Адмирал Империи – 53
– Что ж, пора провести еще одно селекторное совещание, – произнёс я, быстро поднимаясь и направляясь обратно в командный отсек. Профессор засеменил за мной.
Мне не очень нравилась новая традиция сборищ по любому поводу, однако в отсутствии до сих пор четкой организации управления нашим «мятежным» флотом, приходилось временно смириться с зачатками коллегиальности, не дай Бог – демократии…
– Господа, – начал я без лишних предисловий, когда передо мной на экране снова появились изображения капитанов Пападакиса и Рубана, а также великой княжны и маленького императора, – ситуация изменилась кардинальным образом. Профессор Гинце, прошу вас.
Гинце активировал центральный проектор, и над столом возникла трёхмерная карта системы «Коломна» с обозначенными на ней кораблями противника.
– Контр-адмирал Валериан Суровцев, – произнёс я, и имя бывшего однокашника отозвалось неприятным холодком где-то внутри, – прибыл в систему со своими «золотыми» крейсерами – элитными силами охранения столичной системы. В результате практически все межзвёздные врата, включая наш текущий пункт назначения – «Тулу-1», находятся под усиленной охраной.
– Сколько кораблей у врат на «Тулу-1»? – спросил Пападакис, его голографическое изображение мерцало от помех.
– По последним данным, – ответил Гинце, увеличивая соответствующий сектор, – два крейсера, один линкор и один эсминец. Плюс стандартные чайки казаков таможени.
– Это не проблема, – уверенно заявил капитан «2525». – Даже с нашими повреждениями три наших корабля способны прорваться через такой заслон.
– Я бы не был так уверен, – осторожно возразил Лева Рубан. Молодой лейтенант, неожиданно ставший капитаном трофейного крейсера, выглядел заметно осунувшимся. Последние часы явно дались ему нелегко. – «Ариадна» всё ещё функционирует на пониженной мощности. В прямом столкновении мы можем оказаться уязвимыми.
– Более того, – продолжил я, давая понять, что ценю мнение Рубана, – дело не только в прорыве через охрану «врат». Нам потребуется также захватить контроль над местной таможенной станцией, с которой управляют активацией портала. В противном случае, даже если мы пробьёмся к вратам, они останутся закрытыми.
В зале воцарилась тяжёлая тишина. Все присутствующие понимали, что задача и в самом деле становится практически невыполнимой.
– У меня есть альтернативное предложение, – произнёс я, выдержав паузу и взглянув прямо в глаза Таисии. – Мы меняем курс и направляемся к вратам на «Новую Москву».
Несколько секунд стояла ошеломлённая тишина, а затем эфир взорвался голосами.
– На «Новую Москву»?! – воскликнул Пападакис, его голографическое изображение от волнения стало ещё более нестабильным. – Но мы только оттуда выбрались! Александр Иванович, это же самоубийство!
– Господин контр-адмирал, – Жила покачал головой, – я всегда поддерживал ваши начинания, но это… это безумие. Возвращаться в «Новую Москву» – что лететь прямо в пасть Птолемею. Нас там ждёт верная смерть.
– Технически «Ариадна» не готова к такому, – добавил Рубан, заметно побледнев. – Нам нужно гораздо больше времени на ремонт.
Даже Таисия Константиновна казалась ошеломлённой.
– Саша, – она впервые за время официального совещания позволила себе неформальное обращение ко мне при всех, – ты уверен? После всего, что мы пережили, чтобы вырваться оттуда…
Я поднял руку, призывая к тишине.
– Я понимаю ваши опасения, друзья. Но взгляните ещё раз на карту, – я указал на голографическую проекцию. – Врата на «Новую Москву» охраняет только один линкор – «Баян». Один. В то время как все остальные направления блокированы усиленными эскадрами.
– Но почему? – спросил Айк, нервно постукивая пальцами по поверхности стола. – Почему они оставили это направление практически без охраны?
– Потому что они не считают под угрозой, – объяснил я. – Какой смысл охранять путь в столицу, если все наши усилия направлены на то, чтобы сбежать подальше от столичной системы? Они и представить не могут, что мы добровольно вернёмся туда, откуда с таким трудом вырвались.
Гинце задумчиво потёр подбородок:
– В этом есть логика, господин контр-адмирал. Неожиданность – мощное тактическое преимущество.
– Но что нам делать в «Новой Москве»? – спросила Таисия, явно начиная серьёзно обдумывать этот вариант. – Это же полностью контролируемая вотчина Грауса. Как только мы окажемся там, на нас обрушится вся мощь его флота.
– Не обязательно, – возразил я. – «Новая Москва» – огромная система с десятками планет и сотнями орбитальных станций. Если мы сумеем проскочить через врата и немедленно уйти в режим маскировки, у нас появится шанс затеряться. В конце концов, именно из-за своей многолюдности столичная система гораздо сложнее для тотального контроля.
– А дальше что? – спросил Жила, хмурясь. – Даже если нам удастся временно укрыться, мы всё равно окажемся в самом сердце вражеской территории, без союзников и поддержки.
– На этот счёт у меня есть соображения, – ответил я. – Но сначала нам нужно решить главный вопрос: меняем ли мы курс.
Таисия Константиновна задумчиво изучала голографическую карту, её лицо выражало глубокую сосредоточенность. Наконец она подняла глаза и посмотрела на меня:
– Я считаю, нам стоит проанализировать этот вариант более детально. Александр Иванович может оказаться прав – неожиданный ход часто даёт преимущество.
Её поддержка явно удивила остальных присутствующих. Пападакис выглядел откровенно ошеломлённым.
– Ваше Высочество, – начал он, – при всём уважении…
– Я ещё не закончила, капитан, – тон Таисии был вежливым, но не допускающим возражений. Всё же сказывалась так сказать царская кровь. – Давайте рассмотрим оба варианта объективно. При попытке прорыва к вратам на «Тулу-1» нам предстоит столкнуться с несколькими кораблями примерно равной с нами суммарной огневой мощи. Даже в случае победы нам потребуется захватить станцию управления порталом. Это сложная операция, требующая времени и ресурсов.
Она перевела взгляд на голограмму, указывая на врата, ведущие в «Новую Москву»:
– В варианте с возвращением в столицу мы имеем дело только с одним линкором. Да, мощным, но всё же одиночным кораблём. При этом таможенную станцию захватывать не требуется – врата в «Новую Москву» всегда открыты для входящего трафика.
– Но за вратами нас ждёт целый флот, – возразил Пападакис.
– Флота первого министра нет сейчас в столице, – парировал Гинце. – Это следует из расшифрованных бесед капитанов «золотых» крейсеров Суровцева. В любом случае у нас будет фора по времени, пока они осознают, что произошло.
Я наблюдал за лицами присутствующих. Их выражения постепенно менялись от полного неприятия к задумчивости. План, который поначалу казался безумием, начинал обретать рациональное зерно.
– Я всё ещё считаю эту идею рискованной, – заявила Таисия Константиновна, – но должна признать, в предложении господина контр-адмирала есть смысл.
– А что вы думаете, лейтенант Рубан? – спросил я командира «Ариадны», так для проформы.
Молодой офицер несколько мгновений собирался с мыслями.
– «Ариадна» сможет выполнить такой манёвр, господин контр-адмирал, – наконец произнёс он. – Но запас прочности у нас минимальный. Если возникнет необходимость в длительном бое…
– Мы сделаем всё, чтобы этого избежать, – заверил я его. – Наша задача – проскочить через «врата» максимально быстро, не ввязываясь в затяжное сражение.
Гинце, до того момента молчавший, внезапно оживился:
– У меня есть идея, как усилить эффект неожиданности, – произнёс он, поправляя очки. – Мы можем использовать захваченные коды «Ариадны» для имитации штатного входа в систему. «Баян» не будет ожидать атаки от корабля, который должен быть своим.
Я кивнул, оценив изящество этой мысли:
– Отличное предложение, профессор. Мы используем трофейный крейсер как своего рода троянского коня.
Аристарх Петрович хмыкнул, поглаживая свою густую седую бороду: