Пожар сердца

Он покраснел и, запинаясь, стал объяснять:
– Дело в том… то есть я хочу сказать… Просто девушке твоего воспитания и социального положения неприлично заниматься низким трудом.
– Ну конечно, – язвительно подхватила она, передразнивая дядю, – приличные девушки появляются на свет, чтобы сидеть на пьедестале в стеклянных коробках, как куклы. С них сдувают пылинки, ими восхищаются, а они медленно погибают от разжижения мозгов. Так я тебе вот что скажу: к дьяволу такое существование! Я смертельно устала от скуки и умственного простоя, и если мистер Прайс возьмет меня на работу, я буду очень ему благодарна.
  
Деннис потерял дар речи, и в гостиной повисло неловкое молчание. Харви Тиздейл был в полном замешательстве. В дальнем углу пожилые женщины вполголоса обменивались нелестными замечаниями в адрес молодой нахалки: Сара Тиздейл невоздержанна на язык, она ни в грош не ставит опекуна и заработала несмываемые пятна на своей репутации за два года пребывания в Мангалуру, куда она попала после того, как ее родители утонули в Темзе. Словно ей было мало сказанного, Сара небрежно достала из парчовой сумочки серебряный портсигар, извлекла сигарету и, вызывающе покачивая бедрами, подошла к ближайшему столику. Нагнувшись, она прикурила от канделябра.
К удивлению и без того шокированной публики, Деннис от души расхохотался.
– Мистер Прайс, я не могу понять, что вы нашли смешного в возмутительном поведении моей племянницы, – сухо проговорил Тиздейл.
– Виноват, сэр. Пожалуйста, примите мои извинения. Это вышло помимо моей воли. Видите ли, сэр, ваша очаровательная племянница мисс Тиздейл сильно напоминает мне мою жену Доун. Она точно так же питает склонность к независимым мыслям и поступкам. – Он взглянул на Сару, которая смотрела на него с веселым удивлением и благодарностью. – И точно так же любит подергать за хвосты священных коров.
Теперь собравшиеся обратили холодные осуждающие взоры на Денниса.
После ужина Деннис и Сара вышли прогуляться по широкой веранде, окружавшей дом с трех сторон. Они остановились у перил крыльца, любуясь маленьким фонтанчиком в центре передней лужайки. Вода била струей изо рта мраморного дельфина и падала в бассейн тонкими струйками, казавшимися блестящими серебряными нитями в свете полной луны.
– Красиво, правда? – сказала Сара.
– Изумительно!
Она посмотрела на Денниса.
– Вы сказали правду? Я в самом деле напоминаю вам вашу жену?
– Да, но только не внешне. У Доун рыжевато-каштановые волосы, светлая кожа и зеленые, словно из нефрита, глаза. Вы обе очень красивые женщины, хоть у вас разная красота. Но внутренне вы похожи, как сестры. Меня восхищают женщины с характером.
– Приятно слышать. Наверное, мы с вашей женой могли бы подружиться. – И она задумчиво добавила: – Я очень хочу иметь подругу. Вы не представляете, как мне здесь одиноко! Терпеть не могу этих жутких старух, жен колонистов. Они такие противные!
Деннис усмехнулся.
– Полагаю, в самом ближайшем будущем вы встретитесь с Доун. Большинство склоняется к мнению, что Ладроны похитили ее ради выкупа и скоро дадут о себе знать.
– Искренне на это надеюсь, Деннис. Представляю, как вам без нее тяжело.
– У меня будто оторвали часть тела – ногу или руку.
Глаза девушки блестели в полумраке.
– Вы, наверное, очень сильно ее любите.
– Да, очень.
Она взяла его руку в теплые мягкие ладошки.
– Она вернется к вам, обязательно вернется. Вы только не теряйте надежды и молитесь!
– Спасибо, Сара. – Он откашлялся и сменил тему на менее болезненную: – Вы серьезно решили работать в компании «Робертс ламбер»?
– Еще как серьезно. Надеюсь, что и вы предложили эту работу не в шутку.
– Считайте, что место за вами.
– Колониальное общество может отвергнуть вас за то, что вы потакаете моим неприличным выходкам.
– Знаете, у нашего компаньона Сильвера Джека Макхью была поговорка: «Черт возьми, меня вышвыривали и не из таких салунов!» То же самое я могу сказать про ваше чванливое колониальное общество.
Сара засмеялась.
– Да вы хулиган! И когда же мне приступать к работе?
– Точно не могу сказать. Завтра мы с Пигом Айроном Сэмом Малоном едем смотреть здания нашей компании на восточных склонах Гат. Кент Малвейн сказал мне, что их строительство было закончено только на прошлой неделе.
– Да, был длительный перерыв на время муссонов. Послушайте, у меня есть прекрасная мысль. Что, если я поеду в горы вместе с вами и мистером Малоном? Я могла бы вести записи, готовить вам еду – в общем, была бы чем-то вроде Пятницы у Робинзона Крузо.
Деннис засмеялся.
– Весьма заманчивое предложение, Сара, но, к сожалению, я должен от него отказаться. Сегодня вечером я уже нажил себе немало врагов, одобрив ваше необычное поведение. Наберитесь терпения. Как только увижу, что дела в лагере идут гладко, а в наших домах можно жить, я сразу пошлю за вами. А теперь, думаю, нам лучше вернуться в дом, пока ваш дядя не вышел вас искать.
Вечеринка закончилась рано, и Пиг Айрон Сэм с Деннисом поехали к себе, в номера старого мангалурского отеля, которым управляли отставной сержант британской армии с супругой.
Только они сели в экипаж, как Пиг с наслаждением сорвал с себя галстук и пиджак.
– Еще минута в этом обезьяньем костюме, и я бы умер от удушья, – проворчал он.
– Ты становишься настоящим франтом, – поддел его Деннис. – А как лихо ты отплясывал в бальной зале, показывая дамам американский стиль!
Пиг поморщился.
– Это все та шипучая вода, которой они меня насильно поили!
– Так уж и насильно? – фыркнул Деннис.
Когда они вышли из экипажа возле отеля Джона Пила, Деннис предложил:
– А не выпить ли нам перед сном по рюмочке в баре?
– Отличная мысль! – подхватил Пиг. – Мне очень хочется смыть вкус всех этих вин добрым старым виски.
Утром они поднялись на рассвете. Внизу, в гостиной отеля, их ждал Бэзил Норт, ботаник на службе британского правительства. Его приставили к ним в качестве гида и советчика. У худощавого жилистого Норта были редкие седеющие волосы. Лицо его украшали очки в стальной оправе. На нем были легкая куртка, брюки для верховой езды и сапоги, а также тропический шлем.
Он неодобрительно сдвинул брови при виде белых льняных костюмов Денниса и Пига.
– Давайте-ка перед отъездом зайдем в местный магазин, – предложил он. – Вам, джентльмены, надо купить подходящую одежду. Мы отправляемся в дикие места.
Магазин, в который он их привел, торговал седельным и военным снаряжением. Его главными посетителями были британские солдаты из ближайшего гарнизона. Деннис и Пиг быстро облачились в костюмы защитного цвета, как у Норта, и купили по рюкзаку, чтобы сложить туда свои прочие вещи.
Потом все трое направились на местную железнодорожную станцию и сели в допотопный поезд, который состоял из единственного пассажирского вагона и трех вагонов для скота, влекомых паровым локомотивом.
– Нам надо ехать до конца, к подножию гор, – сообщил Норт, – а там нас будут ждать три лошади. Я договорился. Надеюсь, вы умеете ездить верхом?
– О, об этом не беспокойтесь, мистер Норт, – заверил его Деннис.
– Пожалуйста, зовите меня Бэзил.
Поезд ехал по железнодорожной ветке, которую в шутку окрестили «Гордостью Индии». Казалось, дороге не будет конца. Неровная ухабистая узкоколейка и жесткие сиденья из занозистого дерева были сущим наказанием для задов пассажиров. Когда они вышли на конечной станции у подножия Западных Гат, Деннис и Пиг по-стариковски заковыляли по перрону, растирая ягодицы.
При виде их скрюченных фигур Норт усмехнулся.
– Ничего, ребята, скоро привыкнете!
Как и обещал Норт, на станции их ждали три лошади, оседланные и готовые в путь. Индийский паренек держал их за уздечки. Норт дал ему монетку, сказав:
– Передай сагибу Уилсону нашу искреннюю благодарность. Я зайду к нему, когда мы вернемся с гор.
Он объяснил Деннису и Пигу: