Верните мне меня! (СИ)

— Зачем меня спасли…
Коди не видел в себе смысла. Пустая, бесчувственная оболочка.
— У меня мама умерла! Какого хрена я ничего не чувствую?! Почему я не могу даже погрустить о ней?! Почему я не могу банально заплакать?!
Ему хотелось что-то сломать, может ударить или разбить, но постепенно гнев утихал, а на замену гневу, вместо грусти, пришла лишь пустота.
— Почему у меня отобрали даже возможность быть живым?
Долгое время Коди просто простоял у окна, размышляя о прошлом и грядущем.
Неожиданно живот предательски заурчал…
— Надо бы найти госпожу Рей… поблагодарить её…
Пусть в своём спасении он и не видел особого смысла, его воспитали так, что за всё надо платить. Да, у него ничего нет, но сказать «спасибо» он был обязан, а что с него потребует госпожа, уже не важно.
***
— Чего тебе?
Увидев неприветливого мужчину за стойкой, о которой говорила служанка, Коди подумал, что пришёл не туда.
— Я…
— Накорми его, за мой счёт.
Неожиданно к стойке подошла девушка. Зелёные глаза и длинные, волнистые, радующие глаз каштановые волосы. Её милому лицу так не шла та дерзость, с которой она бросила пару медных монет на стойку. Казалось, что она не испытывала никаких эмоций кроме недовольства.
Мужчина за стойкой невольно взял эти монеты и отправился в соседнюю комнату за порцией для мальчишки.
— Вы Маргарет Рей?
Маргарет посмотрела на парнишку усталым взглядом.
— Да. Долго же ты спал. Что это за мешки на тебе?
— Простите… мне это выдали вместо моей сгоревшей одежды.
Глубокий выдох, на лице Маргарет написано разочарование.
— Бери чашку, соня, и идём за мной.
Девушка развернулась и пошла куда-то вглубь таверны. Коди заметил меч в ножнах у неё на поясе, что казалось непривычным — от неё веяло опасностью.
Маргарет уселась за столиком в дальнем углу таверны, положив одну ногу на другую и сидя на лавочке полубоком. Она терпеливо ждала мальчишку, который спешил за ней, пытаясь не расплескать похлёбку в своей чашке. Усевшись напротив неё, он принялся есть только после того, как девушка кивком разрешила начать трапезу. Сама Маргарет в это время осматривала помещение, чем Коди тоже заинтересовался, начав оглядываться. Таверна была довольно просторной, в ней было множество расставленных в ряд столов и лавочек. Посетителей было очень мало. Коди удалось насчитать всего семь человек, сидящих за отдельными столами.
«Странно, что здесь так мало людей».
Было так тихо, что таверну наполняли только звуки с улицы и тихое постукивание ножа.
— Ну, рассказывай, кто ты, где живут твои родственники? Мы можем отправить тебя вместе со следующим конвоем торговой гильдии.
Интр был крупным городом и сюда приезжали многие торговцы стран Южной Дансарии, чтобы после Интра разъехаться по всей Аксарии или дальше, за границу, на территории стран Восточной и Северной Дансарии.
Эта область издавна принадлежала людям, а если быть точнее, то здесь было четыре человеческих страны-союзницы: Ремдан, Гимлод, Милатс и Аксария, с запада на восток.
Аксария была крупнее всех других вместе взятых, её границы растянулись на север, вдоль побережья Латийского моря, а Милатс уже давно был в составе Аксарии, но многие предпочитали помнить его независимым и упоминали как отдельную страну, словно пытаясь оскорбить Аксарию.
— Я Коди. У меня… не осталось родственников — У Коди не было других родственников в Аксарии. Была родня матери в Гварне, но от них не было писем несколько лет и быть уверенным в том, что они живы он не мог. Было гораздо проще считать их погибшими, чем надеяться на то, что они живы и с радостью позаботятся о нём.
Маргарет немного удивилась.
— Вот как?
Аппетит Коди сразу же сошёл на нет, как только девушка заговорила о семье.
— Да…
— Тогда надо решить, что с тобой делать. Сегодня, так и быть, я позабочусь о тебе, но завтра мы отправляемся дальше, ты будешь предоставлен сам себе.
Что-то её «позабочусь о тебе» не внушает доверия. Пусть она не сделала мальчишке ничего плохого, Маргарет не выглядела как человек, способный о ком-то позаботиться.
 
— Вам не нужно обо мне переживать… я всего лишь бедный простолюдин.
Маргарет лишь ухмыльнулась.
— Ты славный-малый.
Она заметила, что Коди перестал есть, опустив руки под стол. Его лицо казалось девушке каменным.
По нему и не скажешь, что он переживает о смерти матери, да и ведёт он себя так, словно вчера ничего не произошло. Его поведение выдавало в нем странный, непонятный Маргарет страх.
— Есть не будешь?
— Аппетит пропал… простите.
— Это денег стоило, придётся отработать.
— К-как?
— Поговоришь со мной, пока будем идти к портному.
Маргарет была очень странной. Её тон был таким придирчивым и недовольным, но она не делала ему ничего плохого. Более того, она пыталась позаботиться о нём, Коди чувствовал это. Возможно, она это делает только из-за того, что ему пришлось пережить.
С такими мыслями Коди покинул таверну, следуя за Маргарет.
На улице уже стояла жара. Солнце больно било по глазам, после пребывания в тусклом зале таверны. Широкие улицы были полны суетливых людей, создавая непривычный, для деревенского мальчика, гомон. Эльфов и глитчей в Аксарии редко увидишь, даже в торговом городе они были нечастыми гостями. Чаще всего их можно было встретить в Гильдии Авантюристов, но даже там, они особенно не задерживались, стараясь как можно быстрее продолжить свой путь.
Дома, отделанные белым камнем, смотрелись очень красиво, вместе с их черепичной крышей. На их фоне, деревянные грязные дома в деревне Коди заметно проигрывали.
Маргарет пыталась подстроиться под неспешные шаги Коди, пытающегося рассмотреть абсолютно всё. Весь его вид говорил о том, что он впервые оказался на улицах города. Каждый раз, когда ей удавалось это сделать, мальчишка то и дело отвлекался на что-то новое и практически останавливался, пока Маргарет шла дальше.
Она не злилась на него, торопиться было некуда. Пока орденоносцы её отряда посещали необходимые им лавки и закупались провизией, у девушки не было никаких планов на сегодняшний день, и она считала, что проведёт его с пользой только попытавшись помочь мальчишке.
— Никогда не был в городе?
— Мой отец был странствующим торговцем. Он мне много о них рассказывал. Сам я ни разу в городе не был.
В детстве Маргарет нравилось слушать рассказы странствующих торговцев, посещающих владения её семьи. Это ремесло казалось ей интересным, но также оно ассоциировалось у неё с одиночеством.
Долгий путь от города к городу, а с тобой только твои товары, лошадь и иногда случайные попутчики.
Увидев, с каким блеском в глазах Коди рассматривал такие обычные для неё вещи, девушке вспомнился вчерашний вечер. Когда она поднялась на порог горящего дома, внутри находилась только мёртвая женщина.
«Значит, отец путешествовал в этот день и может быть жив, но почему парнишка о нём не сказал? Может, он погиб где-то в сражении с бандитами?»
— Коди, а где твой отец?
Мальчишка взглянул на Маргарет, сейчас он понял нечто странное.
«Отец? Почему даже он больше не вызывает у меня никаких эмоций?».
С каменным лицом, опустив глаза вниз, мальчишка произнёс:
— Он ушёл семь лет назад и не вернулся, бросив нас одних. Сказал, что идёт на Восточную войну.
Молчание.
Маргарет удивлённо смотрела на апатичного парнишку слегка приоткрыв рот.
— Мой отец тоже там был, командовал ополчением Ардовена. Его казнили, когда кохумцы устраивали партизанские набеги на завоёванный Каумм. Тогда они смогли увести его заложником.
 
Не поднимая взгляд, с тем же каменным выражением лица мальчишка тихо сказал:
— Та война много людей забрала…
— На отца мне плевать, никогда его не любила. Такой же ограниченный дворянин, как и остальные, думающий только о деньгах и династии.
Впервые за много лет Маргарет говорит с кем-то так открыто о себе. Тема была грустной, но она была рада поговорить о чём-то кроме оружия, планов отряда и новых заданиях.