На ветру твоих желаний (СИ)

Удары моего сердца четко отмечали удары меча Сюаня. Я как будто становилась с ним одним целым. Невольно я делала шаг за шагом, направляясь туда, в воронку этого жестокого противостояния. Сердце все сильнее отбивало ритм: Бам, бам, бам, бам, бам, бам. Шаг переходил на бег. Я уже не понимала, защищает ли меня щит Юй Фея или тени расступаются сами. Кровь в моих венах все быстрее пульсировала, когда я внезапно замерла, стоя в шагах тридцати от сражающихся.
Меч Владыки пронзил грудь Сюаня. Маска с его лица упала в пыль, он сам упал на одно колено. Лицо его скривилось, и я почувствовала боль, такую сильную, что тоже упала на колени.
— Ааааааааа! — как будто он пронзил меня вместе с ним.
Все закрутилось, небо поменялось с землей местами. Когда я оскалила клыки и бросилась вперёд. Я уже была не собой. Огромное озлобленное животное величиной с дракона. Сама я уменьшилась до размера горошины, удерживаясь где-то в слезинке этой огромной лисы, на самом краю ее ресниц.
Ярость, слепящая ярость — все, что я чувствовала к этому темному рыцарю. Возможно, я попадала огромными лапами на раненых, или была другая причина. Повсюду союзники орали не своим голосом.
— Бедствие, бедствие.
Но ярость гнала меня в бой. Без колебаний я врезалась в, казалось удивлённо Темного Владыку, проходя всем своим черным и, как оказалось, туманным телом сквозь него. Затормозила всеми лапами, растерянно оборачиваясь, злясь, что не растерзала его в клочья. Рванула опять. Все небо покрыла красная мгла. Или это пелена в моих глазах.
Второй раз он не смог увернуться, и я ударила когтями, рассекая его одежды в лохмотья.
Он взмахнул мечом, но я увернулась благодаря звериной интуиции, подныривая под руку огромной пастью. Сомкнула челюсти на его горле. Закрыла глаза, в упоении ощущая телом наше с ним падение. Мы падали неестественно медленно, как будто наши души давно покинули тела, обрушивая границу этого мира.
Сквозь мои сомкнутые веки пробился свет. Такое двоякое ощущение, что я сейчас открою глаза, и эти лампы, длинные электрические лампы дадут мне знать, что наркоз меня только что отпустил. Но, открыв глаза, я увидела, как лежу на земле, вся в крови, в своем женском облике. Моя худая ручка тянется к лежащему рядом Сюаню.
Он умирает. Не знаю, как я это поняла. Из раны его бесконечно долго вытекает кровь. Звенящая тишина пугает своей безмятежностью.
Кронпринц приоткрывает свои восходящие светлые глаза. Зрачки его расширены. Так, как будто он влюблен в меня безумно, а я ему опять отказала и его интерес горит все сильнее. Он улыбается краем красивого рта, из которого тут же начинает струиться кровь, пачкая его идеально прекрасное лицо. Я тяну руку, больше ничего не двигается, и он, пошевелив пальцами, тянет свою ко мне. Но силы его заканчиваются. Глаза! Его глаза стекленеют, как замёрзшие. Ужас охватывает мое сознание.
— Сюань, не умирай, — хриплю я, — Я дам тебе энергии, сколько захочешь. Я люблю тебя! Вредный ты демон. Не пугай меня так. Пожаааалуйста.
Но он уже неподвижен и так безмятежно красив. Застывшее божество. Я так и не могу коснуться его пальцев. Не хватает буквально двух ладоней. Он начинает исчезать, как и мои оковы. Я чувствую это, но мне не свободно. Светлыми искрами устремляясь ввысь, его тело тает, становится сначала прозрачным, потом и вовсе исчезает.
Я не могу дышать, не могу вдохнуть без него.
«Я уже разучилась дышать без его разрешения, без его одобрения, без его смеха!»
Последний рывок безумия. В моих руках только пыль. В моей груди только слезы. В голове обрывки моих жизней, спутались в огромный ком.
Я даже не видела и не слышала, а только потом вспомнила, как они, союзники, меня окружили со страхом в глазах. Тыча пальцем и шепча бесконечно.
— Бедствие.
— Бедствие.
— Бедствие.
— В небесный дворец ее.
— Осторожно. Она опасна.
— Цепи, сковывающие Высших, несите их. Так мы её не удержим.
От шока я не сопротивлялась. Оглушенная болью, сгребала пыль руками в том месте, где исчез Сюань. Не знала, что делать, как мне теперь быть и куда податься. Я будто забыла всё: свои цели и намерения. Ничего не успокаивало меня. Я не видела выход из этой ситуации. Она была в тот момент для настолько тупиковой и бессмысленной.
   
Глава 32
 
Сколько бы я не думала сейчас об этом, наверное, так подействовал на меня стресс, и я упустила возможность. Свою счастливую звезду. Надо было бежать сломя голову.
Я поняла это только сейчас, пристегнутая цепями, буквально обмотанная ими вся, видимо для надёжности, к огромному каменному столбу. Не могла и пальцем пошевелить. Он сам притягивал меня, что в принципе было даже удобно, если бы не было так холодно. Леденящая поверхность камня проморозила все мое тело насквозь. Очнулась я не так давно и все еще осматривалась. Не могла никак понять, где нахожусь. Сколько ни кинь глаз — темнота, но темнота необычная. Черного неба, уходящего вдаль без звёзд и луны. И больше ничего просто постамент среди мглы, к которому я пристегнута, и небольшая каменная платформа, на которой это все стоит. И все!
— Ханьшу, я умерла? — спросила я вслух желая услышать свой голос и все еще ощущая его твердокаменность на запястье.
— Нет, — его ответ показался довольно мрачным, и ничего вообще не объясняющим
— Ханьшу они что-то тебе сделали? — забеспокоилась, вдруг он теперь ничего не сможет, что обещал мне. Конечно, если я доживу. Ну и немного за него самого.
— Нет, — все так же ответил он.
— Ханьшу! Почему они меня так привязали серьезно. И где это мы? Ты знаешь?
— Знаю. Не хочу тебя расстраивать.
— Ну так мне ещё страшнее, когда я не в курсе дел.
— Ты убила Владыку.
— Я?
— Да.
Тут я начала вспоминать все, как в замедленной съёмке.
— Это была не я! Состояние аффекта ты знаешь о таком? Ты мне веришь? Сюань…? Он мертв? — с дрожью спросила, все сразу.
— Нет. Он собрал семь небесных камней и переродился. Ещё и силу Владыки прихватил благодаря тебе. Только ты дурочка, осталась ни с чем. Действительно Бедствие! — он опять замолчал. Я почувствовала, ему горько за меня.
— Я больше не его духовное животное?
— Нет, ваша связь закончилась с его этим воплощением.
— То есть, он сейчас где-то совсем малыш? — честно говоря, я так плохо соображала и стучала зубами от холода.
— Это не совсем так работает.
Кажется, браслет даже напрягся, не в силах мне объяснить.
— А как?
— Он сейчас, я думаю, ещё спит в пространстве между мирами. Или где-нибудь на возвышениях иллюзий. Не знаю куда точно его спрятали камни. Но когда он выйдет, сразу тебе скажу, не надейся, что он спасет тебя.
— Ну, я не сильно и надеялась. Даже будь он в себе.
— Не обманывай. — заподозрил меня этот яшмовый негодник.
— Ну да, надежда имела место быть! — я повесила нос.
— Он просто не будет тебя помнить.
— Это не проблема! Он дал мне жемчужину.
— Ну а как ты собираешься отсюда выбраться и найти его?
— А почему меня все таки тут привязали? Я же совершила хороший поступок. Владыка Тьмы, он же враг всех царств!
— Если бы все было так просто, — показалось вздохнул Ханьшу, — Ты — Бедствие! Сила, не поддающаяся контролю. Только хитрый Сюань и сообразил, что да как. А небесные даже разбираться не станут.
Тут он затих. И я тоже, потому что на краю платформы материализовались несколько знатных особ. Я поняла это по их пышным одеждам. Первый особенно был разряжен. На голове мужчины красовалась императорская тиара с бусинами равновесия небесных сфер. Я видела его портрет в Академии. Нынешний правитель Небесных император Луа Дун Тайцзы.
Кланяться мне было не сподручно, я просто смотрела на пришедших круглыми глазами, предчувствуя, что ничего хорошего от них не стоит ждать, со слов Ханьшу.
Помимо императора тут был старец с длинной белой бородой и усами чуть не от ушей, и бравый военный, судя по его доспехам. Такой вот совет. Они еще о чем — то переговаривались, я не услышала, пока не подошли ближе.