Повелитель теней. Том 1 (СИ)

— А что я не так сделал? — растерялся Антон.
— Не знаю, но что-то сделал, — пожал плечами Кирилл и принялся снимать с себя верхнюю часть костюма.
Вербицкий озадаченно посмотрел на Оршанина, а потом перевёл взгляд на меня. Я хмуро взглянула на него и пошла к своему креслу возле окна. На улице уже начало смеркаться, и небо заливалось яркой синевой. Продолжать отчитывать Антона за его тщеславие и беспечность я не стала. Я вообще не из тех людей, кто может долго ругаться. Высказав свои претензии, я ожидаю, что их примут к сведению, а, следовательно, вопрос исчерпан. В любом случае у меня было о чём подумать, и я, развернув кресло к камину, который снова был заботливо растоплен, села, глядя в огонь.
Антон нерешительно потоптался, потом с чрезвычайно пристыженным и огорчённым видом последовал примеру Оршанина, снял с себя ремень с оружием, тогу и кольчугу. Задумчиво посмотрев на Кирилла, который растянулся на кровати, заложив руки за голову, он взял другое кресло и сел. Я решила, что сейчас для него самое подходящее время обдумать своё глупое поведение, и снова посмотрела на огонь.
Краем глаза я увидела, как приоткрылась дверь, и в зал проскользнул Фарок. Кирилл приподнялся, с любопытством наблюдая за ним. Эльф это видел, но его целью был Антон. Учитывая, что в его руках не было оружия, мы с Кириллом решили не вмешиваться и посмотреть, что будет дальше. Юноша не казался нам опасным, скорее, он был склонен к шуткам. Оставалось надеяться, что они не столь жестоки, как у его соплеменника Сёрмона. Фарок был в таких же мягких сапогах, как и тот, потому двигался так же тихо.
Вербицкий сидел, задумчиво рассматривая перстень с изумрудом, подаренный ему альдором. Он не видел, как сзади к нему беззвучно приблизился Фарок. Заметив мой взгляд, эльф улыбнулся и, склонившись к Антону шепнул по-алкорски:
— Тебе лучше уносить отсюда ноги, сладкоголосый…
Антон вздрогнул и резко обернулся, но Фарок с кошачьей грацией уже скользнул вперёд и уселся в другое кресло напротив. Вербицкий исподлобья взглянул на него и тихо спросил:
— Ты мне угрожаешь?
— Скорее, предупреждаю, — небрежно пожал плечами тот. — Видишь ли, приятель, этот перстень предназначался не тебе, и даже не мне. Он предназначался Золотому Голосу луара Эрмону. Я вызвался спеть из шалости, меня защищает страх перед тёмными эльфами и покровительство Авсура. А что может защитить тебя от мести за ту обиду, которую ты нанёс альдору?
— Какую обиду? — нахмурился Антон.
— Ты посмел быть лучше его сокровища. Ты заслужил смерть. Подумай над этим.
Вербицкий нерешительно взглянул на меня. Я посмотрела на эльфа. Он был вполне серьёзен.
— Не я один лучше, — мотнул головой Антон. — Ты тоже, ты же не бежишь!
— Во-первых, недоверчивый ты мой, никто из смертных не решится причинить вред тёмному эльфу, потому что кара за это настигнет любого, пролившего нашу кровь, — снисходительно объяснил Фарок. — Во-вторых, я всё-таки проиграл и, в глазах местных, я тоже обижен. И, в-третьих, моя победа над Эрмоном не стоит ни гроша, потому что я жульничал.
— Что ты?..
— Жульничал, — кивнул Фарок. — Твой голос дан тебе свыше, а мой — искусственный.
— Как так?
— Пелларские хирурги способны и не на такие чудеса. К тому же я родился девочкой! — заметив гримасу, возникшую на лице Антона, эльф расхохотался: — Шучу! Только гортань и связки. В остальном, я кем родился, тем и живу. Но с голосом — правда.
Неожиданно дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник Авсур.
— Вот ты где! — воскликнул он, увидев Фарока. — Тебя ищут по всему замку! Нам пора убираться отсюда. После твоей наглой выходки оставаться здесь на ночь я не хочу.
— Я просто хотел доказать им, что мы — лучшие! — пожал плечами Фарок, поднимаясь.
— Тебе почти удалось, — проворчал Авсур.
Фарок направился к нему, но как-то нерешительно, потом снова взглянул на Вербицкого.
— Господин, — обратился он к Авсуру, — давайте возьмём его с собой. Ведь его убьют этой же ночью. Не стрелой, так магией. Жалко…
 
Он как-то по-детски умоляюще взглянул на Авсура. Тот бросил мрачный взгляд на меня, Фарок тоже обернулся.
— Отпустите его с нами, — попросил он. — Я о нём позабочусь.
Авсур кивнул.
— Мы его не обидим. Если мальчишке хочется возиться с вашим красавцем, я не против.
Некоторое время я раздумывала, но склонна была согласиться с мнением Фарока. Именно победа Антона над любимцем альдора могла быть причиной внезапной опалы, которой мы подверглись. Как бы ни старался старик выглядеть добродушным и просвещённым, он был обычным тираном, в обычном смысле этого слова. И, конечно, его обида не могла утихнуть сама по себе. Он, наверняка, пожелает отомстить наглецу, и устранить объект своего раздражения с глаз подальше. Он ещё не решил, что делать со мной, и учитывал, что можно извлечь из моего появления здесь какую-то выгоду. Но вот этот сладкоголосый и трусоватый красавец не представлял для него никакого интереса. А стало быть, Фарок, скорее всего, прав. И мы с Кириллом вряд ли сможем защитить его от магии, да и от кинжала тоже. К тому же открытое противостояние с альдором было пока не в наших интересах.
Я посмотрела на юного эльфа. Мальчик был мне симпатичен и казался искренним. Да и Авсур внушал уважение. У меня всегда была слабость к ормийским повстанцам, даже бывшим.
— Поезжай с ними, Антон, — наконец, согласилась я. — И будь осторожен.
Вербицкий нерешительно поднялся и подошёл к юному эльфу.
— А ты что, сумеешь защитить меня от магии? — недоверчиво спросил он.
Тот озабоченно нахмурился и окинул его внимательным взглядом, потом схватил за руку и, сдёрнув с пальца королевский перстень, швырнул его в угол.
— Теперь, пожалуй, смогу.
Прощание было скорым, потому что я чувствовала, что Авсуру не терпится убраться отсюда. Быть может, он тоже беспокоился за своего неуёмного воспитанника. Вскоре они ушли, а я направилась к окну, и увидела, как кавалькада всадников на пантерах покидает дворец. Ко мне подошёл Кирилл.
— Вы доверяете этим эльфам? — спросил он, наблюдая за неспешным движением верховых кошек.
— Я не слишком им доверяю, — нехотя призналась я, — но альдору я доверяю ещё меньше.
— Да, Антон здорово подставил нас, так что лучше убрать его отсюда. Надеюсь, он сможет о себе позаботиться.
— Тебе не кажется, что мы утратили контроль над ситуацией? — спросила я.
— У нас его и не было, — немного ворчливо отозвался он и отошёл от окна, потому что последняя кошка скрылась под аркой ворот. — Мы сели на эту планету и не смогли улететь. Нас шантажом вынудили приехать сюда, таскали по каким-то местным веселухам, а потом ещё этот балбес поссорил нас с местным князьком, который запросто может подвесить нас в клетке на стене своего замка и нашпиговать стрелами.
— Ты тоже заметил?
— Я не удивился. Странно, что у них все стены не утыканы копьями с головами казнённых.
— Возможно, они их периодически снимают, готовя место для новых.
— Оптимистичное предположение, — саркастически усмехнулся он. — Но всё не так плохо. Мы всё ещё живы и относительно свободны. Слабое звено мы, так или иначе, сплавили, а вдвоём вряд ли попадём в такую глупую ситуацию. Так что, думаю, выкрутимся.
Я беспокоилась за Антона, но в чём-то Кирилл был прав. И я была рада, что теперь со мной остался именно он, опытный разведчик, успевший в своём молодом возрасте пройти не только огонь, воду и медные трубы, но и кровопролитные бои, пыточные камеры и долгие скитания в дальнем космосе. Мне стало спокойнее. На него можно было положиться, и при случае, он сам мог позаботиться о себе, а, стало быть, не нуждался в моей опеке и защите.
— А Кабрера слинял, — едко заметил он.
— Появится, и теперь будет вынюхивать всё ещё более тщательно. Странно, что Азаров взял этого парня в экипаж.
Азаров подбирал функционалов, а вы — боевых товарищей. Есть разница.
— Пожалуй, ты прав. Ладно, продолжим нашу миссию. Попробуем разобраться, что здесь и как. И при случае, постараемся выбраться из замка.