Бракованная попаданка или истинная для Верховного

Чертовы квадроберы и сюда добрались!
— Ты мне реинкарнацию вне очереди предлагаешь что ли?
— Можно и так сказать. Если ты захочешь, сможешь прожить мою жизнь.
— Странная ты. Такая красавица, а жить не хочешь.
Ну вот что ты делаешь, Вика? Сама лично отговариваешь человека, который любезно согласен уступить тебе свое тельце. Кто тебя после этого умной назовет?
— Поверь, красота относительна. А еще она далеко не всегда приносит счастье. Мне не принесла. В личной жизни все очень плачевно. Я не больше не могу ходить. А главное — не могу летать. Слишком перенапряглась, когда пыталась регенерировать после травмы.
  
— Как все запущенно!
— Да. Я все расскажу тебе. Здесь время течет иначе, и я смогу дать тебе знания обо мне и нашем мире. Но для начала ответь — ты согласна занять мое тело?
Я еще раз смерила девицу подозрительным взглядом.
Казалось бы, ну кто в здравом уме откажется от жизни? Даже в инвалидной коляске. Ну да, плохо. И что ж теперь?
Я пока в интенсивной терапии лежала, тоже много чего надумала. И пришла к выводу, что с инвалидностью жизнь можно.
Единственное, что нельзя исправить — смерть. Ко всему остальному привыкаешь.
Был у меня знакомый. Бизнесмен не из последних. На навороченной инвалидной коляске высекал так, что друзья на мерседесах завидовали. Тут главное настрой.
А у этой девицы все так запущено. Летать она не может! Тоже мне, трагедия.
— Не хотелось бы отбирать у тебя тело, но если ты сама не против, противиться не стану. Я действительно очень хочу жить.
— Это хорошо, — улыбнулась девушка. — Это просто замечательно. У тебя невероятная воля к жизни. Поверь, она тебе пригодится.
— Уже страшно, — закатила я глаза.
Даже если в новом теле мне не придется жить в общаге с пьяными ПТУ-шниками, то как-нибудь справлюсь.
А ведь судя по воспоминаниям из того дня, который я так легко окрестила бредом, рыжая красотка не бедствует. Правда, напрягало то, что за целый день к парализованному человеку никто не пришел даже чтобы поесть принести. Но куда уж без подвоха.
— Тогда начну свой рассказ издалека…
  
Глава 2
 
Второй раз открывать глаза в новом мире было уже проще. Возможно потому, что появилась информация и некая уверенность — это не сон, не бред, не дыхание смерти оставляет свои видения.
Я жива! Я буду жить в новом теле. Я не умру от сепсиса!
А с остальным я уж как-нибудь разберусь.
И разбираться я начала с того, что поближе познакомилась со своим новым телом.
Откинув одеяло, я начала разглядывать богатство, что мне досталось.
Ноги стройнее и длиннее, чем у меня, руки тонкие, с длинными пальцами музыканта. Судя по отсутствиям складок на животе, талия тоже предполагалась осиная, а грудь… ну она была. Не самая большая, но я бы сказала в самый раз, тем более под такое телосложение.
Словом, я как-то разом отхватила фигуру топ модели, к которой всю жизнь безуспешно стремилась.
А дальше была толстенная длинная коса ярко-рыжего цвета.
Вот уж чего у меня точно никогда не было! Каре по жизни — вот мой девиз. Ну максимум удлиненное.
Ладно, с этим разберемся. Отрезать я всегда успею, а пока пусть будет. Здесь такое, наверное, принято.
Наконец дошла очередь и до окружающей обстановки. Стоило присмотреть к комнате, в которой я находилась. И нужно сказать, комната эта как будто прямиком из исторических романов телепортировалась.
Она была больше, чем вся моя квартира в Москве, на которую я так долго зарабатывала. И которую, кстати, до сих пор не выплатила.
Вот только вместо современного ремонта с использованием паркета, керамогранита и других дорогущих материалов, за которые я отдавала свои кровные чуть не плача, был какой-то «сельский шик».
Ну ладно, это я сильно преувеличила, конечно. Просто мне никогда не нравились классические интерьеры. Ну там французский, английский.
А этот был как раз из этой же оперы. На глаз я определить не смогла. Скорее, какая-то мешанина всех старомодных помпезных стилей.
Радовали окна. Они были чуть ли не в два этажа. Ну и в целом, если абстрагироваться от всей этой вычурной лепнины, позолоченных подсвечников и прочих ужасов, было достаточно симпатично.
Много темного дерева, пурпурные оттенки, немного приглушенного бордо или даже благородного марсала. Хотя, присмотревшись, я поняла, это скорее выгоревший красный. В некоторых местах обивку давно не меняли. Например, на том пуфе.
Продолжить осмотр я смогла по банальной причине. Дверь открылась и в комнату, наконец, вошел человек.
Я почему-то сразу поняла, что это служанка. Одежда с белым передничком намекала на это. А еще взгляд, опущенный в пол.
В руках она держала поднос, от которого исходил, нужно сказать, умопомрачительный запах.
— Кто ты?
Не то чтобы я не была рада человеку, который принес поесть, но хотелось бы больше определенности.
— Я Мия, госпожа. Вы меня не помните?
Я только отрицательно покачала головой. Адалин про нее не рассказывала. Наверное, не посчитала нужным перечислять прислугу поименно.
— Почему я весь день была здесь одна?
— Простите, я была занята.
— Кроме тебя здесь никого нет?
Девушка посмотрела на меня как на умалишенную.
— Есть. Простите, госпожа, я ненадолго. Кто-нибудь может хватиться. Я оставлю ужин. Потом заберу тарелки.
Что-то в ее поведении настораживало.
— Тебе что, запрещено приносить мне еду? — Спросила я, наконец, поняв причину ее нервозности.
— Официально нет.
Больше ничего не сказав Мия убежала, оглядываясь на меня, как будто я была призраком.
А у меня появились новые темы для размышлений.
Да уж, ситуация, кажется, еще хуже, чем представляла Адалин.
Но прежде чем паниковать, нужно было покушать.
Дотянувшись до тарелок, которые оставила Мия, и начала поглощать ужин с предельной скоростью.
Это тело явно не страдало ожирением, а силы мне были нужны.
Желудок сводило, как будто я не ела несколько дней. Поняв, что это может быть правдой, я притормозила.
Выпила бульон. А вот остальное отложила на потом.
Вдруг еще плохо станет.
Ко мне по-прежнему никто не спешил. Даже для того, чтобы помочь с естественными потребностями. А это, нужно сказать, было все более и более актуальным, особенно после ужина.
Организм как будто понял, что нужно выходить из спячки.
Итак, где тут блага цивилизации? А главное — как мне туда попасть.
До ванной сама не дойду. Может быть, тут есть что-то типа того, что раньше в деревнях гордо именовали «ночная ваза»?
На ее поиски ушло около получаса, хотя искомый горшок обнаружился недалеко — под кроватью.
Попытка подтянуть ноги к краю кровати и встать оказалась провальной.
Во-первых, я не могла сидеть. Боль сразу же пронзала адская. Кое-как умудрилась перевернуться на живот и уже из этого положения встать. Но здесь тоже был подвох.
Стоять я могла. А вот первый же шаг закончился на полу.
Когда ступней почти не чувствуешь, ноги сразу же подворачиваются. В общем, я очень быстро поняла, что ходить Адалин действительно не может, хотя классическим параличем и не страдает.
Зато отсюда горшком было проще воспользоваться.
Как я это сделала, история умалчивает. Может быть, когда-нибудь опишу в мемуарах. Если впаду в маразм на старости лет.
Эх, вот бы еще до этой старости дожить. Перспективы были. Но не радовали.
Забравшись обратно в кровать, используя только на вид хилые но на удивление сильные руки, я начала размышлять.
Ситуация вырисовывалась следующая…
  
Глава 3
 
Итак, я заняла тело несчастной Адалин Фолкер. Крылатой ящерицы. Тьфу, то есть дракона.
Богатой сиротки, у которой был девиз по жизни «слабоумие и отвага». Ну ладно, отвагой там не пахло. Скорее, наивностью.
Как иначе назвать ситуацию, при которой эта несчастная, похоронив по очереди маму, а затем брата, которые, на мой взгляд, погибли при достаточно странных обстоятельствах, расклеилась и плакала до тех пор, пока на горизонте мужчина не появился.