Игры крови (СИ)

— Довольно!
— Я хочу тебе самого лучшего, Вики! Светлые отцы…
— Довольно. С советами и советниками я разберусь сама.
— Так, значит, ты заговорила? — разозлилась императрица, — Гордыня — грех, Вики. Не совершай этой ошибки. Покайся и Всесветлый….
— Вам пора, матушка.
Императрица удалилась молча, не устраивая истерик и скандалов. Да и нужды в этом не было. Виктория знала, что девять из десяти людей, что ныне окружают ее, служат не ей, а матери. Так что у императрицы не было нужды повышать на дочь голос, она могла добиться своего тихо.
К чести матушки нужно было сказать, что после казни дяди и назначения Виктории наследницей престола, императрица Анна была далеко не первой посетительницей принцессы.
За сегодняшний день во дворце успели побывать все значимые люди империи. Все кроме архимага Роза. С ним Виктория говорила ДО. И похоже именно этот разговор и пугал всех больше всего. По крайней мере про хитрую и лживую натуру архимага Виктория слышала сегодня далеко не впервые. Как и про его элурское происхождение.
Забавно, но все прошедшие годы ее жизни она про это даже не слышала, а сегодня уже десяток людей упомянули при принцессе, что Роз элурец. Только отец и сказал ей, что Розу можно верить… если у тебя есть кинжал приставленный к его шее.
В том, что у нее будет такой кинжал Виктория сомневалась. Как сомневалась и в том, нужен ли ей трон, обладание которым несет в себе так много проблем. Может быть стоит все отменить? Может броситься в ноги отцу и попросить его…
— Госпожа, — голос дворецкого за спиной, что как всегда подошел бесшумно, заставил принцессу вздрогнуть, — Прибыл курьер из императорского дворца.
— Что там? — сердце предательски сжалось, так как принцесса поняла какую именно весть принес курьер.
— Ваше императорское величество, — слезы брызнули из глаз девушки и она с силой закрыла глаза, чтобы никто не видел ее слабости, проявленной на это самое первое ее жизни подобное обращение, — Должен с прискорбием сообщить вам, что ваш отец скончался.
— Я поняла.
Виктория взяла себя в руки и твердой походкой направилась к выходу из залы, в которую не так давно она зашла принцессой, а теперь покидала императрицей.
И никто во всем мире, даже вампиры, не знал, что несут миру эти первые шаги новой правительницы людей. Не знала этого и она сама. Виктория просто шла вперед. Судьба или боги распорядились так, что отныне она императрица, и девушка намеревалась достойно нести это павшее на ее слабые плечи бремя.
Предки будут гордиться ей!
  
Глава 10
 
Глава 10
— Мне сообщили, что Император только что помер.
— Туда ему и дорога. Пусть Всесветлый будет к нему справедлив и покарает за всего его грехи.
— Не боишься, что он и правда будет к нему справедлив?
— Это уже не в нашей власти, брат. Ты успел переговорить с инквизиторами?
— Нет. Братья-инквизиторы осторожничают. Даже намеки на серьезный разговор сразу пресекают.
— Не хотят значит выбирать нашу сторону.
— Луго их полностью устраивает. И как кардинал, и как возможный Наместник.
— Еще бы он их не устраивал, с теми деньгами, что он выбивает для инквизиции каждый год. Но деньги им можем предложить и мы, а вот отменить некоторые указы об ограничениях деятельности ордена можем только мы. Кто еще предложит инквизиторам такие условия? Другие даже слушать их по этому поводу не будут! Обвинения в ереси, костры еще живы в памяти старичков.
— Все так, но у меня сложилось впечатление, что инквизиторы всем довольны и не стремятся к прежней независимости. Их устраивает текущее положение дел.
— Это точно?
— Такое у меня сложилось впечатление, брат. Стоит в беседе зайти речь о старых временах — и инквизиторы, пусть и не яростно, но осуждают своих предшественников.
— Плохо. Наместник доживает последние недели. Император сдох. На троне соплячка… Другой возможности у нас может и не быть, брат.
— Я все понимаю… и чтобы между нами не было разногласий… если Луго станет Наместником я против него не пойду.
 
— Никаких разногласий, брат. Если кардинал Луго станет Наместником я тоже против него не пойду. Но он еще не Наместник! У нас еще есть шанс! Что насчет этого мерзавца Мездо? Ты говорил с ним?
— Говорил. Аббат Мездо не стал вести длинные разговоры и сразу назвал свою цену. Кардинальское звание и должность казначея.
— Зажрался, сволочь. Сидит у себя во дворце, заветы Демура давно забыл, а все туда-же… Угрожать не пробовал?
— Нам нечем надавить на эту падаль, брат. Мездо опирается на придворных и там многие считают его за своего. Трогать эту камарилью* себе дороже.
(Камарилья (исп. camarilla «комнатка; тайный кабинет» — группа придворных приближенная к первым лицам и старающаяся влиять на ход событий интригами. В широком смысле: группа придворных и фаворитов, что окружают короля.)
— Значит от Мездо надо избавляться, что опять возвращает нас к инквизиторам. Как думаешь, если я лично пойду и извинюсь…
— Ничего не выйдет, брат. Инквизиторы слишком хорошо помнят твое оскорбление…
— Это было не оскорбление! Это была правда, которую они не приняли!
— Инквизиторы помнят высказанную им в глаза правду, которую они не смогли принять. Извинений будет недостаточно.
— Скоты… но полезные. Этого у них не отнять. И что делать? Боевое крыло Церкви полностью на стороне кардинала Луго. Инквизиторы единственные из людей действия, кто под него не лег.
— Я думаю нам нужен союз с фракцией Реформаторов, брат.
— Это ересь! Стоит нам только посмотреть в их сторону, как инквизиторы из разряда нейтралов перейдут в стан наших врагов.
— И мы от этого ничего не потеряем. Голоса инквизиторов принадлежат Луго.
— Нет. Надо искать союзников среди нейтралов.
— Их голосов не хватит и они мало что могут
— Значит…
— Да, брат. Без поддержки управленческого аппарата и старой гвардии шансов у нас нет.
— Значит…
— Да, брат. Нам надо убедить Наместника Агорда, что я лучшая кандидатура в качестве его преемника, чем Луго.
— И что мы можем ему предложить, чего не может предложить Луго?
— Молодость.
* * *
— Видел, что наши выскочки уединились. Даже не пытаются скрываться, — кардинал Луго с отвращением потер щеку, — И ведь знаю, что они там просто разговаривают. Но ведь это так вызывающе! Так и хочется поубивать мерзавцев!
Череда сексуальных скандалов, время от времени потрясавших Вобанэ, так надоела одному из Наместников, что несколько десятков лет назад появился указ запрещающий священникам оставаться в одном помещении вдвоем на период более двух минут.
— Представители фракции «молодых кардиналов» всегда слыли нарушителями привычных норм и правил Церкви. Тем более сейчас у них появился небольшой шанс и время им дорого, — один из трех стоящих рядом с кардиналом людей повел рукой в воздухе, — Пусть шанс небольшой, но он есть, а значит можно нарушать указы. Победителей не судят.
— Небольшой? — кардинал недобро усмехнулся, — За последнюю неделю к их фракции примкнуло сразу десять значимых священников. Стоило им формально сменить лидера с этого крикуна и баламута Лиру на интеллектуала Мефто, как все вокруг только и говорят о «молодых кардиналах». Мефто — то, Мефто — это. Бесит!
— Смена формального лидера была с их стороны хорошим ходом. Теперь им надо идти на поклон к Наместнику и получать его поддержку.
— Есть мысли, что они могут предложить старику?
— У них есть только один аргумент который Наместник еще может послушать и принять.
— Возраст, — понимающе кивнул Луго.
— Именно. Их лидер на двадцать лет вас младше. Долгое и стабильное правление это мечта старика. Ради нее он может дать слабину.
— Это что-то изменит для нас?
— Нет. Лидер так называемой «Старой гвардии», кардинал Жегрол, никогда не поддержит «Молодых» даже если Наместник лично прикажет ему или попросит. Сама старая гвардия, будет голосовать так, как скажет им лидер. У них в этом плане железная дисциплина. Да и авторитет у Жегрола такой, что нам стоит радоваться, что у него нет амбиций на место Наместника.