Судьба некроманта (СИ)

Решив оставить гнома со своими удовольствиями, я спустился в общий зал, где хозяин заведения уже развернул бурную деятельность. С десяток служек перетаскивали столы, образуя из них огромную букву «П». Низкий горбатый орк тащил огромный отрез черной материи, которой принялись эти столы застилать. Двигали скамьи и стулья, ставили кальяны, разжигали огонь в огромном камине. Пара зеленых парней устанавливала рогатины для вертела, вкручивая их прямо в пол, в специально подготовленные отверстия. Рядом появился вездесущий Уз Сален.
— Чего изволит Черный Властелин и спаситель?
— Что тут происходит? — Я указал на нешуточную суету.
— Трактир этот и постоялый двор, самая крупная крыша в городе. — Неловко коверкая фразы, пояснил клыкастый. — Быть тут пиру во славу твою, и всем прибыть из вельможных семей, что веру истинную чтут. К слову говоря, великий Уз Колон с воинами своими в столицу отбыл, чтобы ждать тебя там, в почтении и трепете.
Уз Колон был весьма странным персонажем. За внешним его раболепием и поклонами, виделась стальная воля и откровенный скептицизм. Он, похоже, и общался со мной сквозь сильно стиснутые клыки, но спину гнул напоказ, и если кто проявлял ко мне толику неуважения, даже если это просто померещилось могучему воину, то замеченному в непочтении сразу выдавали нагоняй. Орк вел свою игру, и разгадать мне ее было сейчас не по силам. Вот Уз Сален наверняка что — то знал, и я решил его разговорить.
— А не выпить ли нам, друг мой Сален, по чарке вина?
Глаза орка жадно блеснули. Он свистнул и рядом с ним, будто по мановению волшебной палочки, очутился Уз Зилок.
— Вина Великому Черному. — Грозно заявил Сален, облизывая толстые губы. — Вина, мяса, сыра, и винограда. И кубка два нам неси, да найди место удобное, чтоб челядь не мешала. Маг устал и хочет отдохнуть.
Зилок кивнул и поспешил вглубь зала, где нашлась потайная дверь. Серое дерево сливалось со стеной, и я даже не понял, как дверь скользнула внутрь, и мы очутились в отдельном уютном кабинете, обитом темным деревом. Позади засопел Коба, снова став незаметным для глаз. Стол быстро накрыли, потянуло ароматами жареного мяса, встала на стол пузатая бутыль ароматного вина. Я уж думал, что служки Зилока остановились, но тут они превзошли себя. На стол принялись метать тарелки, с колбасами и кругами сыра, ароматными ломтями копченой курятины, вереница душистых и совсем непонятных блюд, выставили огромную корзину фруктов, и только когда Уз Сален прикрикнул, рог изобилия иссяк, и нас, наконец, оставили одних.
— Выпьем? — Я быстро разлил вино по кубкам, и только потянулся за закуской, как почувствовал, что Коба ухватился за мою штанину и настойчиво дергает. Пришлось, пока мой собеседник отвернулся, отправить вниз тарелку с мясом и стакан вина. Из — под края скатерти послышалась тихое одобрительное бормотание, а затем неспешно чавканье.
— С моим удовольствием. — Орк, явно питающий слабость к алкоголю, с готовностью хапнул когтистой лапой кубок и, не дожидаясь тоста, отправил его содержимое в рот. Я пригубил и решил опробовать сырную тарелку.
— Может еще по одной?
Видимо, на такие вопросы принято отвечать полным согласием. Алкоголь вновь разлили и употребили. Часть разносолов, колбас и грудинки, было успешно приговорено. Полился неспешный спокойный разговор, тот самый, что никогда бы не свершился в конвое, в присутствии могучего Ура.
Просчет мой стал понятен на второй бутыли вина. Ур Сален пил как сапожник, стакан, за стаканом опрокидывая в себя красное, а вот мне пришлось тяжело. Долгая дорога вымотала, я не выспался, толком не умылся и даже не поел нормально, так что вышло с точностью до наоборот. Впрочем, некоторые вещи я все же узнал, и они меня не обрадовали. Дук Лор, верховный канцлер, примерно так значилась его должность в соборном правительстве четырех семей, недавно поставил резолюцию на пакт о единоразделии. Что же это означало? В понимании моих новых союзников, единоразделие было аналогом экспроприации, или принудительного отбора имущества и земель. Единоразделие же было объявлено не абы где, а в королевстве, на людских и эльфийских землях, ибо их указал им первосвященник черного культа, главный служитель Тан Милос. Надо понимать, что Узы и Таны состояли в союзе, и именно Уз Колон отправился на границу к переправе, чтобы встретить мессию, то бишь меня. Я должен был прибыть в священный круг и, доказав свою власть, сделать решение совета легитимным.
 
Дук Лор, урожденный Уз, похоже, отлично знал моего знакомого, а тот в свою очередь являлся бессменным командиром летучих отрядов, в обязанность которым вменялась диверсионная и штурмовая деятельность, а так же партизанские вылазки в тыл противника. Уз Колон прибыл к Вековечному Лесу вовремя, и вместо того, чтобы провести скрытую операцию, атаковал открыто, имея перевес в живой силе, тем самым не просто эскалировал конфликт, а вызвал ответную реакцию Эльфов. Те, исходя из сведений с кордона, уже стягивали свои передовые части к переправе, готовые в любой момент вторгнуться в Орккомвират. Единичная вылазка это одно, действие регулярных войск противника на территории Орккомвирата, совершенно другое. Тут война однозначно. Кто — то распалил костер ненависти, дремавший углями презрения и зависти, многие сотни лет.
Оставалась еще крошечная надежда на мирный исход. Семьи Каров и Физов усомнились в том, что я тот самый, Черный, и прибегли к поединку вызовом, пообещав выставить против меня достойного противника. Это, кстати, тоже особо не грело. Конечно, в этих землях конкурентов у меня не было, а опоить меня снова или потравить газом я бы теперь просто не позволил, но сознание того, что придется с кем — то драться, меня совершенно не радовало. Уз Солен был полностью уверен в моей победе, однако дал понять, что Кары отправились на другой конец страны, дабы препроводить к кругу еще одну особу, которую они и считали первородным Черным. Кто это был, а главное, откуда он взялся, это была еще одна загадка.
Надо отдать должное местным напиткам, брали они легко, но с такой же легкостью и отпускали. Встав после полудня, я ощутил удивительный подъем сил, и нешуточный голод, однако тут меня ждал еще один сюрприз. Пока я спал, низкорослик где — то раздобыл огромное махровое полотенце и халат. Последний, скорей всего, был сшит на низкого орка, а, значит, я мог запахнуться в него целиком, и это меня, разумеется, порадовало. Пока я принимал ванну, заглянул Фалько. Вид у принца был мрачный.
— Что — то нечисто тут. — Заявил он с порога. — Гладко все, спокойно, сыто. Нет в нашем мире такого уголка, где бы не было подвоха.
— С чего ты взял? — Невозмутимо поинтересовался я, от души намыливая голову куском ароматного мыла. Пена пузырилась и крупными хлопьями падала в воду, шумел водогрей, искря угольками. Для меня лично все складывалось пока как нельзя лучше, и думать о предстоящем поединке я не хотел.
— Фалько скривился. — Слушай, маг, ты вообще орков различаешь?
— Не особо. — Честно признался я. — Они для меня все почти на одну морду. Одни чуть зеленей, другие клыкастей…
— А зря. — Принц — воин покачал головой. — Я в свое время трактат читал, именно по такой теме, и я тебе скажу, что в наше время, что сейчас, суть не меняется. Не по цвету делится орк, а по породе.
— Ну и что?
— Да то, Кот, дурья твоя башка. Два их всего вида, орк низший, или торговец, пахарь, да кто угодно, и орк высший, стать иная, воин он и убийца. Статью они различны, а главное, клыками. Орк воин, у него они вверх растут. Он быстр, тих, умен и зол. Орк пахарь, торговец, и гражданин мирный, носит клыки, что в стороны расходятся. Видно это сразу.
 
— Ну, так к чему ты ведешь?
— Да к тому, маг. Этот город, великий и Черный, город воинов. Тут только они. В отряде Уза тоже, в таверне служками тоже солдаты.
Похоже, нельзя уже было дальше тянуть, и я рассказал Фалько все, что выведал у Уз Салена. Принц теперь и вовсе потемнел лицом, и тяжело опустился на стоящий подле табурет.