Обними сеня завтра (СИ)
Нет, я, конечно, попробовала, но приподнялась ровно на пару сантиметров от шеи коня, потому что дальше уже было страшно. Впереди появилось небольшое поле, которое вокруг было сплошь утыкано деревьями, словно забором. Именно на этом поле Антон со мной и поравнялся, чтобы, словно котенка, схватить меня за шкирку и перетащить к себе.
Не скажу, что было суперудобно сидеть на лошади полубоком, но в Антона я вцепилась как в родного. Если бы пространство позволяло, а животина не скакала как сумасшедшая, я бы, может, и рискнула перевернуться к нему лицом и вцепиться в него ногами, но боюсь, мои маневры не слишком придутся по нраву самому мужчине.
– Ты как? – поинтересовался Антон, заставляя наш транспорт значительно сбавить скорость. И вот как у него получилось?
– Жить буду, – честно призналась я, все еще не веря, что ад остался за спиной. Просто мой конь, освобожденный от своей ноши, которая ни разу не была знакома с диетой, поскакал как раз в ту сторону. Видимо, на вольные хлеба. – Но не факт, что долго и счастливо.
– Да ладно, не прибедняйся, – поцеловал он кончик моего носа. – Ты держалась молодцом.
Едва коняшка прочно вросла в землю, я с громким вздохом облегчения сползла с нее прямо на ближайшее бревно, которое кто-то до нас уже явно облюбовал. На бревне была вырезана бабочка, а рядом с ней соседствовал цветочек-монстр. По крайней мере, на обычный цветочек это варварское растение было похоже лишь отдаленно.
– Я не знаю, как ты, но я дальше пешком, – уверенно заявила я, оглядываясь по сторонам.
В какую сторону идти, вот так просто я сказать не могла. Мозг начал тут же подкидывать мне воспоминания о том, как нужно себя вести, если ты очутился в лесу да еще и умудрился в нем потеряться. Что-то там было про мох – это я могла сказать однозначно. Еще надо было постараться найти воду и развести из сухих веточек костер недалеко от нее. Если совсем припрет, питаться можно листьями и даже насекомыми, но…
Под моим изумленным, а потом и виноватым смущенным взглядом Антон достал смартфон. Ну да, ну да. У него-то телефон точно был – это я помнила. Каким именно образом мобильник у мужчины не отобрали, я не спрашивала, но теперь стало любопытно. В общем, от нижних девяносто отлегло.
– Антон, а ты почему не сдал мобильник, как все остальные? – постаралась я выговорить максимально понятно.
Дыхание все еще было прерывистым и тяжелым. Уши уже не закладывало, но свое учащенно бьющееся сердце я слышала настолько хорошо, будто оно билось сразу во всем теле, а не только в пятках.
– С чего ты взяла, что не сдал? Еще как сдал, но никто не говорил, что сдавать нужно все мобильники, – обескураживающе улыбнулся этот шельмец, вынуждая меня посмотреть на эту хитрую морду совсем с другой стороны.
Хорош, засранец, но что-то с каждым днем мне становилось все страшнее и страшнее. Если и дальше так пойдет, придется тащить его в ЗАГС.
– Так, – скомандовал Антон, помогая мне подняться на ноги. – Нам туда, – кивнул он мне за спину. – Минут через тридцать доедем до винодельни.
– Нет-нет-нет! – замахала я руками, заранее отказываясь снова забираться на убийцу всех нервных клеток. – Я пешочком.
– Пешочком мы потратим около часа на дорогу. Да и ты наверняка устанешь, – хотел мужчина меня вразумить, но, видимо, осознал, что спорить с вредной женщиной себе дороже.
Правда, едва я сделала шаг по направлению к винодельне, меня резво схватили за руку и притянули к мощной груди, на которую я тут же без зазрения совести положила обе ладошки.
– Пойду пешком, – упорствовала я, никак не реагируя на обаятельную улыбку.
– А я и не спорю. Пока, – одним рывком впечатал он меня в себя, а его пальцы сомкнулись на моей талии. – Непозволительно тратить время, проведенное наедине, только на разговоры.
– Даже так? – игриво приподняла я бровь, а губы уже жгло от желания распробовать новый поцелуй.
Антон сам сократил это жалкое расстояние между нами. Сам прикоснулся к моим губам – без страсти, без напора, которым сейчас я бы не обрадовалась. Мягко, нежно, почти неощутимо целовал меня, томительно медленно раскрывая мои губы, растягивая удовольствие. Я отвечала так же легко, чувствуя невероятную потребность в этом поцелуе. Растворялась в мужчине, обнимая его за шею. Пила его дыхание, щедро делясь своим собственным. Что удивительно, эти касания вызвали куда больше возбуждения, чем если бы мы здесь и сейчас сгорали от страсти.
– А я смотрю, ты время зря не теряешь, Вика, – ворвался в нашу идиллию неприятный голос, который я без проблем узнала.
Растерявшись, хотела отпрянуть, отскочить от Антона, но мужчина не дал мне этого сделать, крепко удерживая на месте. Обернулись к Алану мы вместе, но я была хоть немного защищена от его насытившегося злостью взгляда.
– Меня послали разыскать тебя, – проигнорирован Алан недовольный взор моего защитника. – Но вижу, ты и не терялась. Стоит поторопиться, если не хотите шарахаться здесь до самой ночи. Часть съемочной группы отправилась вместе с Винсентом в город, но остальные уже на винодельне.
– А что случилось с Винсентом?
Не то чтобы он мне симпатизировал. Скорее уж наоборот, но я переживала за всех участников так или иначе. Все-таки это именно мое шоу, а значит, за происходящее здесь я тоже несу ответственность в какой-то мере.
– Упал с лошади, сломал руку и ногу, но крику было столько, что лучше бы он ударился головой. По крайней мере, не пришлось бы выслушивать миллион его жалоб. Не мужик, а тряпка.
Я заволновалась и посмотрела на Антона в поисках поддержки. Не знаю, чего именно я ждала, но мужчина понял, что я нуждаюсь в том, чтобы сейчас решения за меня принимал кто-то другой.
– В общем, догоняйте, – усмехнулся наш неожиданный визитёр и стукнул коня пятками по бокам, чтобы унестись по направлению к винодельне.
– Боюсь, пешая прогулка отменяется, – сказал мужчина вслух то, что я уже и так поняла, а потому сейчас с опаской косилась на коняшку, которая все это время ходила вокруг старого скрюченного дерева. – Нехорошо, что Алан видел наш поцелуй.
– Это еще почему? – пытливо прищурилась я, подумав о самом плохом. – Боишься запятнать свою репутацию?
– Карамелька, не придумывай, – тяжело вздохнул мой кавалер, картинно закатив глаза. – Я бы с удовольствием рассказал всему миру о том, что мы вместе, но ты ведь упертая. Еще не готова признать, что я одержал победу, захомутав тебя в свои сети. Но я подожду, пока ты это осознаешь, и вот тогда… А плохо потому, что слухи еще никого не красили. Они могут вызвать ревность и проблемы, которые мне хотелось бы, чтобы тебя не коснулись.
– Кстати, о ревности, – переключилась я на другую тему. – За что ты поставил фингал Артему?
– За дело, – искривил Антон губы в нехорошей усмешке. – Не волнуйся. Тебе не о чем переживать.
– А тебе? – уточнила я, пытаясь найти в его словах подвох.
– А мне тем более. Ведь конкурентов осталось только пять.
Глава 19.
Пляски на совести
До винодельни мы добрались последними. Просто лошадь в какой-то момент поняла, что мы ее безбожно эксплуатируем, и решила это дело исправлять. Животинка то и дело вставала на дыбы, желая нас скинуть. Изо всех сил пыталась утащить нас в другую сторону и даже разок возжелала завалиться с нами набок, но Антон ее тут же приструнил. Правда, и дальше ехать на этой убийце нервных клеток я отказалась. Уж лучше пешком, чем потом собирать себя по кусочкам по всему лесу.
На винодельне нас встречали разными взглядами. Катя смотрела на меня в ужасе. Подлетев ко мне, трясущимися руками трогала изорванный наряд, а на глаза ее наворачивались слезы. Съемочная группа же, наоборот, воодушевилась, что съемки скоро можно будет продолжить. Режиссер как раз обсуждал со своей помощницей необходимость вставить в серию короткое видео о том, как Винсент свалился с лошади. Ну да, ну да, шквальные эмоции поддерживают живой интерес.