Участковый: Назад в СССР 2 (СИ)

Осматривая подземелье, я невольно вспомнил увиденные в прошлой жизни фильмы ужасов и осознал, что все попытки кинематографистов будущего воссоздать нечто жуткое, бледная тень от существующего здесь в реальности.
Частично разложившиеся и изломанные, человеческие тела. Оплетающие всё это тёмные отростки. Мерзкого вида, кроваво-чёрные потёки на стенах. Всё это походило на материализовавшуюся частичку Ада.
Всё это усугубилось, когда мы добрались до перехода. Тела нежити начали конвульсивно подёргиваться, словно под воздействием электрического тока. После этого наш крохотный отряд проник в небольшой туннель, ведущий в следующее подвальное помещение. Направив фонарик на одну из ниш, я высветил узкий проход и превратившегося в мумию мертвяка, медленного бредущего в нашу сторону. За ним виднелись ещё несколько раскачивающихся голов, с клочкообразными остатками волос на облезлых черепах.
Успев рассмотреть залитые чернотой глазницы, я внезапно понял, что они заметно выделяются, даже в кромешной тьме и походят на бездонные провалы. Вздрогнув от неожиданного открытия, я услышал звук, рассекающей воздух сабли и увидел, как Воронцов рубанул по шее, вышедшего из-за поворота мертвяка.
Плоть поддалась и нежить отпрянула назад, а её наполовину отрубленная голова, повисла на переплетении отростков.
— Ну а теперь, бегом. За мной, пока не началось — отрывистые команды Воронцова, заставили нас рвануть по туннелю.
Выскочив в длиннющий винный погреб, мы понеслись между бочками и штабелями с бутылками. Две трети пути ничего плохого не происходило. А когда мы отбежали от туннеля метров на сто, стены заметно тряхнуло и по ним начала струиться живительная энергия, очерчивая все архитектурные элементы и оплетённую отростками, нежить.
После этого конечности мертвяков конвульсивно задёргались, явно пытаясь оторвать их тела от извивающейся корневой системы. На последнем отрезке дистанции, Воронцов дважды рубанул саблей преградивших наш путь пустышек, а я приложил одного из мертвяков прикладом ППШ по голове.
А в тот момент, когда мы заскочили на каменную лестницу, ведущую на уровень выше, сзади послышался шум, и я почувствовал, что в аномалию начали проникать люди Графини.
Винтовая лестница была достаточно широкой, так что мы легко преодолели четыре полных витка и оказались в солидного размера помещении, видимо, ранее служившем вестибюлем графского дворца.
Да, да, именно дворца. Ибо из просторного фойе на второй уровень вели две широченные лестницы, по которым могли одновременно промаршировать две роты солдат. Между подъёмами и по бокам от входной группы с колоннами, стояли настоящие мраморные статуи на постаментах.
Остатки позолоченной лепнины, роскошные элементы и разбитая вдребезги, огромная, хрустальная люстра, замершая посреди мозаичного пола, свидетельствовали о неслыханном богатстве графа.
Подобное я видел только в императорских дворцах и усадьбах российских олигархов.
Луч фонаря мазнул по потолку, и высветил пролом с расходящимися от него трещинами. Кое-где виднелись следы пожара. А там, где раньше находился выход наружу, виднелся завал из обломков, плотно оплетённый проявлениями материализовавшейся тьмы.
Картину разбавляли два десятка дёргающихся тел, медленно двигающихся в нашем направлении, со всех сторон.
— А вот теперь, пожалуй, нам пора немного пошуметь — изрёк Воронцов и указал мне стволом автомата на ближайшего мертвяка. — Лейтенант, готовься. Этих надо попытаться перебить быстро, пока они не очухались до конца и не начали бегать.
— Антон Львович, вы же говорили, что стрелять нельзя — напомнил Кац.
— Артём Абрамович, когда терять нечего, то можно делать то, что нельзя. Если прорвёмся на второй этаж, в бальный зал, оттуда сможем попытаться выбраться из этого чёртового склепа. А заодно мы растормошим этот дьявольский улей и натравим нежить на наших преследователей.
Описав свой план, Воронцов прицелился в голову ближайшего мычащего мертвяка и выстрелил. Затем перевёл ствол на следующего и повторил упражнение. Меня уговаривать делать то же самое, не понадобилось, так что буквально через секунду, ППШ начал работать по головам нежити, короткими отсечками по два-три патрона.
  
Одновременно с этим мы начали продвигаться по одной из причудливо вывернутых мраморных лестниц, направляясь наверх. Воронцов мастерски отстреливал попадавшуюся на пути нежити, я упокаивал пустышек, продолжавших отлепляться от стен. И чем дольше это продолжалось, тем быстрее двигались мертвяки.
Первого бегуна я заметил на середине пути, он выскочил из-за разбившейся люстры и бодро припустил по лестнице, явно собираясь нас нагнать. Три пули в верхнюю часть туловища, никакого эффекта не произвели. Пришлось прицелиться получше и пробить ему голову.
Из наполовину снесённого черепа, брызнуло нечто чёрное, похожее на нефть. Мертвяк упал, но вместо того чтобы упокоиться, бодро пополз ко мне. И тут я заметил тот самый горб на его спине, о котором предупреждал Воронцов. Прицеливавшись, я выстрелил в нарост. Это помогло, и задёргавшаяся в конвульсиях нежить, скатилась по лестнице вниз.
А когда мы наконец-то добрались до широкой площадки, от которой, отходило два отделанных золотом прохода, где-то снизу заработал пулемёт.
— Сейчас в подвале начнётся жара — предрёк Воронцов и, выпустив в отделившегося от стены мертвяка последний патрон, повесил автомат на позолоченный подсвечник. После этого он снова взялся за саблю и указал на правый проход. — Нам туда.
Достав укороченную двустволку, я протянул её хранителю. После этого передал ему набитый патронташ. Если честно, то я поделился своим арсеналом, из чисто прагматических соображений. С огнестрелом Воронцов может продолжить идти первым. Так мне сейчас немного спокойнее.
А между тем к канонаде, раздающейся внизу, прибавлялись всё новые и новые стволы. Похоже, людям Графини пришлось начать полную зачистку подвальных помещений. Мы же, не став задерживаться, двинулись дальше.
Украшенные затейливыми узорами, двойные двери бального зала, были сорваны с петель. Одна из створок бесследно исчезла, а вторая теперь служила мостиком, через пролом, зияющий в полу. По этому импровизированной переправе мы проникли в огромный зал. Следы роскошного антуража, люстры и канделябры, частично остались на своих местах. И даже многочисленные проломы в полу, выбитые витражные окна и трещины на потолке, не мешали представить, как тут когда-то кружился в танце, весь свет московского бомонда.
Внутри зала тоже обнаружилась дюжина мертвяков, но все они почему-то до сих пор стояли во мраке, словно чего-то ожидая. Проникшие вместе с нами волны крохотных искорок, заставили нежить начать двигаться.
— Нам туда — сказал Воронцова и указал саблей на скрытый мраком, противоположный конец зала.
В кромешной темноте я мало что рассмотрел, но каким-то образом почувствовал, что там отсутствует часть стены и потолка.
А перед тем как наш отряд двинулся дальше, мы подцепили тяжеленную створку, служившую мостом, и обрушили её в провал. После этого Воронцов снова возглавил отряд и повёл извилистым маршрутом, явно избегая некоторых участков паркетного пола.
Из-за движения зигзагами, расстояние до цели значительно увеличилось, к тому же нам пришлось снова отстреливать ожившую нежить. Обрушенная часть потолка и стены, стали видны минут через пять, ещё столько же нам понадобилось, чтобы подойти ближе к пролому.
Здесь нежити не было, и лишь только чёрные отростки, извиваясь словно змеи, инстинктивно отползали в сторону, при приближении лучей фонариков.
А когда до цели оставалось метров двадцать, хранитель выпустил в голову очередного мертвяка сноп картечи и остановился.
— Стоп — приказал Воронцов и принялся с подозрением осматривать очередной пролом, ведущий под бальный зал.
— Что-то не так? — поинтересовался я.
— Да. Раньше здесь этого провала не было.
Осмотрев пол, я заметил, что пролом небольшой и его можно легко обойти как с правой, так и с левой стороны.