Наемник пионерки Скворцовой (СИ)
— Алексей, хватит истерить как девчонка, млять! — громко скомандовал парень. — Уши вянут! Оставь Катю в покое и возьми себя в руки! Ты боец или где!
— Но она нас всех подставила! Мы теперь все умрем!!! Ты что, еще не понял, Илюх?!
— Заткнись, идиот! И перестань оскорблять свою вейгу! А то и вправду сдохнешь, прямо сейчас! Как ты думаешь, если в ЛРК нашлись стимуляторы, которые костюм колет нам в шею по Катиному приказу, найдутся ли в нем парализующие или летальные инъекции? На случай, если наемник выйдет из-под контроля и станет угрозой? Я так думаю, что да.
— А они есть? — оторопел «эльф», сбавив тон.
— Есть! — зло ответила Катя, оттолкнув напирающего на нее Леху. — И если ты продолжишь на меня орать, я тебя выключу!
— Не надо пока этого делать, Кать, — тут же вмешался Илья. — У нас сейчас другая проблема. По приближающемуся твейсу не стрелять, это приказ! Сдается мне, нам хотят что-то сказать. А мы не в том положении, чтобы отказываться от беседы.
Под взглядами четырех пар глаз, твейс неспешно приблизился к куполу и застыл на месте, метрах в двадцати от него. Мерцающие, расплывчатые красные буквы на его поверхности теперь были видны совершенно отчетливо. И складывались они в одно короткое предложение, точнее вопрос.
«Зачем вы меня убиваете»?
— Оно может разговаривать? — обалдело произнес Леха. — Шеф, ты видишь это?
— Вижу, — кивнул Илья. — Кать, ты как? В норме?
— Вполне, — голос пионерки Илье не понравился. Работодательница сильно на взводе, надо бы обращаться с ней аккуратнее.
— Наш выход, вейга. Попробуем объясниться с парламентером.
— Ты понимаешь мою речь? И смысл того, что я говорю? — громко произнес наемник, делая два шага вперед по направлению к призраку.
Надпись на твейсе замигала, рассыпалась на красные искорки, а затем собралась снова, в несколько коротких слов-предложений.
«Понимаю. Наверное. Пытаюсь понять. Говорите еще».
— Кто ты? — чуть успокоившись, вступила в разговор пионерка, вытерев лицо ладонью и словно встряхнувшись всем телом. — От имени кого говоришь? От себя, от всей аномалии, или того, кто тобой управляет?
«Я то, что вы называете «пузырь». Я существую. Мне больно и плохо. Зачем вы меня убиваете»?
— Но откуда ты знаешь нашу речь? Откуда ты знаешь, что мы называем тебя «пузырем»? Как ты вообще можешь думать? — не выдержал Илья.
«Я думаю вами. Пытаюсь думать как вы. Я касался всех вас. Знаю вас. Видел вас изнутри. Умею писать. Как вы».
Несколько долгих секунд у купола царила тишина.
— Точно, — наморщил лоб Илья, пытаясь соображать быстро, несмотря на головную боль. — Кать, а ведь он в чем-то прав. Твейсы действительно касались каждого из нас, «чистильщики» постарались. Возможно, пузырь скопировал из наших голов какую-то информацию. Память, знания, еще что-то… а теперь пытается использовать это для коммуникации. Так себе теория, но это может что-то объяснять.
«Я хочу услышать ответ на свой вопрос», — на твейсе появилась новая надпись. Пузырь был настойчив, и игнорировать это не стоило…
— Так ведь ты первый начал убивать, — покачал головой Илья. — Твои призраки уничтожили двоих человек еще до моего появления. Да и потом твои твейсы нас преследовали и чуть не угробили. Что нам оставалось делать, пузырище? — усмехнулся он. — Мы защищались.
«Это была ошибка. Я… Не совсем. Не понимал. Я убирал чужое из себя», — по облачку призрака пошла рябь, а потом надпись снова изменилась.
«Это не то. Правда? Правда! Не вся. Довод отвергнут. Скажите главную причину. Почему вы убиваете меня? Это важно. Если я не узнаю главную причину, мы все умрем».
— Мы и так все умрем, — развел руками Илья. — Переходы перекрыты, этому пространству осталось существовать меньше пары часов. Или у тебя есть варианты?
«Вариант есть. Один. Если скажете правду. Если нет — мы умрем. Да».
— Хорошо, — выступила вперед Катя. — Секрета здесь нет. Истинная причина в том, что ты тянешь н-энергию из нескольких миров сразу, формируя себя из небытия в бытиё. Создавая при этом проблемы мирам-донорам откатом из отрицательных ответвлений вероятностной матрицы и разрушая у нас ноосферные связи. В том, что ты готовишь расширение, стремясь взять всю энергию, до которой дотянешься, а это принесет нам и нашим мирам разрушения и возможную гибель. Ты — патология на наших мирах и мы не можем этого терпеть. Поэтому мы должны ликвидировать тебя. Даже, если придется при этом умереть самим, — сжала кулачки вейга.
«Верю. Это верная причина», — спустя несколько секунд буквы сложились в новую фразу. «Все сложно. Мне надо думать».
— Думай, нах, — осклабился Илья. — Только побыстрее.
С минуту ничего не происходило, пока Илья до боли вглядывался в туманное облако. Долбанный «пузырь», растудыть его! Аномалия-философ, блин! Думать ему надо! Только что парень почти смирился со смертью, и вдруг опять появилась надежда. Ну нельзя же так с людьми обращаться!
«Предлагаю договор», — снова начали появляться горящие буквы. «Я не буду быстро расширяться. Это было плохое... Поведение? Решение! Я уберу откат в матрицу другого измерения и не стану вредить ноосферам ваших миров. Я уменьшу отбор энергии и поищу другие способы ее найти. Не надо меня убивать! Я хочу жить. Вы хотите жить. Мы сможем жить вместе, не мешая друг другу. Так можно»?
— Нельзя, — тут же ответила Катя. — Как ты докажешь, что не лжешь?
— Стоп, вейга! — Илья отреагировал мгновенно. — Пожалуйста, не дави на него. Дай провести переговоры мне. Пузырь, ее мнение — это только ее мнение, — сказал наемник, глядя прямо на твейса. Мне твое предложение на первый взгляд нравится.
«Принимается оно или нет»?
— Если да, то что ты сделаешь, чтобы мы остались в живых? И что мы должны для этого сделать? Мы не можем остановить процесс уничтожения этого пространства,— пожал плечами Илья.
«Я могу это сделать. С вашей помощью. Необходимо открыть эвакуационные каналы. Но не здесь. У навесного моста, совсем рядом с ним. Принесите туда эвакуационную капсулу и включите ее.
— Но это невозможно. Капсула полностью заблокирована или отключена извне –тихо сказала Катя, но ее услышали.
«У моста. Там есть шанс. Я развею блокировку из бытия в не-бытиё. Вероятность успеха — много! Девяносто семь процентов! Вы пробьете канал в свои миры и спасетесь. Я разорву печать на последнем переходе и буду жить».
— Ты все-таки смог повредить один из резонаторов, — хмыкнул Илья. — Так я и знал.
«Догадка верна. Но печать все равно прочна. Принесите капсулу и включите ее у моста. Остальное сделаю я».
— Надо тащить капсулу, вейга, — повернулся Илья к Кате. — Другого пути нет.
Катя, опустив голову, упрямо молчала и Илье это очень не понравилось. Он сделал пару глубоких вдохов-выдохов, пытаясь успокоиться. Так… похоже, девочка решила стать героиней посмертно. И это плохо, просто очень плохо, без нее ничего не получится. Но шанс выжить есть. С фанатиками надо говорить ровно, спокойно, убедительно. Хорошо хоть, что «эльф» заткнулся, до него дошло, наконец, что сейчас лучше не отсвечивать.
— Катя, надо тащить капсулу к мосту, — ласковым голосом снова сказал парень. — Пойдем за ней в купол.
Пионерка лишь молча помотала головой из стороны в сторону.
— Нет, не пойдем? У нас с этим проблемы? Какие? Расскажи мне, — Илья представил себе, что обращается к маленькой девочке, которая не хочет утром идти в садик.
— Приказ был уничтожить пузырь. Он очень опасен. Верить ему нельзя… Илюш, извини, но… нам лучше всем остаться здесь…до конца, — упрямо глядя вниз, негромко пробормотала пионерка. — Так надо, понимаешь?
— А какое мы к этому имеем отношение? К твоему приказу? — негромко произнес наемник. — Кать, мы на спасение миров не подписывались. Мы наняты сделать свою работу, и мы ее сделали. Расчет произведен. Если хочешь — оставайся здесь. А нам будь добра открыть эвакуационный канал.