Скажи, что ты будешь мой (СИ)

Опустившись на лежанку, на миг прикрыла глаза, представляя, как лежу не отсыревшем одеяле на чердаке с дырявой крышей, а в теплом, уютном доме. Мечты, которым не суждено сбыться. Бродягам отведено до конца жизни скитаться по городам и пытаться выжить. Воровать, обманывать, нечестно обыгрывать в азартные игры… Потом идти и заглушать совесть, облезлой кошкой ворочающуюся в груди, алкоголем. До последней черты я еще не добралась. Однако, могла опуститься в своих глазах еще ниже, чем есть сейчас.
Сама не заметила, как заснула. Так устала, бродя по ярмарке, что организм, измотанный и опустошенный, забастовал. Очнулась уже поздно вечером. Дождь прошел, на небе сверкали звезды, луна в этот день была просто огромной. Увидела ее через разбитое окно. Ветер тоже затих и больше не завывал по углам.
Снова сев на кровати, подышала на сложенные лодочкой ладони, согревая. Пальцы еле шевелились, так закоченели. Нос тоже был ледяной. Ничего… не привыкать замерзать. У меня уже даже иммунитет выработался. Чтобы заболеть, мне нужно было заснуть в сугробе. Ну или голодать несколько дней и промочить ноги.
Я опять совершила преступление. Душа разрывалась на части. Я не хотела быть воровкой. Еще больше не хотела — бродяжкой. Но… была и той и другой.
Обычно, когда совесть особо сильно истязала меня, я шла в храм бога Любви и просила Харта о помощи. Почему не Рассветного? Или бога всех стихий? Все просто. Храм Харта был расположен ближе остальных. Пройти всего две улицы, свернуть на аллею, миновать ее и вот я у ступеней величественного белого храма, в котором влюбленные соединяют сердца и души.
Встав с лежанки, размяла затекшие ноги, пошевелила пальцами, разгоняя кровь, опять подула на ладони. Храм открыт весь день. В это время там почти никого, кроме жрецов быть не должно. Зайду по-тихому, посижу в самом дальнем углу, мысленно поговорю с одним из четырех богов Тэгерайса и на душе станет немного легче. Хотя, по-хорошему, путь мне лежал в другой храм — Сумеречного бога. Это он покровительствует темным личностям, коей я стала против своей воли.
Выбиралась на улицу так же через окно. Только не впрыгивала в него, а, схватившись за выступающий край крыши, подтягивалась и уже потом спускалась по лестнице, которая в скором времени грозилась отвалиться.
Ступив на брусчатую дорогу, побежала. Разгуливать в потемках не самый лучший вариант. Я, конечно, была воровкой, но и сама могла нарваться на каких-нибудь головорезов. Жизнь моя может и не особо ценна этому миру, но я ей дорожила. Умирать раньше времени не хотелось.
Магические фонари работали через раз. Маги, обязанные следить за освещением в нашем городке, трудились из рук вон плохо, затрачивая силы в основном на центр города.
Магичкой я была не особо сильной. Еще и недоучка к тому же. В Институт благородных магесс поступают в двадцать лет. Мало того, что до юбилея мне еще полгода ждать, так и не возьмут бродяжку. Какая из меня, к дряхлому вампиру, леди? Оборванка. Создала небольшого светлячка, который завис над головой и освещал путь, когда я поворачивала в темные подворотни. Сзади зашуршали кусты, росшие вплотную к каменной стене жилого дома. Вновь побежала, не желая проверять, кто так заворочался: собака, кошка или бродяга, нашедший там временное укрытие.
Аллею пробежала поперек, наплевав на дорожки и бессовестно приминая траву и перепрыгивая низкие кустики. Через забор пришлось перелезать. Благо он был не особо высоким. Уперлась ногами о металлический изогнутый прут, схватилась за другой, подтянулась, перекинула одну ногу через забор и стала осторожно спускаться.
Храм возвышался над низкими домами прямо с противоположной от аллеи стороны. Достаточно перейти дорогу, и я достигла цели. Белоснежные стены, окна, украшенные резными, покрытыми серебристой краской рамами, витражные стекла. Вокруг здания кружили разноцветные светлячки, освещая и сам храм, и ближайшую территорию. Несмотря на это, свет не касался жилых домов, чтобы не мешать жильцам спать.
Заторопилась к ступеням, желая как можно быстрее добраться туда, где мне пусть немного, но становилось легче. Оказавшись на пороге дома бога Любви, на секунду замешкалась. Я приходила сюда, вымаливая прощение за свои бесчестные поступки. Надеялась, что боги снисходительно относились ко мне, поэтому я еще существовала в этом мире.
 
Первые три шага дались тяжело. Не знаю почему. Но именно сейчас конечности не хотели слушаться свою хозяйку. Руки ослабли и просто болтались вдоль тела, ноги еле волочились. Будто я не живой человек, а зомби. Впрочем, часть правды в этом была. Как говорится, в гроб краше кладут.
Я прошла в просторный зал, в котором, на удивление, были посетители. Редкий случай. А уж бракосочетание я застаю здесь впервые. Чтобы не мешать влюбленным, облаченным в белые одежды и стоящим у белоснежного же алтаря, спряталась за колонной и оттуда стала наблюдать за таинством. Странно, что двери не заперли, ради такого события.
Жрец, кстати, тоже разодетый в белое с золотым шитьем одеяние, поднял над головой руки, что-то тихо-тихо зашептал. И… ничего.
Жених повернул голову к невесте, которая тоже посмотрела на своего будущего супруга.
— Бог Любви не благословляет этот брак, — проговорил жрец, смотря на алтарь. Там, если мне не изменяет память, должны были лежать кольца. — Кольца исчезли!
И вроде меня это не должно было волновать, но… женихом оказался недавно обворованный мной блондинчик.
Я, конечно, знала, что бывали случаи, когда Харт был против союза и тогда кольца, которые по плану должны были лежать на алтаре, не светились при надевании на палец супруга и супруги. Оставались простыми золотыми ободками. А тут… неужели и правда пропали? Но как? Не бог же вмешался, в самом деле. Зачем ему это? Бракосочетание являлось действительным и без благословения свыше.
— Сэм, как такое возможно? — обеспокоенно спросила невеста, нервно проводя рукой по золотистым длинным волосам, заплетенным в косу.
— Понятия не имею, — последовал ответ. Голос был глубоким, пробирающим до мурашек. Или это я так боялась быть замеченной, вот они и побежали по моему позвоночнику вниз, как бы намекая, что если я не сделаю ноги, то найду приключения на свое мягкое место?
— Бог против этого брака, — подал голос жрец, снова поднимая руки над головой. — Ритуал не завершен. Я отказываюсь проводить его повторно. Кольца пропали.
— Это мы уже поняли, — еще немного, и блондин зарычит. Вон как руки в кулаки сжал.
— Мы можем пойти в другой храм Харта, — спокойно произнесла девушка, кладя тонкую ладонь на плечо жениха.
— Нет гарантий, что исчезновение колец не повторится, — храмовник явно был против такого решения.
— Это возмутительно, — процедила девушка. — Я буду жаловаться! Где это видано, чтобы пропадали кольца? Вы, — тут она ткнула в сторону жреца пальцем, — сами могли их спрятать.
— Эрика, успокойся, — одернул ее блондин. — Мы во всем разберемся. Пошли.
Он снял со своего плеча ее руку и, сжав тонкие пальцы в своей ладони, повернулся к выходу из храма.
Вовремя юркнула за колонну. Если он заметит меня, я точно не скроюсь. Мужчина был в таком состоянии, что ему не позавидуешь. Мало того, что какой-то сопляк сегодня на ярмарке обокрал его, врезав коленом по самому дорогому, так еще и жрец отказался заканчивать обряд бракосочетания. Которое, между прочим, является настоящим таинством. А я тут через открытые двери прошла и все видела.
— Почему двери открыты? — оказавшись у, собственно, дверей, спросила жертва моего грабежа. — Вы их не запирали?
 
— И любой мог подсмотреть за ходом ритуала? — возопила золотоволосая. — Понятно, почему бог разгневался. Или все же… — она обернулась, и я еще дальше отошла от прохода, в котором стояли облаченные в белое поздние посетители дома Харта. — Это вы их украли?
— Как вы смеете?! — в голосе храмовника послышалось искреннее возмущение. Такого непочтения к служителю храма он явно не ожидал. — Это божественное вмешательство в церемонию бракосочетания. Одумайтесь! Вам не быть вместе.