Измена. Развод отменяется! (СИ)
Дымлю в потолок.… Лида раздраженно ходит туда-сюда по огромной квартире, расставляя вещи.
Мы переехали, ясен хрен.
Не жить же на пепелище, а хаток у меня хватает.
Мог бы выбрать побольше, но я как будто нарочно выбрал эту.
Небольшую, так называемую евро-двушку!
Лида ни слова не сказала, но посетовала, что шкаф — маленький, а шмоток у нее много. Любит она наряжаться… Красиво это делает.
— Ты не мог бы дымить на балконе? — морщится она.
— Не мог бы. Что, на сигу тянет? — ухмыляюсь, протянув ей.
В ответ — недоуменный, словно раздраженный взгляд.
— Я не курю!
— Курила.
— Давным-давно! Я бросила! Больше десяти лет назад, и с тех пор ни разу сигарету во рту не держала.
Пиздит.
Мы переспали, меня потянуло покурить. С кайфом несколько затяжек сделал и словил на себе ее затуманенный взгляд.
Как сейчас помню, протянул ей сигу, она сделала несколько затяжек, вернула.
Потом я туда же губами приложился…
— Забыла, что ли, как после нескольких затяжек, снова на хуй присела? — напоминаю ей.
Отодрала… Ух, горячая баба, оказывается, нетраханая, знающая, что хочет… Такой только крепкий болт покажи, сама его отполирует и не станет спрашивать, как тебе нужно, преданно-куплено смотреть в глаза… Да, блять…
Хватит уже!
Лида разворачивается, не успел рассмотреть ее лицо.
Задел словами или нет?!
Хлопает дверь.
Она начинает дальше перебирать свои вещи и раскладывать их по местам.
В итоге оказывается, что весь шкаф забит ее шмотками. Для моих места не осталось.
— Ты не считаешь, что тут слишком много твоего барахла?
Дергаю ящики комода один за другим.
Трусики, лифчики, рюшечки, чулочки…
Косметоса — вагон.
— Нет, не считаю. Тебе тоже место осталось.
— И где же? — развожу руками.
Лида пинает в мою сторону мятую, грязную картонную коробку, в которой перевозили кое-какие вещи.
— Вот. Пожалуйста, пользуйся на здоровье, Ефим! А я поехала…
— Куда?
— Как куда? На шоппинг! В спа…. На маникюр и укладку… Некогда с тобой болтать, у меня день по минутам расписан. Сам же сказал, вечеринка, мы должны блистать, — ехидно-сладенько улыбается.
Так сладенько, что между этих губ только напихать остается и придерживать за эти белоснежные патлы… Впечатывая сучку дерзкую подбородком в пах… Пусть ее слюни по мне текут, пусть давится, глотая!
Напряжение возрастает…
Никуда не годится!
— Все, я поехала и с собой возьму Борю.
— Какого Борю?
— Монах который, — отзывается. — Его зовут Борис.
Монах — сдержанный, молчаливый, часто на службы ходит, поэтому его зовут Монах. Ну, хоть не Витек Хромой, Монах в разы сообразительнее.
Надо бы его еще попросить, чтобы сигналил мне обо всех передвижениях моей зазнобы. Что-то не нравится мне ее настрой. Чуйка, сука, верещит, жди сюрприза.
А чуйка у меня за всю жизнь, как у зверя. Не обманешь…
Редко сбоит.
Как оказалось, впереди меня ждала настоящая... катастрофа! И это еще мягко сказано.
Глава 8
Лидия
Немного позднее
— Проходи, не стесняйся… — приглашаю своего нового знакомого.
Он заносит за мной пакеты, оглядывается.
Недоумевает, что ли?
Ах, действительно, что такая роскошная женщина, спустившая не один миллион на тряпки, делает в крохотной евродвушке.
— Удивлен? — уточняю я.
Ник оглядывается еще раз, потом смотрит на меня, с улыбкой.
— Нет. Какая разница, сколько лет твоим кедам, если ты гуляешь в них по Парижу…
Вообще не в тему сказано!
Наверное, он хотел сказать, плевать, в какой квартире ты живешь, если обеспечиваешь себе достойный уровень жизни, развлечения и поездки, но выдал вот эту глупостть!
Господи, лучше бы он молчал и загадочно улыбался. Ну и поигрывал мышцами, которых у тебя в достатке, если не сказать, в избытке.
Мужчина хорош собой, сложен прекрасно, следит за фигурой, за питанием и стилем. Прокачал все мышцы, которые только возможно. Загорелый, с гладкой кожей…
Только мозги не прокачал. Но мне его мозги на хрен не нужны…
Для короткой интрижки и такой образчик тестостерона сгодится.
Я ему улыбаюсь, и он делает шаг навстречу, подпирает плечом косяк.
— Может быть, сваришь нам кофе покрепче?
Он, не стесняясь, гуляет по моему телу взглядом, явно мечтая поскорее забраться в трусики.
Я вдруг понимаю, что не испытываю такого же желания.
Вернее, по дороге домой я была не против прыгнуть в постель, своими фантазиями горела, а сейчас… не хочу.
Все стынет.
Мужик тупой и слишком лощеный, прикидывает в уме, во сколько обойдется ему наша следующая встреча. Да, у него шикарная тачка, но взятая напрокат…
Может быть, я зря отпустила Монаха почти сразу же и отправилась сама гулять по бутикам.
Очень, может быть, зря…
Не нарвалась бы на Николая, который гордо величает себя Ник, и не решила в пику облезлому мужу тоже замутить интрижку.
В конце концов, мы свободные люди. И если ему шмар трахать можно, то почему мне нельзя трахнуть… мужчину… Без всяких обязательств.
Мы же взрослые люди, а мне секса ой как хочется… Игрушки люблю, техники знаю.
Словом, умею себя зажечь, даже если партнер без нужной искры….
И этого накачанного придурка я использую без сантиментов.
Главное, чтобы у него был немаленький член и стоял покрепче….
Но начну, пожалуй, с кофе. Нужно собраться с мыслями, достать лубрикант, в конце концов…
***
Ник располагается на кухне-гостиной, я ставлю вариться кофе, извиняюсь и выбегаю на пять минут, буквально.
В ванную, подготовиться…
Переодеваюсь в черный шелковый халат, распускаю волосы.
Выдавливаю немного лубриканта, распаляю себя, придавая вид раскованной женщины, которая пахнет сексом, и выхожу…
Уже другой походкой.
Выгляжу, как женщина, которая хочет секса!
Если этот Ник чуть-чуть сообразительнее валенка, у него имеются презервативы. Если нет, я припрятала несколько гондонов между капсул для кофе…
Словом, я во всеоружии, дефилирую в кухню-гостиную и вдруг…
— Ну, расскажи, что ты делаешь в моей хате? — каркает Ворон.
Вот черт!
Этого откуда принесло?
Он же говорил, что с партнерами важная встреча, вот пусть и встречается, прилетел.
Плевать, расправив плечи, вхожу. Ник сидит… побледневший и съежившийся. Ворона видно со спины. Он и вполовину не так раскачан, как Ник, но выглядит здесь главным.
Что не так? Почему у Ника такое лицо?!
Ворон оборачивается и отталкивается от стола ладонями.
Кажется, я понимаю, почему Ник побледнел: на столе перед ним набор инструментов, а в руках у Ворона — плоскогубцы, которыми он постукивает по ладони.
Смотрит на меня… нехорошо.
— А вот и она… Жена моя. Голубка… Драгоценная. Ты чего любовника в шкаф спрятать не успела?
— Жена?! — ахает Ник. — Она не говорила, что замужем. Вот стерва лживая… Простите. Я…. пойду!
— Сидеть!
Глава 9
Лидия
Я вздрогнула всем телом от этого сурового окрика, а потом разозлилась: какого хрена Ворон изображает из себя ревнивца-мужа?
Брак у нас фиктивный? Фиктивный!
Вот пусть и не гундит!
Немного ослабив поясок на халате, я обошла Ворона и села к Нику, толкнула его плечом, хотела забросить на него ножку, но он отсел подальше и даже руки на колени сложил, как послушный, маменькин сыночек.
Да твою же мать, Ник! Мужик, алло, у тебя бицепсы как банки, в два раза толще рук Ворона! У тебя ляжки как у медведя-гризли….
Что говорить, он и по массе в два раза больше, и выше, и, надеюсь, в трусах у него было ого-го какой… причиндал!
Чего он так замялся?
— Послушайте, уважаемый..
— Ефим Алексеевич, — отзывается Ворон, невозмутимо перебирая инструменты.