Иллюзия греха

– То-то же. – Его голос был полон укоризны.
– Стоило ли держать меня, если все именно так, как ты говоришь?
Сейчас он походил на уставшего отца, битый час объясняющего своей глупышке дочери элементарные вещи.
– Ты себя со стороны-то видела? Не удержи я тебя, Торани, ты могла натворить глупостей.
Я вдруг действительно осознала, что повела себя как истинная психопатка. Схватила хирургический ланцет, размахивала им, орать пыталась.
А что, если кто-то за пределами кабинета слышал мои вопли?
Немой вопрос отразился на моем испуганном лице.
– На твое же счастье, – ответил доктор, – ничего криминального ты не выкрикивала. Даже если кто-то и слышал, расскажешь, что я был чересчур груб на осмотре. В качестве оправдания подойдет. – Он окончательно ослабил хватку и отошел от моего стула подальше. – К слову, про осмотр. Я напишу в карточке, что ты здорова. На следующей неделе поступим так же, главное, зайди. Хотя бы для вида.
Я неуверенно кивнула.
Первый шок уже проходил, сменяясь размышлениями холодного разума.
Похоже, мне впервые за долгие годы по-настоящему повезло. Судьба подкинула если не друга, то хотя бы товарища из давнего прошлого.
Уже стоя у дверей кабинета и готовясь уйти, я обернулась и неожиданно для себя спросила:
– Дей, а откуда ты знаешь о боли? Кто тебе рассказал?
Он скривился, словно вспомнил о чем-то ужасно неприятном.
– В отличие от девушек, парни подписывали контракт перед тем, как покинуть Дом. Свой я нарушил примерно через два года, когда пытался сбежать к матери.
– И как?
В ответ прозвучало единственное слово:
– Невыносимо.
В этот момент я поняла доктора Стоуна немного лучше.
Мечта о свободе пятнадцатилетнего подростка так никуда и не делась. Деймон добился почти всего из грез десятилетней давности. Красивый, образованный, успешный у женщин, но… такой же запертый в клетке нерушимого контракта, как и я.
Интересно, какова его цена в золотом эквиваленте?
Едва я оказалась в гостиной, тут же столкнулась с любопытствующими взглядами ожидающих там дам.
Ирма и Марьяди задумчиво проводили меня взором, а едва я развернулась к ним спиной, тихонько захихикали:
– Что смешного? – резко обернувшись, вкрадчиво поинтересовалась я.
– Ну, вы бы хоть… хах, – Ирма, игриво прикрывая рот ладошкой, едва удерживала смех, – пуговичку на тебе до конца застегнули.
Я запоздало вспомнила, что дурацкий крючок так и остался сломанным на платье, придавая мне неряшливый вид и рождая нездоровые ассоциации.
– Ничего не было, – попыталась оправдаться я, только еще хуже сделала.
– Да ладно тебе, – махнула рукой в мою сторону Марьяди. – Сначала грохот в кабинете стоял, потом ты то ли стонала, то ли мычала. Признавайся, он хорош?
Я закатила глаза к потолку, хотелось гневно топать ногами и выть. Вот, значит, как оно все со стороны выглядело. Далеко не как болезненный осмотр, а намного пикантнее.
Я бы, наверное, и дальше продолжила оправдываться, если бы вовремя не вспомнила, кто я есть.
Шлюха.
– Ну, переспали, и что? – как можно равнодушнее пожала плечами я.
– Как что? Так хорош?
– На крепкую троечку, – мстительно буркнула я. – Был грубоват.
Вот так ему, моя небольшая месть за истрепанные нервы. Мог бы и не ломать комедию целую неделю, а объяснить все, когда капельки заносил. Вот ему за это моя скромная «благодарность».
Я вышла на улицу, вдохнула свежий воздух, впереди была ночь и новый клиент.
***
Богатый гость ушел около часа назад. Побольше бы таких, даже не извращенец. Все исключительно стандартно и словно по учебникам. Я, правда, слишком поздно поняла причину столь обыденной страсти.
В жизни клиент был мужем очень богатой, некрасивой и авторитарной женщины. Это она распоряжалась фактически всеми финансами семьи, вытирала о беднягу ноги и даже в постели заставляла чувствовать себя ничтожеством.
Он же в своих мечтах хотел немного ласки от симпатичной женщины.
Его мне стало настолько жаль, что с утра я заботливо предложила ему чай с тостами. Мужчина рассыпался в благодарностях и на прощание даже долго лобызал ручку.
 
Почти милый, я бы сказала.
Интересно, сколько он копил карманные деньги, чтобы оплатить мои услуги. Мог бы выбрать кого-нибудь подешевле.
Ирма или Зои справились бы без особого напряжения.
Я еще немного подумала о странных превратностях судьбы, которая сводит нормальных мужчин с отъявленными мегерами и, наоборот, набожных скромниц с активными самцами, жаждущими пылкой любви.
Все же Аластар в своем снобизме был в чем-то прав.
Счастливый человек, довольный всем, сюда не придет. В Дом тетушки Марджери всех приводят обстоятельства.
Я торопливо позавтракала, заглатывая горячую глазунью чересчур большими кусками, и принялась собираться в город.
Моя гостиная по-прежнему пустовала без ковра, да и гардероб требовал обновления.
Быть может, я бы смогла пережить голый пол в зале, но приближалась осень, а за ней и зима. Это означало, что в доме опять будет холодно и придется ежедневно растапливать камин. Ковер же, кроме красоты эстетической нес пользу практическую. На нем ноги не так мерзли.
Выйдя из Квартала, первым делом я направилась в мастерскую леди Британи – один из немногих салонов в городе, где белье и платья самого скромного кроя могли ужиться на полках рядом с полупрозрачным, развратным и очень неприличным нарядом.
Магазин располагался в тихом переулке между двумя центральными проспектами столицы, дышалось здесь легко и удивительно спокойно.
Я потянула за входную ручку, и дверь приветливо распахнулась, незатейливый механизм забренчал десятком колокольчиков, уведомляя хозяйку о посетительнице.
Леди Британи, полноватая дама лет сорока с добродушной улыбкой, обнаружилась в дальнем конце лавки. Там за огромной ширмой она снимала мерки у какой-то аристократочки, которая пришла сюда в одиночку, явно стесняясь кому-либо рассказать, что собиралась купить наряд в магазине, где отоваривались куртизанки.
– Побыстрее можно? – визгливо подгоняла она хозяйку лавки, пока та замеряла параметры клиентки. – Не видно разве, я спешу!
Меня посетительница из-за ширмы пока не видела, так же, как и я ее. Но это не помешало мне усмехнуться глупости ситуации. Как же, спешит она. Ну-ну.
Ведь наверняка за ширмой стоит леди в одной сорочке, иначе точные мерки с фигуры не снять. А значит, едва Британи закончит, заносчивой особе придется попотеть, чтобы обратно надеть на себя: нижние юбки, льняную сорочку под корсет, сам корсет, возможно, вторые нижние юбки и только потом платье.
Как есть капуста, зато приличная и аристократичная.
В этот момент я впервые призналась себе, что даже в моей работе есть некие плюсы, например, отсутствие подобных правил и условностей. И белье, и платья у меня намного удобнее.
Наконец возня за ширмой закончилась, и оттуда вышла хозяйка салона. Вид у нее был уставший, однако, заприметив меня, она неуловимо обрадовалась.
– Сейчас, Тори, – одними губами прошептала она и вернулась обратно за ширму.
Леди Британи прекрасно знала в лицо всех куртизанок из Квартала. Мы часто оставляли у нее сотни золотых в плату за обновки, поэтому неудивительно, что за долгие годы сотрудничества отношения невольно сложились почти доверительные.
Возня за ширмой продолжилась, на этот раз уже с процессом одевания заносчивой мадам.
Через десять минут я лицезрела «виновницу торжества».
Милейшая белокурая особа с ангельскими голубыми глазами и фарфоровым личиком легко выпорхнула на свет божий, словно голубь, принесший ветвь оливы в ковчег Ноя.
Я невольно поразилась контрасту того образа, который уже успела представить в голове, и реальностью. А еще удивилась. Аристократка оказалась блондинкой, что в этих краях редкость.
– Платье должно быть готово через неделю. – «Ангелок» звякнула о прилавок тугим кошельком. – Это аванс, когда выполните заказ, заплачу втрое больше.