Иллюзия греха

– Ну же. – Я оставила горячее дыхание на щеке зарвавшегося аристократа. – Только представьте, господин Аластар, я могу исполнить любую вашу фантазию!
Я считывала его поднявшееся возбуждение, ловила напряжение кончиков пальцев, биение пульса и нервное дыхание. Мне нужно только, чтобы он представил. Чтобы мысли выдали его желания, и тогда я сплету самую сладкую иллюзию в его жизни.
– Я. До тебя. Не дотронусь, – сквозь небывалое усилие отчеканил он, грубо отталкивая меня. – Как бы хороша ты ни была.
Я ошарашенно упала на пол, больно приземлившись на попу.
Аластар же бросился к двери, рывком распахивая ее, и выбежал на улицу. Через полминуты я услышала рев машины, увозящей от меня аристократичного сноба и триста тысяч.
Я осталась одна в коридоре, не в силах осознать происшедшее.
Его брезгливость ко мне была настолько сильной, что даже несмотря на физическое возбуждение, он сумел сорваться с крючка.
И то, что он меня отверг, было половиной беды.
Теперь у меня не было денег на подкуп доктора. И даже мысль о том, что уже к вечеру Аластар изведется, опьяненный моей магией, приползет, умоляя провести с ним ночь, не приносила облегчения. Двадцать тысяч нужны были через несколько часов.
Я поднялась с пола, потерла ушибленное место и отправилась снимать с себя скромный наряд развратницы. Мне было необходимо подумать, как выпутаться из сложившейся ситуации.
Под струями воды в душе соображать становилось легче. Как же я сглупила, не скопив даже маломальской суммы на черный день. Понадеялась, что с моим талантом он никогда не наступит, а если и наступит, то сумею выпутаться.
У меня даже не было украшений, которые можно сдать в ломбард. Весь мой интерес к драгоценностям всегда ограничивался их стоимостью в золотом эквиваленте и списанием своего долга у Марджери. И все же смутная надежда достать деньги у меня оставалась.
Я выбежала из ванной, наскоро заплетая не высушенные волосы, схватила первое приличное платье в гардеробе, оделась и выскочила из дому.
Квартал уже начинал оживать. Первые лоточники прибыли на торговые места и выгружали свежий товар, уезжали задержавшиеся клиенты, и я спешила на другой конец улицы.
Домик Каролины стоял на самой границе с остальным городом. По приказу Марджери его даже выкрасили в серый цвет под стать столичным стенам. В отличие от пестрых домиков других девочек, жилье Каролины казалось блеклым, но в этом был свой резон.
Многие клиентки стеснялись приближаться к Кварталу, боясь осуждения окружающих. Но такая нетривиальная маскировка все же способствовала делу, и вечерами в сумерках у домика Каролины очень часто можно было столкнуться с таинственными фигурами, закутанными в плащи и незаметно проскальзывающими за дверь к искусительнице.
Сейчас, когда рассвело, я не боялась столкнуться с кем-нибудь из клиенток коллеги, поэтому без сомнений постучалась в деревянную дверь.
С обратной стороны провернулся ключ, вход немного приоткрылся, в щель показалась голова растрепанной Каролины. Девушка неуютно щурилась от яркого уличного света, но это не помешало ей округлить глаза, увидев меня.
– Заходи, – без лишних предисловий буркнула она и раскрыла дверь шире, предусмотрительно прячась за нее от взглядов случайных прохожих.
Я немного удивилась подобному, но когда дверь захлопнулась, поняла – Каролина встретила меня абсолютно голой. Видимо, решила не рождать лишних слухов.
– Моя сегодняшняя леди недавно ушла, – пояснила она. – А я не успела привести себя в порядок.
– Прости, – извинилась я. – Но, кроме тебя, мне не к кому обратиться.
Она смерила меня откровенно любопытствующим взглядом и махнула рукой, зазывая за собой в гостиную:
– Пошли, расскажешь, куда влипла.
Я немного помялась в коридоре, но проследовала за ней, скользя взглядом по тонкой фигурке. Каролина свой успех у дам сыскала не просто так.
Она шла по дому легкой поступью вышедшей на охоту тигрицы и невольно притягивала даже мой взгляд и пробуждала желание ее коснуться. В отличие от моей классической гостиной, интерьер ее дома был похож на уютный шатер. Множество подушек, разбросанных на пушистом ковре, десятки разноцветных тюлей, свисающих с потолка. Каролина ловко лавировала между материей, игриво ловя телом касания невесомой ткани. Полупрозрачная материя скользила по бархату ее кожи, играла приглушенным светом, искажала его новыми оттенками, которые придавали обстановке восточный колорит. Дразнящий запах сандала витал в воздухе, заставляя насладиться этим пьянящим ароматом и повалить Каролину прямо здесь на эти подушки, пробежаться пальцами по гибкому позвоночнику, заставить прогнуться в спине, вдохнуть запах дивных рыжих волос.
 
Я дернула головой, выметая из мыслей внезапное наваждение.
Что со мной? Я не была раньше замечена за подобными наклонностями.
– Лин, – окликнула я хозяйку дома. – Какого черта у тебя здесь творится?
На мгновение она замерла, явно не понимая, о чем я. Я же видела, как мышцы на чужой спине неуловимо напряглись, вызвав у меня противоестественное желание коснуться губами идеальной кожи девичьих плеч. Она повернула голову, вгляделась в мое напряженное лицо и стукнула себя ладонью по лбу, игриво рассмеявшись:
– Ой, прости. – Звонкий колокольчик ее голоса подействовал на меня одурманивающе. – Совсем забыла. Стой тут!
Она поспешила к стойке с дымящейся аромалампой и поспешила накрыть ее непроницаемым колпаком. Наваждение мгновенно схлынуло, заставив меня осесть на подушки.
– С ума сошла, что ли? – испугалась я, когда поняла, как именно Каролина стимулирует своих клиенток. – Марджери тебя убьет за возбудительные средства!
– Старуха в курсе, – отмахнулась девушка и накинула на себя халат, который до этого небрежно валялся на ковре. – Считай это спецификой клиентуры. Иначе многие дамочки будут просить подливать им чаю до рассвета, так и не решаясь снять с себя даже шляпку.
– Вот оно что, – протянула я, понимая, что невольно надышалась каким-то мощным афродизиаком.
Стульев в гостиной у девушки не нашлось, поэтому пришлось устраиваться прямо на ближайшей подушке. К ней Каролина, как гостеприимная хозяйка, перенесла низкий столик с горячим чаем, а сама устроилась напротив меня.
– Оперативно, – невольно похвалила я ее прыть. – Можно закурю?
Каролина кивнула и в тишине, разбавленной лишь чирканьем зажигалки, разлила напиток в две чашки. От своей я отказалась, не любила этот напиток, но, с удовольствием затянувшись, выдохнула вишневый дым вверх. Его клубы смешались с тягучим паром от чая, поднимаясь к самому потолку и теряясь в переплетениях тюлей.
Мне требовалось собраться с мыслями, прежде чем решить, что можно рассказать подруге и как попросить у нее в долг.
– Так что тебя привело? – не выдержала она и первая нарушила молчание.
Я смахнула пепел в заботливо поставленную пепельницу.
– Каролин, я попала в небольшую неприятность, и мне нужны деньги.
– Так в чем проблема? – не поняла подруга, отпивая глоток. – С нашей профессией их несложно заработать.
– Мне срочно нужны деньги, – усилила я напор. – И так вышло, что их у меня нет.
– Ты разве сегодня не работала? – изумилась красотка.
– Не покладая рук работала. – В голосе невольно прорезалось раздражение на сегодняшнего клиента. – Но он оплатил все напрямую Марджери. Поэтому у меня нет ни медяка.
До Каролины начало доходить, что я хочу попросить у нее в долг.
– Хорошо, – непринужденно согласилась она. – Сколько золотых нужно? Сто? Двести?
– Двадцать… – тихо выговорила я.
Девушка всплеснула руками:
– И за подобной мелочью ты пришла?
– Тысяч, – добавила я, наблюдая, как вытягивается лицо куртизанки.
– Сколько-сколько? – Она явно решила, что ослышалась. – Двадцать? Ты хоть соображаешь, о каких деньгах идет речь?
О да! Еще как соображала.
Это я, как самая успешная и высокооплачиваемая, за ночь выручала от пяти до десяти тысяч. Даже двойная оплата от лордов-голубков оказалась большим для меня кушем. Что уж говорить о деньгах Аластара? А у остальных девочек дела шли не столь радужно. Особенно в условиях огромной конкуренции, где редкой удачей считалось получить за ночь две тысячи.