Крысиные тропы. Как наркомафия контролирует мир

Все это время не прекращалась слежка за Ахуном и его людьми, которую вели остальные «собаки», расположившиеся в соседних пансионатах. Однажды Ахун усадил барышень на катер и с характерным для него видом «солидного кабана» повез их кататься по морю. «Собаки» немедленно вырядились в пляжные костюмы и сняли небольшой прогулочный катерок. На прогулку Ахун отправился в сопровождении лишь одного охранника. Никаких подвохов от увеселительной прогулки он не ждал.
Разомлевший от солнца и вина Ахун никак не среагировал на стремительное приближение катера с «собаками». Он вряд ли успел даже испугаться. Прозвучали тихие выстрелы — на стволах Андрея и Яши были глушители. Дело происходило в нескольких километрах от берега, и стрельбу не могли услышать. Проституток пожалели, решив не убивать. Вряд ли они могли сообщить кому-либо что-нибудь определенное. К тому же Яша и Андрей были в масках. Попросили их только передать «братве» Ахуна привет из Красноводска. Таким образом был дан ложный след, ведь в Красноводске есть тюрьма, в которой в свое время отбывал срок Ахун, «братва» наверняка подумала, что его «завалил» кто-то из бывших сокамерников. Следы были заметены настолько тщательно, что никакой возможности выйти на «собак» у бандитов не было. Кроме того, если бы даже они начали тщательное расследование, то все равно выяснили бы только то, что катер снимал некий кореец. А для того, кто не принадлежит к этой национальности, все корейцы на одно лицо.
Ожидания Андрея и его компаньонов оправдались. Сразу после смерти Ахуна начались склоки, связанные с разделом сферы влияния. Киргизские наркоторговцы решили вытеснить турок, к этому были подключены и люди из милиции. Вскоре дело дошло до кровавых побоищ.
Пограничники, с которыми связались в свое время «собаки», им сильно помогли, передав досье на офицеров киргизского батальона, замешанных в наркоторговле. Некоторые лица были Андрею уже знакомы — их ему приходилось видеть в кафе «Ак-Жол», где обычно оттягивались «братки». Остались и знакомые среди этой публики. И Андрей пошел в этот кабак для того чтобы выследить продажных военных. Один из «братков» работал в местном баре и с удовольствием пересказал Андрею все новости. Именно из его уст Андрей услышал о том, что преемник убитого Урмата Джениш вскоре будет устраивать в кафе «днюху» (день рождения). Как правило, такие мероприятия отличаются не только чествованием юбиляра и солидной пьянкой, но и тем, что устраивается своеобразная сходка авторитетов, на которой решаются многие актуальные вопросы.
Джениш также был в числе знакомых Андрея, и потому он позволил себе прийти на его день рождения даже без приглашения. Подпитый авторитет принял его с распростертыми объятиями. Да и подарок Андрея Дженишу понравился: ему досталась коробка, в которой лежал «Макаров» с глушителем. Андрея усадили за стол, налили в рюмку водки.
В чествовании принимали участие не только местные «братки», но и многие другие люди, чье появление в кругу бандитов может быть связано лишь с целью их арестовать. Но арестовывать в этот вечер никто никого не собирался, милиционеры чокались и обнимались с отъявленными преступниками. Праздник снимали видеокамерой. Никто не боялся, что лента «засветится» там, где ей «светиться» не следует.
Как известно, на подобных сходках рекой льется не только водка. Желающие принять наркотик вполне могут себе это позволить. Для тех, кто колется, было даже выделено специальное помещение. Не устоял перед искушением и Андрей, и после дозы «винта» алкоголь на него практически не действовал. За столом ему удалось познакомиться с лейтенантом КМС. И во время задушевной беседы, «как кабан кабану», военный сообщил Андрею о том, что вскоре должен ехать в Хорог сопровождать последнюю зимнюю колонну.
После того как колонна начала движение, в Мургабский отряд были переданы номера машин, на которых доставлялись наркотики, и фамилии водителей. Тогда в ходе грамотно проведенной пограничниками операции удалось захватить ни много ни мало 600 кг опия. Сопровождающие груз открыли по пограничникам огонь, но те были готовы к такому повороту событий и вскоре подавили сопротивление.
  
За многомиллионной стоимости груз была уже внесена предоплата, и заказчиков не волновал тот факт, что его накрыли на границе. Крайним оказался все тот же Джениш. Смотреть видеозапись, сделанную на его недавнем дне рождения, смогут теперь только его друзья. Самого юбиляра уже давно нет в живых.
Кстати, кассеты с записью этой пьянки представляли отличный компромат на многих сотрудников милиции. Поэтому «собаки» решили заполучить их. Выяснилось, что Джениш хранил записи в своем офисе. Украсть кассеты было делом Павла. Но его заметили. Подгулявшие на юбилее сотрудники милиции тоже прилагали все усилия для того чтобы достать эти кассеты, и, видимо, один из них заметил Пашу.
К счастью, найти «русака», укравшего ценные кассеты, поручили именно Андрею, который снова стал своим в группировке. За живого Павла ему даже пообещали «забашлять» две тысячи долларов. Причем с просьбой убрать Пашу или, что лучше, доставить его куда надо, к Андрею пришли не кто-нибудь, а милиционеры из отдела по борьбе с наркомафией. У них даже была Пашина фотография и отпечатки его пальцев. Нужно было срочно отправить Павла куда-нибудь за границы республики. Решили эвакуировать его в Узбекистан, но потом передумали, и Павел три месяца прятался в бункере. Его поиски не прекращались, в них «участвовал» и сам Андрей. Он же и сказал «браткам», будто ему удалось разузнать, что Паша давно смотался в Россию.
Через некоторое время Павлу удалось добыть поддельный паспорт. Его уже, можно сказать, перестали разыскивать, когда произошло нечто невообразимое.
Видимо, сыграло свою роль то, что Павлу целых три месяца пришлось безвылазно просидеть в четырех стенах. Психика его стала давать сбои. Однажды, когда все «собаки» уехали из города (Андрей — в Таджикистан, а Яша повез собранные ими аудио- и видеозаписи с компроматом на многих сотрудников органов внутренних дел в Бишкек), Павел наконец-то покинул свое убежище. Видимо, он принял то ли «винт», то ли ханку, иначе сложно объяснить, почему опытный боец ни с того ни с сего схватил автомат Калашникова и пошел в кафе «Ак-Жол».
Там его, безусловно, узнали. Народу в этот вечер в кабаке было много, и большинство посетителей принадлежало к местной группировке. Первым открыл огонь Павел, поэтому пока остальные повыхватывали оружие, ему удалось пристрелить человек десять. Потом, израненный, он уходил от преследовавшей его милиции. Когда шансов на спасение уже не оставалось никаких, Паша мужественно приставил дуло автомата к своему виску. Сдаваться живым было не в его правилах.
Несмотря на все старания Андрея и Яши, наркоторговля в регионе продолжала развиваться. Машины с опиумом приходили в республику постоянно, кроме того, из опиума в Киргизии научились делать героин — наркотик намного более опасный. Но несмотря на то, что, казалось бы, сама жизнь убеждала «собак» в бесполезности их рвения, своего дела они не бросали.
Следующей весной Яша и Андрей решили съездить в Бишкек, где был назначен новый министр внутренних дел. Раньше он служил в органах госбезопасности, и с ним можно было попытаться найти понимание. Поехали, безусловно, не с пустыми руками. Информации о деятельности ошских бандитов накопилось к тому времени предостаточно. На министра вышли благодаря земляку Яши, который работал в одном из отделов местного МВД. Ему и передали копию досье на ошскую группировку.
После этого в Оше начались разборки. Люди из министерства устроили инспекцию, и многие их коллеги из УВД лишились работы. Арестовали торговцев наркотиками. Все это удалось объяснить как разборку между северно-киргизскими кланами и южанами. Но у мафиози закралось подозрение, что группировку кто-то сдал. Фамилия предателя пока неизвестна, но поиски в этом направлении, как сказали Андрею, ведутся уцелевшими на своих должностях «ментами».
Во время разговора с местным авторитетом Кадыром Андрей узнал, что вовсю раскручивается производство героина. Кадыру нужны связи Андрея в Новосибирске, Кемерово и Барнауле. Именно барнаульские «братки» должны были доставить уксусный ангидрид, необходимый для производства героина. Проблем с доставкой опиума стало меньше. Появилась и возможность переправлять изготовленный героин на Запад, в Германию. Мафия ожидала первого немецкого эмиссара, который должен был забрать пробную партию героина.