Наемник пионерки Скворцовой (СИ)

Последний день перед намечавшейся финальной операцией прошел спокойно. Утром Катя и Илья с наемниками вышли из купола и не торопясь зачистили от одиночных твейсов все поле с аттракционами, вдоволь поупражнявшись в стрельбе и дав возможность потренироваться новобранцам из Союза. Управившись с этим до обеда, во второй половине дня впятером прошлись от купола до обоих мостов, центрального городского и деревянного, продолжая отрабатывать взаимодействие в группе. Анатолий записал насвой счет троих твейсов, Вероника одного, еще семерых расстреляли Илья с Лехой. Катя в бой не вступала, давая возможность показать себя наемникам. Несмотря на приличный боевой счет, по-настоящему опасная ситуация возникла лишь единожды: когда Ника едва не нарвалась на одиночного призрака, заглянув за угол ангара аттракциона со сталкивающимися машинками. Девушка на мгновение растерялась, увидев твейса совсем рядом, но Анатолий среагировал вовремя, развеяв черный вихрь с первого попадания. 
За пару часов охоты на призраков новички освоились с ЛРК и оружием, а под конец дня даже Вероника стала чувствовать себя с деструктором довольно уверенно. Толя же изначально не проявлял ни страха перед призраками, ни колебаний. Впрочем, Илья не слишком обольщался такими успехами: условия для боевой тренировки были слишком простыми. Что-то среднее между стрельбой по мишеням в тире и игрой в «войнушку» пацанами из старшей группы детского сада. Призраки попадались поодиночке, на «чистильщика» за все время прочесывания парка из конца в конец наемники так и не нарвались, стрелять в ответ твейсы не умели. Атаковали вяло и всегда по прямой линии. Прямо идеальные мишени. Кроме того, выбирая места для охоты, Катя избегала лезть в скопления деревьев и кустов, здания и плохо просматриваемые участки парка. Искать призраков вдоль мостов и по самым берегам реки тоже не стали. Илья осторожную тактику пионерки понимал и в целом одобрял: им сейчас надо хоть как-то обучить новичков и вдохнуть в них уверенность в своих силах, а не лезть на рожон, увеличивая свой личный счет и рискуя людьми. Задачи уничтожить всех твейсов до единого все равно не стоит — по словам Кати, они исчезнут вместе с пузырем. 
Тренировались до самого вечера, и лишь за ужином Катя решилась рассказать своим наемникам о деталях завтрашней операции.
— Вы правы, проблема есть, — задумчиво кивнула девушка. — Видите ли... скорее всего пузырь завтрашнее вмешательство нам так просто не оставит. Сейчас мы ему не слишком интересны, но завтра...
— Ты говоришь так, как будто он живое существо, — заметил Илья.
— Можно сравнивать его с живым существом, а можно с программой, это зависит от точки зрения, — уточнила Катя. — На самом деле мы не слишком понимаем, что произошло и что он такое на самом деле. Известно следующее: после аварии разрушилась основная установка, работающая с потоком свободной н-энергии. Произошла реакция аннигиляции в приемном блоке, система адаптеров и преобразователей вышла из строя. Оставшись без контроля часть н-энергии потока выплеснулась, а когда ученые попытались локализовать утечку, не допустив ее масштабного прорыва к нам в КСН и в ближайшие по энергетической и вероятностно-временной шкале миры, то получили этот пузырь. Который реален сам по себе, но не принадлежит ни к одному из миров... и при этом связан с ними. А дальше в пузырь попали твейсы и он начал... пожалуй, эволюционировать, хотя тут трудно подобрать подходящий термин, — наморщила лоб девушка. — Отчасти его действия и в самом деле напоминают действия живого организма. Он тянет в себя энергию, усложняет свою структуру, пытается нащупать переходы к новым мирам, блокирует влияние извне, мешая нам. Те же твейсы ведут себя как клетки-фаги: похоже, они считают нас чужеродными элементами в организме и пытаются уничтожить. При этом защитная реакция острее на новые инородные тела. Вы заметили, что активность твейсов явно обостряется при попадании внутрь новых наемников? И еще пузырь остро реагирует на приближение к своим критическим точкам, вроде мостов. А вот с нашими передвижениями внутри себя он, похоже, готов мириться как с неизбежным злом. Сегодня призраки были совсем вялые и не спешили атаковать.
 
— Есть такое, — кивнул Леха. — К нам как будто привыкли. Как к надоедливой мухе, от которой отмахиваются, но ради которой лень вставать с дивана и брать мухобойку, чтобы окончательно прихлопнуть. 
— Скорее уж не хотят попусту тратить энергию, — добавил Илья. — Если пузырь готовится вот-вот «лопнуть» и прорваться в другие миры, то он концентрирует силы на этом. А не на нас. 
— Может быть и так и этак. Но я думаю, все изменится, когда мы начнем закрывать проходы и готовить ликвидацию пузыря, — нахмурившись, сказала Катя. — Любой организм не хочет умирать и борется за жизнь. Боюсь, без ответа критическую угрозу для себя он не оставит. Нет, я буду только рада, если наша модель окажется ложной и завтра все пройдет легко и просто. Но на всякий случай готовиться надо к худшему. 
— Значит, надо будет аккумуляторов к деструктору побольше взять, — заметил Анатолий. 
— Возьмем столько, сколько унесем, — кивнула Катя. — Нам экономить не приходится, завтра в любом случае все решится. Если бы наемников было побольше, всем было бы проще. 
— Твои коммунисты могли бы нам для такого случая какой-нибудь тяжелый деструктор подкинуть, — заметил Леха. — Или два. Или боевого робота в поддержку. А лучше и то и другое. Им что, жалко?
— Не жалко, конечно! В КСН могут многое, но мы не всемогущи! — резко отреагировала Катя. — Пока разобрались, что происходит, пока перебросили в пузырь исследовательский купол и оборудование, транспортный канал отсюда в наш мир стал совсем слабым. Да и не разрабатывали мы боевых роботов против твейсов... насколько я знаю. Будем воевать тем, что есть... и будем надеяться, что все пройдет рутинно. А сейчас давайте спать, что ли? Нам всем надо как следует отдохнуть. 
Рано утром (если, конечно, вечно царящие в пузыре закатные сумерки можно назвать утром), наемники выступили в поход. Впереди налегке шагала Катя со своим деструктором. За ней тяжело брел навьюченный как верблюд вьюком с приборами для запечатывания переходов Анатолий и помогавшая ему тащить запасные аккумуляторы для «бластеров» и активаторы локальной деструкции АЛД-33 Вероника. Замыкали боевой порядок Леха и Илья, как наиболее опытные бойцы. Начинать решили с центрального городского моста. До него ближе всего шагать, да и, по словам вейги, связь с миром СССР в том месте у пузыря наиболее сильная. Лучше всего перерубить ее сразу, а дальше пойдет проще, когда пузырь «ослабнет». Теоретически так...
Страшно Илье почти не было. Наоборот, он чувствовал легкий кураж и облегчение от того, что скоро все закончится. Однако, несмотря на отсутствие страха, его прилично потряхивало от нервов, адреналина и общего возбуждения. Парень даже на завтрак ничего не смог съесть, лишь напился крепким сладким кофе. Впрочем, когда дело дойдет до боя, это состояние должно пройти, — Илье подобный «нервяк» был хорошо знаком, он возникал раньше перед сложными экзаменами. Пионерка казалась сосредоточенной и все больше хмурилась и молчала, Анатолий, согнувшийся под своим грузом, никаких признаков волнения не выказывал. Вероника же явно боялась, по ее бледному лицу и неуверенным движениям все было ясно с первого взгляда. «Как бы не запаниковала в самый ответственный момент», — обеспокоенно подумал Илья. Леха же вовсю улыбался, но его дёрганная, слегка подпрыгивающая походка парню не нравилась. «Эльф» был явно на взводе и поди пойми во что это выльется в бою. 
По пути им встретился всего один твейс, которого издалека развеяла Катя. У самого моста, метрах в десяти от начинавшегося железного парапета, вейга скомандовала остановиться. 
— Приступаем к операции бойцы, — сухо сказала она. — Действуем быстро и четко, как договаривались. Все помнят свой маневр? Хорошо... Напоминаю еще раз: на пленку перехода не смотреть, ничему не удивляться. Ваша цель — твейсы, на все остальное не отвлекайтесь. Толя, дай Илье первый «н-резонатор». Готов, Илюша? Тогда давай вперед, на раз-два... начали!