижу только один выход. Придется к этому делу приобщать Теслу. Никола почти закончил с очередными задачами, сейчас в свободном поиске, надо будет его пригласить. Тем более, что угроза ему и его работам миновала, а его поведение во время переворота было практически идеальным. Всё сделал согласно инструкциям. Но с кем ему работать? Хм… Вот ведь задачка. А как себя проявили во время мятежа сотрудники Попова? Стоп! А ведь и Дмитрий Семенович Троицкий, и Пётр Николаевич Рыбкин вели себя более чем достойно. То есть всё сделали согласно инструкциям, это Попов на всё забил, а эти постарались поступать как следует из инструкции. Вот! Троицкого смогли английские агенты перехватить, но он как-то выкрутился, ничего не сообщил, оказал сопротивление, был освобожден нарядом солдатиков. Молодец какой, кричал «пожар!», пока не прибежала подмога. Да! Кричал бы «грабят» — обыватели только порадовались бы, что не их! Ну да ладно. Этих привлекаем в обязательном порядке. Фёдор Яковлевич Капустин — под большим вопросом. Профессора не оставил, хотя англичанам ничего не выдал, молчал, как рыба. Хватило и того, что захватили у Попова. Вспомнил! Есть такой молодой мичман Константин Фёдорович Шульц, весьма деятельный молодой человек и к технике способности имеет. Да, Евгения Львовича Коринфского привлекаем в обязательном порядке, он еще и организатор неплохой, будет заместителем Теслы по производственной части. А вот Колбасьева Евгения Викторовича задействовать или нет, это надо хорошо обдумать. Он тут мне вполне годный проект подводной лодки принёс. Не бесспорный, конечно, но на этом уровне технического развития вполне реализуемый. Нет, тут надо еще раз всё взвесить. В конце-то концов, толковые инженеры для реализации проекта нашей субмарины будут более чем кстати, а идеи у Колбасьева вполне себе здравые.
Так… тогда надо собрать совещание… Вот, двадцать второго, в десять часов поутру. Есть время. Правда, совещание может затянуться. Но все вроде в Санкт-Петербурге? Надо бы уточнить. Вот пусть Саша-адъютант и выяснит, он уже привык, что надо всё уточнять, парень шустрый, пусть старается.