Участковый: Назад в СССР 2 (СИ)

— Не особо. Граф знает про окружающее пространство намного больше меня. Однажды, ещё до революции, он сам сел за руль первого, загнанного через арку автомобиля и отвёз меня от червоточины, километров на восемь. — Воронцов указал примерное направление их поездки.
— И что вы там увидели?
— По пути много чего нехорошего. А на краю этого острова, собранного из кусочков нашей реальности, нас остановила обширный отрезок древней засеки, с насыпью, окружённой частоколом. За периметром находится холм с торчавшими из него деревянными идолами. А ещё дальше раскинулся чёрный лес, сплошь оплетённый шевелящимся морем отростков. Ещё на пределе зрительного восприятия я заметил пирамидальные каменные строения, необычного вида. Одного взгляда на это всё хватило, чтобы понять, находящееся за периметром, намного опаснее сконцентрировано здесь.
— Интересно. А как это всё здесь вообще сохранилось? Ведь некоторым деревянным постройкам явно больше четырёх или пяти сотен лет. Они давно должны были сгнить и развалиться — подметил док.
— Здесь ничего не гниёт, и даже мёртвая плоть повреждается только во время движения нежити.
— А я бы с удовольствием взглянул на окружающий нас лес и те зиккураты — неожиданно признался Кац.
— Док, если мы не сможем выбраться, то я обязательно тебя свожу на экскурсию — пообещал я.
— Тогда я пойду с вами — сказал Воронцов и ухмыльнулся.
— Интересно, а Графиня выслала кого-нибудь в погоню за нами? — спросил док после небольшой паузы.
— За нами идут капитан Понамарёв, со своими вооружёнными до зубов волкодавами. Но особо нам их опасаться не следует. Похоже, хранитель озёрного портала не шибко рвётся в бой. Нас он чувствует, но обходит все опасные зоны седьмой дорогой и чересчур часто останавливается для исследования территории. Вот и сейчас, группа Пономарёва замерла в семистах метрах от нас. Наверняка старый чёрт решил, что мы ему засаду готовим.
— А мы собираемся устраивать ему засаду? — спросил я, когда закончил набивать в рожковый магазин для ППШ, последние патроны из холщового мешочка.
— Нет. Для засады, имеющегося у нас арсенала, маловато будет. — Воронцов демонстративно похлопал по укороченному прикладу образа двустволки. — И вообще, нам бы с вами сейчас лучше поспешить. Чем больше простаиваем, тем меньше шансов добраться без осложнений. Мой личный опыт подсказывает, эта аномалия шибко не любит тех, кто не спешит.
Через пару минут червь уполз, и мы продолжили движение к порталу. Описанный Воронцовым отрезок набережной, проскочили без происшествий. А затем снова принялись плутать между различных архитектурных объектов, проходя то по мощёным булыжником улочкам, то по грунтовым дорогам.
И чем дальше мы продвигались, тем чаще приходилось отбиваться от нежити. Теперь мертвяки двигались заметно шустрее, и один из них едва не добрался до зазевавшегося дока.
Желания лезть внутрь всевозможных строений ни у кого не возникало. Но каждый из объектов, будь то перрон железнодорожного вокзала, с навеки замершим паровозом, либо весьма приличный дом, со статуями атлантов, поддерживающих ажурные балконы, навевали смутные воспоминания. Казалось, что я это всё уже видел в нашей реальности, и если напрячься, то можно вспомнить, что ужасного произошло в этих местах.
И всё-таки пострелять, нам пришлось, когда из наполовину разрушенного взрывом здания вывалилась большая группа стремительно передвигающихся мертвяков. Я разрядил в их головы остатки дискового магазина. Воронцов дважды перезаряжал обрез.
— А вот теперь они точно знают, где мы — сказал хранитель после того, как мы отбились от наката нежити.
Когда Воронцов договорил, я на подсознательном уровне почувствовал, что мы добрались до нужного нам объекта, и принялся обшаривать окружающее пространство лучом фонаря.
Это был стометровый кусок зубчатой, крепостной стены с одинокой округлой башней. Всё это было сложено из белого камня и явно грубо вырвано из крупного оборонительного сооружения.
— Неужели это часть древней кремлёвской стены? — предположил док, когда мы подобрались поближе.
  
Воронцов утвердительно кивнул.
— Это одна из артиллерийских башен, про существование которой забыли ещё во времена Ивана Третьего.
— Так может, и библиотека царя Ивана Грозного где-то поблизости спрятана? — спросил разволновавшийся док.
— Граф говорил, что в те времена сюда много разного провалилось. Про библиотеку Грозного тоже упоминал, но, правда, она где-то здесь или нет, я не в курсе.
Обойдя башню, мы попытались пройти между стеной графского имения и каменной башней. Но дорогу нам преградили заросли чёрных отростков. Они полностью оплетали крышу усадьбы с этой стороны, спускались и частично переходили на башню. Причём в этих зарослях, постоянно что-то подозрительно копошилось.
— А вот этих зарослей, я раньше здесь не видел — уверил Воронцов после того, как всё внимательно осмотрел. Затем он указал лучом фонарика на видневшийся в просвете, просторный расчищенный участок, находящийся перед крепостной стеной, с другой стороны. — Видите, там на стене тёмное пятно. Именно к нему приклеен портал в арке. И для того чтобы попытаться прорваться на нашу сторону, нам нужно туда попасть.
— А если обойти стеночку с другой стороны? — предложил я, и Воронцов отрицательно покачал головой.
— С другой не получится. Крепостная стена обрывается, прямиком в один из провалов. Там везде липкая паутина. Не знаю, кто её плетёт, но, если в неё вляпаешься, выбраться шансов никаких.
— А если попробовать пролезть через дыру? — предложил Кац, и луч его фонарика высветил пролом в башне, находящийся на высоте трёх метров, прямо у нас над головой.
— Этого лаза здесь раньше не было — с подозрением заметил Воронцов
Затем он замер и начал к чему-то принюхиваться. Видимо, он опять чувствовал нечто своё. Подойдя к башне, он приказал, чтобы мы не шевелились, и прижал ухо к одному из огромных каменных блоков, составляющих её основание. Больше минуты хранитель к чему-то прислушивался, а затем заговорил.
— Это Граф. Похоже, эта старая лярва добилась того, чего хотела. Я снова слышу его голос.
— Это как? — не понял я.
— А вот так. Его повреждённый мозг снова ожил.
— И что он говорит — спросил Кац.
— Он угрожает всем, кто его предал, Графине и лично мне. — Выдав скупые объяснения, Воронцов оскалился, словно загнанный в угол зверь. — А ведь в сорок первом году, когда фрицы стояли под Москвой, у меня был шанс до него добраться повторно и завершить начатое. Теперь я жалею, что не сделал этого и отправился на фронт.
— А почему он на графиню наезжает? — не понял я.
— По этому поводу могу сказать одно. Она вообще зря затеяла его оживление.
Едва Воронцов договорил, по всем поверхностям пробежалась волна, словно от землетрясения. После этого чёрные отростки активно зашевелились, а частички жизненной силы, заметались, словно потеряв ориентир для движения.
В тот же миг из темноты выскочил мертвяк, получивший из обреза хранителя двойную порцию картечи в верхнюю часть туловища.
— А это что такое? — спросил Кац.
— Не знаю, но мне это тоже не нравится. Нам надо ускориться. — Воронцов указал на дыру в башне.
Первым в пролом забрался я, осмотрел круговую артиллерийскую галерею с парой пушечек и приготовленными к стрельбе крупнокалиберными гаковницами, времён правления Ивана третьего. У лестницы, ведущей выше, лежали мумифицированные тела нескольких стрельцов. Вездесущие отростки оплетали бойницы, но шевелящейся нежити я не заметил.
После того как забрались остальные, мы взошли по каменной лестнице до следующего уровня и добраться до выхода на крепостную стену. И в тот момент, когда я высунулся, чтобы всё осмотреть, над головой вдребезги разлетелось витражное окно. А затем со стороны графского дворца, ударил луч прожектора.
Пулемётная очередь прошлась по каменным зубцам стены, заставив нас нырнуть обратно. А затем раздался не совсем человеческий смех, от которого по телу пробежался нервный озноб.