Наномашины, ученик! Том 6 (СИ)

«А это что?..», — хмурюсь я, замечая что-то на спинке перед собой.
По ней что-то… ползло? Сначала я подумал, что это слизняк какой-то, но когда активировал ночное демоническое зрение, то увидел, что это тянущиеся, очень маленькие… струйки крови.
И они медленно формировали слова.
«Топай. Если. Да», — слова появлялись по очереди.
Я распахнул глаза. Боковым зрением вижу, как отец молча смотрит на сцену, а из-под его ноги бежит струя крови.
Папа… ПАПА!
«Что-то. Не. Так?»
Топаю.
«Тебя. Слушают?»
Я не уверен, но топаю. Да.
«Это. Тот. Ублюдок. Стоявший. Сзади?»
Топаю.
Он цыкает.
«Знаешь. Чего. Он. Хочет?»
А вот здесь я не топаю. Ведь я, нафиг, не знаю.
Отец ждёт пару секунд и принимает это как «нет». Затем он хмурится, и несколько секунд молчит. А затем… он вздохнул и сжал мою руку. Я глянул на него, на что в ответ получил спокойную, уверенную улыбку и отцовский кивок.
— Не переживай, — тихо сказал он, — Для этого я здесь.
— П-пап…
Честно? Хотелось разныться как свинье без трюфелей.
Папа…
Да я мир переверну ради вас. Ради тебя и мамы. Какие же вы… лучшие.
Я выдыхаю, прикрываю глаза и стараюсь успокоиться. Папа здесь. С сыном. Папа поможет.
Я здесь не одинок.
— Спасибо… — шепчу я.
Он кивает, вздыхает и облокачивается на подлокотник, опирая подбородок о ладонь. По началу я не понял для чего, но затем увидел, как он незаметно… постукивают пальцем по уху. Точно. Там же наушник! А выстукивает он азбуку Морзе!
Батя… батя! Да ёёёп! Ну какой ты Батя!
— «Ух, ни*уя», — раздалось у меня в ухе, — «Карапуз, переключаемся на шифрованную связь только с тобой. Видим тебя. Подтверди слушку и опасность»
Киваю.
— «Ух, ни*уя».
Аналогично, координатор, аналогично.
Но знаете что? С моих плеч и души упал неподъёмный груз, и я наконец мог вздохнуть полной грудью.
Я не один. Я не один! С этой грёбанной проблемой в этом грёбанном мире я не один! Да, я всё ещё под прицелом, и это от меня зависят жизни сотен людей, но я НЕ ОДИН!
— «Итак, новости дерьмовые. Парень либо ушастый, либо взломал нашу волну. Будем менять ключи шифрования при каждом выходе в эфир, что не позволит делать это часто, увы. Так что слушай внимательно»
Слышу шорох с наушника, будто правда сменилась волна.
— «Если он всё ещё не подал сигнал, значит не узнал о нашей осведомлённости. Отлично. Но всё усложняется людьми вокруг — слишком много, нельзя рисковать. Михаэль, сейчас сильно не реагируй. Хреново к этому прибегать, но… тебе придётся подыгрывать. Пока мы не найдём решение и не поймаем момент — делай как говорят. У нас… есть козырь. Но нет права на ошибку. Поэтому, план следующий — пиши олимпиаду, и встречайся с целью»
Отец начал настукивать по наушнику. Затем нахмурился и дождался ответа, который я не услышал. А затем кровь на спинке сиденья снова начала формировать слова.
«Амулет? С собой?»
Топаю.
«Боже. Какое. Бесполезное. Дерьмо»
Впервые за весь день я улыбаюсь. Да, пап… есть такое.
Но то, что вышло дальше, меня удивило. От отца, который любит меня всем сердцем, бережёт и не хочет подвергать любой опасности — я такого не ждал.
«Если. Увидишь. Возможность»
«Поглоти. Амулет. И пусти. Мрази. Кровь»
Я хмурюсь.
Точно. Я ведь забываю, какая специальность у отца! Маг крови. Если получится пустить кровь цели, если дать к ней хоть какой-то доступ моему отцу…
Я выдыхаю.
Много всего. Очень много вещей, которые нужно держать в голове. Люди вокруг. Прослушка. Как не спалиться. Олимпиада. Неизвестная сила врага. Подгадать момент для атаки. Слишком много всего!
Но…
— Вху-у-у… — протяжно выдыхаю я, наконец успокаиваясь.
Но теперь я вижу, что всё решаемо. Ведь я не один.
— «Последний рывок, агент Карапуз. Сегодня шанс добить эту мразь»
— Есть, — киваю я.
* * *
От автора:
Если вы это читаете, то знайте — вы замечательные! Без вас бы этой серии не было.
  
Чибиков разошлю, как всегда, через пару дней.
Спасибо за поддержку! Мы продолжаем!
  
Глава 13
 
Сказать, что писать олимпиаду было дискомфортно — значит ничего не сказать. Вы представляете НАСКОЛЬКО трудно вообще сконцентрироваться хотя бы на списывании у Роя в моей ситуации⁈
О, и это только начало! Будто специально, система образования решила подлить масла.
— Э-э, Михаэль Кайзер? — перед тем, как я бы зашёл в класс, меня остановил проверяющий.
— Да?
— Вы будете писать отдельно. Прошу за мной.
Дети, во всю бледные и вот-вот потеряющие сознание от нервов, с ужасом повернулись. Они смотрели на меня не как на выскочку, а как на бедолагу. Если ОНИ так волнуются, то в каком кошмаре окажусь я?
О, поверьте, дети… у меня вообще писец полный.
Ничего не остаётся, как вздохнуть, цыкнуть и пойти за дядькой в костюме.
Нервно. Плохо. Напряжно. Но… чёрт, не так ужасно, как десять минут назад. Ведь я был уверен, что здесь, сейчас, в этой ситуации, и вообще во всём грёбанном мире — я один.
Хах. Ну какой ребёнок! Чуть что — сразу максимализм. Но слава богу… мир не так плох, как кажется.
«Не дрейфить, не подавать вида!», — пытаюсь не хмуриться, — «Он наверняка следит. И если не напал, то не знает о нашей осведомлённости»
Мы в такой ситуации, что ЛЮБОЕ действие — риск. Хоть я иду один, хоть мы переговариваемся, хоть ищем его среди толпы. Террорист буквально здесь, и буквально готов превратить в мясо любого. Поэтому среди всех вариантов риска мы выбрали один — менять частоты и составить план.
И у нас получилось! Либо террорист не успевает ломать эфир при каждой смене ключа, либо просто слышал голос в моём ухе. Поэтому сейчас штаб молчит, и будет молчать дальше. Только перед атакой я что-либо услышу. Ну и в классе, да.
По пути в который я столкнулся с теми, кем сейчас точно не хотел.
— Кайзер⁈ — зеленоглазая девочка встретилась мне в коридоре.
«Естественно…», — выдохнул я.
Рядом с ней шли Теодоры, но матери не было. Видимо, та по делам, а Катю провожают.
Мальчик очень пристально смотрел на меня исподлобья, будто уже сейчас был готов накинуться и вспороть глотку кинжалом, который очень крепко сжимал! Но на него мне было плевать. Естественно, всё, о чём я сейчас думал… что мне, блин, неловко.
Мы с Катей встретились взглядами, оба нахмурились и отвели глаза. И повисло молчание. Чертовски неловкое, скажу я вам, молчание!
И что сказать? Чёрт! Именно в этом коридоре? Серьёзно⁈
Тик.
Тик.
Гра-а-а, снова этот стук! Судьба, я тебя ненавижу!
— Ну… — пробубнила Катя, — И что ты там пытался сказать?
— Когда?..
— Когда рот открыл и руку тянул. Квакал там… как всегда… — пробубнила девочка, а затем на меня зыркнула.
Чтоп, сто?
Ей интересно? Ей не плевать? Она… она типа что, сидела с Теодором, общалась, и тем не менее, ей всё ещё интересен Я⁈ Другой мальчик? Это… это как⁈ Я думал что всё! Что теперь они будут друг к другу приставать, дурачиться, а я ничего с этим не сделаю!
Но… это не так?
А для чего это всё было⁈ Аргх! Зачем было делать вид, что ей плевать, когда на самом деле нет⁈ Катя!
— Чё лыбишься… офигел?.., — клянусь, возвращаться на старые рельсы и ей тоже неловко.
— Катя, ты дура дурацкая.
— Что-о-о-о⁈ — девочка ахнула и распахнула глазки с длинными чёрными ресничками, — Ты ва-а-а-а-аще офигел⁈ И это ещё я… ты… э… а… — её клинило, — Ты ва-а-аще офигел⁈
Она едва не орала, и уже снова, как раньше, готова была вцепиться мне в шею.
Я улыбнулся.
Так… мне нравится намного больше, чем никак. Истерящая, экспрессивная Катя мне нравится куда сильнее, чем грустная и молчаливая.