Обними сеня завтра (СИ)

– Это свобода от предрассудков. Уверена, эти люди счастливы настолько, насколько никогда не будет счастлив никто из нас, – грустно заметила я в пустоту, потому что слушать меня никто и не думал.
Я смотрела на яркие вывески, слышала смех и веселье и испытывала что-то сродни тоске. Лимузин уносил нас в ночь – обратно в особняк, но я не хотела возвращаться. Несуразная попытка поцелуя вызвала у меня лишь отторжение. Да, я сбежала от него тут же, но не испытывала при этом мук совести. Владимир подарил мне сказку, которая для него оказалась мучением.
– Ты чего не спишь? – появился Миша у качелей, пока я сидела и думала над тем, чтобы сбежать.
Все-таки Антон породил во мне что-то ненормальное, неестественное, чужое, что клокотало в груди, призывая к безумию. Я даже не переоделась. Так и сидела на качелях в вечернем платье.
– Перевариваю полученные эмоции, – сказала я почти правду. – А ты?
– А я так и знал, что найду тебя здесь. Заметил твой интерес еще в первый день. Как съездила?
– Если в целом, то хорошо. Если с подробностями, то первая половина дня прошла под девизом: «Взбесите меня посильнее!» А вторая: «Я останусь жить в Париже!»
– Я рад, что ты получила удовольствие хотя бы от вечера. Я приготовил тебе подарки. Надеюсь, что ты продолжишь собирать эту маленькую коллекцию, – открыл он передо мной небольшую бархатную коробочку.
Внутри лежали сразу две подвески. Одна в форме скелета, а вторая – миниатюрная девушка, танцующая канкан. Я ощущала каждый изгиб под подушечками пальцев, но тем не менее прекрасно расслышала его слова.
– Ты собираешься уйти? – спросила я напрямик, не желая ходить вокруг да около.
– Саша, ты ведь прекрасно знаешь, что я люблю твою сестру. Я пришел сюда за ней, а она не захотела дать второй шанс своим бывшим, – проговорил он с грустной улыбкой. – Ты мне глубоко симпатична, но ты – не она. Я это знаю и не хочу обманываться.
– Мишка, кто бы что ни говорил, ты самый прекрасный и самый достойный мужчина из всех, с кем я знакома. Я очень надеюсь, что ты найдешь свое счастье. Вика… Она просто не понимает, кого потеряла. Не смотри назад, ладно? Постарайся жить будущим, – произнесла я от чистого сердца, нисколько не удивившись тому, что мужчина меня раскусил.
Он знал Вику лучше, чем кто-либо. Он любил ее такой, какая она есть.
Мы помолчали. Потом помолчали еще немного, каждый думая о своем. А потом я не выдержала:
– А когда ты меня раскусил? – шкодливо улыбнулась я, по-детски болтая ногами.
– В первый же день, – усмехнувшись, ответил он. – Ты совсем по-другому улыбаешься. Знаешь, от души, а Вика более сдержанна, потому что в ее руках улыбка – это маска. Вы абсолютно разные, как огонь и вода. Я удивлен, что кроме меня этого больше никто не заметил.
– Спасибо, что не выдаешь.
– Да не за что. Это не моя игра и не моя тайна.
Миша ушел, оставив меня в раздумьях. Действительно, мы с Викой очень разные, но все-таки полюбили одного и того же мужчину, хотя наши вкусы всегда отличались. Артем – ее прошлое, а для меня… Мое ли он будущее? После сегодняшнего мое представление о нем резко пошатнулось и образ, что прочно обосновался в голове, разлетелся как дымка. Не хотела думать о том, что Антон оказался прав.
– У меня появился конкурент? – вопросили за моей спиной, вызывая широкую улыбку.
Чужие губы коснулись моей шеи – легко и открыто, будто это действие было привычным и самым правильным для нас обоих.
– У тебя целых восемь конкурентов, – откликнулась я, желая подразнить Антона.
Его рука оказалась на моей шее в тот же миг. Чуть сжимал, но это не вызывало дискомфорта. Пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть в его глаза. Не боялась ни капельки. Только вызывающе улыбалась, купаясь в его ярости.
– Довела, – произнес он просто и стащил меня с качелей, поднимая на руки.
– И куда мы? – полюбопытствовала я, изучающе обводя кончиками пальцев его губы.
– У нас похищение.
Глава 14.
Предсказуемые неожиданности
 
Наверное, во мне проснулось безумие. Или даже нет… Сумасшествие!
Я не сопротивлялась, когда Антон усаживал меня в автомобиль. Совсем не переживала, что меня могут потерять. Съемки? Я думала о них в последнюю очередь, когда мы остановились у небольшого круглосуточного магазинчика. Розовое шампанское, бокалы, фрукты и сырная нарезка – нехитрый провиант перекочевал на задние сиденья, а на передних разместились мы.
Нет, Антон не старался показать мне самые интересные места Франции. Наша поездка не была экскурсией. Мы просто катались. Сначала за окном я видела бескрайние леса и поля, а потом и ночной Париж, играющий тысячами огоньков. Мужчина будто знал, что именно мне сейчас требуется. Я не хотела ходить, гулять, что-то изучать. Мне было комфортно в машине под мелодии классической музыки. Мне было легко рядом с Антоном, который дегустировал легкое шампанское вместе со мной, ополовинивая тарелку сырной нарезки. Мне было тепло рядом с этим мужчиной и спокойно, хотя мы едва ли обменялись парой предложений в первые два часа.
Между нами было что-то другое. То, что не поддавалось описанию. То, в чем не было конкретики. Но именно эта ночь больше остальных была окутана волшебным романтическим флером. Он витал во всем: ложился на губы вместе с мягкой улыбкой, скрывался во взглядах, что неизменно встречались, окутывал руки, едва Антон переплетал наши пальцы. Мне не хотелось возвращаться обратно, и мужчина это видел.
– Хочешь, я тебя совсем украду? – поинтересовался он, когда мы остановились у Сены.
Даже в этот час по реке ходили туристические судна. Я бы тоже не отказалась посмотреть на Париж с какой-нибудь лодки. Сена разделяла столицу Франции на две равнозначные части города, культурную и торговую, и, наверное, являлась ее центром. Сердцем, что живет, бьется и дышит.
– Так нельзя, и ты сам прекрасно об этом знаешь, – грустно покачала я головой.
– Почему нельзя? Мне интересно услышать причины, – раскладывал он сиденья, чтобы мы могли разместиться с подобием комфорта.
Откуда он достал плед, я так и не поняла, но было приятно, что он заботится обо мне. Мы лежали рядом, неспешно потягивали шампанское и оценивающе смотрели друг на друга на фоне величественной Сены. Антон ждал ответа, а я обдумывала его, понимая, что мужчина найдет тысячи опровержений. Этот хитрый засранец действительно способен меня выкрасть.
– Я связана договором, – закинула я первую удочку.
– Не ты, а Вика. Контракт на ее имя, а значит, именно ей и отдуваться за собственную беспечность.
– Я так не могу. Не хочу и не собираюсь ее подставлять. Там в неустойке столько нолей, что тебе и не снилось, – вздохнула, припоминая свой шок, когда я эти циферки увидела.
– Я могу, скажем, одолжить тебе эту сумму. Без процентов и других условий. Без ограничения сроком, – вновь наполнил он наши бокалы.
– Нет, – покачала я головой, отводя взгляд. – Долг, каким бы он ни был, – это обязательства. Не хочу никому быть обязанной. И потом, отдать столько просто за воздух? Да моя жаба повесится и для меня веревку приготовит.
– Жаба – это аргумент, – усмехнулся Антон. – А еще, ты меня не знаешь, да? Не доверяешь…
– Ты и сам все понимаешь.
– Хорошо, задавай абсолютно любые вопросы. Я клянусь честно ответить тебе на все. Но… Один вопрос от тебя равен одному вопросу от меня, – хитро улыбнулся он, поглядывая на меня с неприкрытым любопытством.
– Ты спал с Викой? – выпалила я еще до того, как вообще сообразила, что несу.
 
Антон расхохотался. Смотрел, смотрел на меня и просто расхохотался. Так легко и непринужденно. Так открыто и искренне, что я тоже невольно улыбнулась.
– Я такая предсказуемая, да? – смутилась я, прикрываясь бокалом.
– Карамелька, не обижайся. Я просто знал, что ты когда-нибудь спросишь об этом. Не могла не спросить, ведь все остальные пришли к Вике, – коснулся он пальцами моей щеки, вынуждая посмотреть ему в глаза. – Я пришел к тебе.