Мой грешный муж (ЛП)

Нет, не катастрофой. Он был не из тех, кто терпит подобное. Он был из тех, кто бьет бедствие по носу, а затем проверяет его карманы на предмет монет и конфет. Она отвлекала его. Да. Отвлекала. Жена не вписывалась в его жизнь, и тот факт, что у него она была, был не более чем незначительным неудобством. Неважно: она, может, и приятная, но он - нет, и как только она это поймет, то уедет по собственному желанию, и все вернется на круги своя.
- Вы выглядите озадаченным, - сказала его взбалмошная жена, когда они подошли к воротам. - Я сказала что-то, что озадачило вас?
- Многое из того, что вы говорите, ставит меня в тупик. Будто у вас есть собственное мнение.
- Пожалуйста, не расстраивайтесь. Я постараюсь не высказывать его слишком часто.
Он проигнорировал ее взгляд, продолжая искать Даса и экипаж в бешеном потоке лондонского транспорта. Прямо перед ними пара предприимчивых парней вывели собаку на проезжую часть, чтобы усложнить движение, а затем просили пару монет, чтобы уладить проблему.
- Кто такой Брэм? - спросила она.
- Что?
- Вы упомянули, что мистер Дас знал кого-то по имени Брэм.
- Один из моих братьев. Он живет в Индии.
- У вас есть братья, - сказала она. - А ведь мы начинаем узнавать друг друга получше. Разве это не прекрасно?
- Нет. А вот и Дас. - Он указал на что-то бумагами.
- Хватит медлить, женщина.
В КАРЕТЕ ДЖОШУА плюхнулся на сиденье напротив жены и впился в нее взглядом. Из-за своей дурацкой шляпки ей пришлось слегка наклониться вперед, и она оперлась на зонтик со множеством оборок, который теперь был закрыт, чтобы не упасть, когда экипаж тронулся с места.
- Я и забыла, какой это захватывающий город - Лондон, - сказала она.
- Наслаждайтесь им, пока есть такая возможность. Завтра вы уезжаете домой.
Он побарабанил пальцами по рулону бумаг, лежащему у него на коленях.
- Чему вы улыбаетесь?
- Мистер Ньюэлл предупреждал меня, что вы не любите отдыхать.
- Отдыхать? - он фыркнул. - Мне не нужен отдых. Я никогда не устаю.
- Вам повезло. Иногда я очень сильно устаю.
Она сказала это так тихо, что он почти не расслышал слов. Вопрос готов был сорваться с его губ, но он сдержался. Когда начинаешь спрашивать людей, почему они грустят, не успеешь оглянуться, как твоя жизнь полностью переплетается с их жизнью, а это никогда добром не кончается.
- Тогда поезжайте домой, в свой коттедж, отдохните немного и оставьте меня в покое.
- О, мистер Девитт, если бы все было так просто.
Она снова перевела взгляд на окно.
Джошуа смотрел на ее профиль, и его мысли метались из стороны в сторону. В этом не было ничего необычного. У него в голове всегда крутились разные мысли, но обычно они были похожи на две дюжины пар в деревенском танце, которые двигались вместе, по очереди подпрыгивая, хлопая в ладоши или поворачиваясь. Теперь они спотыкались, сбивались с ритма, натыкались друг на друга. Он не станет спрашивать, что делает ее такой печальной и усталой.
Он не станет.
Он откинулся назад, закрыл глаза и привел в порядок свои блуждающие мысли. Электроэнергия – Патенты – Инвесторы – Потенциал – Возбуждение –Похоть – Жена…
Черт.
Ах, но... леди Ярдли проявила к нему интерес... Лорд Ярдли показал свое отсутствие интереса к жене... Он мог бы найти леди Ярдли и... Жена.
Его глаза распахнулись, и он сел прямо.
Нет. Не сейчас. Он не мог завести роман с другой женщиной, когда его жена была рядом. И он определенно не мог переспать со своей женой. Ну, ладно, неважно. У него все равно не было времени на роман. Целибат еще никого не убивал.
- Ты красивее, чем я тебя запомнил, - сказал он.
Она снова обратила на него свой сияющий взгляд, выглядя веселой и дружелюбной. По правде говоря, он почти ничего о ней не помнил. На протяжении всей их короткой свадебной церемонии она не поднимала головы, а он старался не смотреть на нее. А вторая часть происходила в тени, они оба закрыли глаза и думали о чем-то своем.
  
- Как мило с вашей стороны сказать это, - сказала она. - Я помню, в день нашей свадьбы вы выразили некоторое разочарование тем, что слышали, будто сестры Лайтвелл красавицы, а я - нет.
- Я не могу представить, чтобы кто-то начал из-за вас войну, но вы не совсем плохи. Сколько вам лет? Девятнадцать? Двадцать?
- Двадцать два.
- Такая старая.
Он попытался вспомнить, когда ему было двадцать два. Прошло всего шесть лет, но казалось, что прошла целая жизнь. Сэмюэлю тогда было два года, и Рейчел привела его в офис, сказав, что никогда не рано учиться. В тот год они рискнули всем, покупая и оснащая новые фабрики, и в итоге утроили свое состояние. В тот год они наблюдали, как Сэмюэл открывает для себя мир, и поклялись никогда не детям такую работу, что могла погасить их искру. Рейчел, должно быть, было двадцать два, когда он впервые пришел на работу в офис ее отца. Но она была дочерью босса, а ему тогда было всего четырнадцать, и он был слишком напуган и зол, чтобы заметить ее, не говоря уже о том, чтобы представить, что через пять лет после его приезда она выйдет за него замуж, а еще через пять лет ее уже не будет в живых.
- Мистер Девитт?
У его жены было озабоченное выражение лица.
- С вами все в порядке? Надеюсь, я вас не расстроила.
- Конечно, расстроила. Вы все испортили. Поезжайте домой.
- Боюсь, я не могу этого сделать. Видите ли, у меня есть...
- Что? Что?
- Сестры.
- Сестры.
Ах да. Лорд Чарльз упоминал дочерей. Джошуа не мог вспомнить, сколько их было, но знал, что их было очень много, и что все они рисковали остаться без средств к существованию, если Джошуа не женится на одной из них, поскольку Чарли умер, а дочери должны были выйти замуж, чтобы унаследовать, и та, которая уже была замужем, была падчерицей, а ту, которая почти не вышла бросили, а все остальные были слишком молоды.
Сейчас его дом, возможно, наводнен хихикающими существами в белых платьях и разноцветных лентах. Он содрогнулся.
- Прошу скажите, что вы приехали одни, - сказал он. - В моем доме полно сестер?
- Пока только я.
- Пока!
- Я намерена укрепить отношения со своей бабушкой и…
- Только не с герцогиней!
- Видите ли, моя сестра...
- Нет.
- Потому что моя мать...
- Нет.
- Моя другая сестра...
- Нет.
- Тогда мой отец.
Она вздернула подбородок, бросив на него суровый взгляд, доказывающий, что любезность не означает мягкость.
- У меня был долг перед вашим отцом, - сказал он через мгновение. - Я исполнил этот долг, женившись на вас, обеспечив ваше наследство и материальные нужды вашей семьи.
- И мы все очень благодарны. Но…
- Мы договорились, что я женюсь на вас. А не о том, что я буду вашим мужем.
- К сожалению, одно всегда следует за другим.
- Мы можем быть женаты на расстоянии, - сказал он. - До сих пор наш брак был в высшей степени удовлетворительным.
- Мистер Девитт. Так не пойдет. - Теперь она была сама строгость и почтительность. - Моя сестра должна дебютировать, и я должна убедить бабушку сопровождать ее. Вам не обязательно вмешиваться. Я более чем счастлива, что мы живем раздельно. Я только прошу вас не чинить мне препятствий и не вести себя так, чтобы это негативно сказалось на ее социальном положении. Как только все будет сделано, я вернусь в Санн-парк, а вы сможете вернуться к тому, что у вас получается лучше всего. Что включает в себя, как я поняла, зарабатывание денег, оскорбление людей и наставление рогов лордам.
В ГОЛОВЕ ДЖОШУА произошла редкая вещь: в ней стало пусто. Всего на мгновение, но тем не менее. Затем мысли вернулись.
Честно говоря, какой сюрприз. Вежливость и честность, как правило, взаимоисключали друг друга, а Кассандра казалась воплощением вежливости. Он ненавидел вежливость, то, как люди игнорировали правду, когда она ставила их в неловкое положение. Притворяясь, что если они деликатно выразят что-то неприятное, то это будет уже не так неприятно.