Скользящий IV (СИ)

Торун выглядел слегка шокированным, слушая мои откровения:
— Неужели все те истории, что мне рассказывал старик, были правдой?
— Просто скажите нам, где находится Скрижаль.
— Не так быстро, — покачал головой Мехмет. — Многие хорошие герои, которых я вырастил подчас с младых лет, погибли в ходе боев с демонами. Мы не можем остаться в стороне. Раз господин Скользящий взял на себя бремя исполнения древнего пророчества, Братство Изгнания обязано оказать поддержку. 
— Мы не слишком вам доверяем, но коли дадите вассальную присягу знатному, так уж и быть: найдем применение вашему Братству, — махнул я рукой величаво.
— Хэй, — толкнула меня в бок пигалица, но я проигнорировал данный жест.
Лекарь, оставшийся стоять рядом с Торуном, начал что-то тому активно говорить. Разразилась короткая словесная перепалка. Похоже, адепт нам не доверял. Но Мехмет отмахнулся от его возражений и что-то грозно проговорил на османском. Лекарь вздохнул и умолк.
— Скажем так, — взял слово мужчина. — Если вы добудете вторую часть Скрижали Изгнания и предоставите нам полный текст, мы дадим вассальную присягу на срок, необходимый для осуществления древнего пророчества!
Дело приняло интересный оборот. Не ожидал, что смогу в Халифате наткнуться на потенциальных союзников.
— Уговор!
  
Глава 18
 
Причин доверять Братству Изгнания у нас не было. Но и отказываться от поддержки показалось мне не самым мудрым решением. Время рассудит, можно на них положиться или нет.
— Во что ты только влез… — покачал головой Горин.
Следователь, да и остальная Знать, мягко говоря, находились в шоке. Для них вассалитет являлся чем-то диким и невозможным. Но меня подобное не удивляло. Простолюдины или мелкие рода нередко шли в вассалы к более сильному роду. Так и скользящим служили несколько семей с адептами. Отцу приносили присягу. Я, разумеется, в прошлой эпохе до подобных почестей не дорос. Поэтому мне было вдвойне приятно получить подобное предложение. Впервые кто-то согласился следовать за знатным. Не просто адепт-одиночка, а другой род, имеющий и собственные войска, силу и влияние. Впрочем, для начала следует выполнить свою часть уговора и достать вторую часть Скрижали. Рано делить шкуру неубитого слона.
Мы с Торуном и еще парой последователей проговорили долго. К сожалению, далеко не все в Братстве знали русский язык, но все же их было достаточно. Мехмет с братьями владел сетью отелей, которые в том числе посещали и иностранцы. Так что знание русского и британского котировалось среди них высоко.
После возвращения демонической угрозы Братство Изгнания получило второе дыхание. Если раньше древнее учение считалось скорее мифом, то теперь народ проникся. Дед Торуна стал одним из первых, кто организовал боевой отряд из стражей в Халифате и начал бороться с демонами. Лишь спустя несколько лет халиф организовал Тайный Приказ, ставший местным аналогом ДКА. После смерти старика внук продолжил дело предка. Не всем из семьи Торуна было интересно Братство, и один из братьев сосредоточился на бизнесе. Но зато культисты смогли завербовать новых сторонников по всей стране. Отражение Прорывов давало множество репутационных очков среди простых, а порой и среди влиятельных людей. Кое-кого им удалось убедить присоединиться к ним. Имена Мехмет не раскрывал. Как и мы им не до конца доверяли, так и “изгоняющие” относились к нам настороженно.
Демонов они ненавидели всей душой. Когда сражаешься с ними постоянно, и твои товарищи получают ранения или даже гибнут, проникнуться к противнику симпатией невозможно. Торун искал новых адептов и среди приютов, воспитывал их и поддерживал, делал из них настоящих воинов и борцов с демонами. И потеря каждого стража была для него тяжелой утратой.
В общем, мы быстро нашли общий язык. Познакомились и с его текущими телохранителями. Помимо Лекаря под его началом ходил Морок, Контакт, Громила и Сенсор, все примерно на уровне беты. Были у Братства и другие отряды, но они скорее выступали в качестве ЧГК — частных геройских команд, и не подчинялись ордену строго. Сами зарабатывали себе на жизнь, получая плату за патрули и отражение угроз. Хоть и не забывали про того, кто нашел их, поднял, обучил и даль цель в жизни. Демоноборство — не слишком выгодное занятие. Риск велик, нагрузка большая, а доходы не сказать чтобы огромные. Можно пойти к какому-нибудь воротиле в охранники вроде тех же Линдстром и спокойно зарабатывать деньги. Именно Братство дало им мотивацию противостоять демонам.
 
Другая часть Скрижали Изгнания находилась в частной коллекции у одного испанского магната, падкого на всякие исторические артефакты. Так что наш путь лежал в предместья Мадрида. Но для начала следовало закончить с Олимпиадой. Завтра уже стартует командный турнир, на котором я надеялся хорошо выступить. Взять второе золото, чем дхарн не шутит. Правда, по правилам сражения имели множество ограничений, так что биться в полную силу не удастся.
— Ортон, ты должен это посмотреть, — вдруг обратился ко мне Очкастый, протягивая телефон.
Пока мы прохлаждались в столице, в Тарнаболу продолжались Олимпийские состязания среди Громил и Движей. Олегу прислали короткую, но крайне резонансную запись. Один из ведущих вышел на стадион и во всеуслышанье объявил, что все награды спортсменки Гракхи аннулируются ввиду вскрывшихся обстоятельств. Пришла подтвержденная информация, что она является демоном, прислуживающим ранее домену Абазелор, а значит не имеет права участвовать в людских играх. Под вопрос поставили участие остальных членов команды и их медали. Организаторы решили посовещаться после окончания олимпийского дня и вынести вердикт на следующий день.
Я недовольно цыкнул. Если Орку исключили, то нас остается четверо на турнир. Можно взять Олега, но от него в бою толку не сильно много. Не говоря уже о репутационных потерях для нашей команды.
— Дхарн с медалями, но жаль, что на турнире нормально выступить нам не дадут… — протянул я.
— И чего такого? — нахмурилась Гракха. — Почему мне нельзя соревноваться с людьми? 
На форуме поднялся ажиотаж. Часть пользователей, мужского пола преимущественно, просила Орку понять и простить. Ведь у нее есть такие выдающиеся достоинства. Некоторые обвиняли знатного в лицемерии. Якобы раз “Демонам смерть”, то нельзя делать исключений. Другие принялись очернять Знать, а также и страну, от лица которой мы выступали. Шумиха поднялась изрядная.
— Ковалев — сволочь, — поморщился Горин.
— Ковалев? — переспросила Майя.
— Директор ДКА по связям с общественностью. Отправить Знать на Игры было его идеей. Гуру предостерегали от отправки Орки, поскольку это могло привести к негативным последствиям. Но Ковалев настоял и смог продавить решение. Мои коллеги давно собирали на него данные. Есть косвенные улики, что он и в истории со спрутом был замешан. Вряд ли мы сможем найти прямые доказательства его причастности к раскрытию тайны Гракхи, но в любом случае Ковалева уволят. Он взял на себя ответственность и понесет наказание. Вот только имидж России вернуть будет сложно… Как бы меня самого не отправили в отставку…
— Не переживай, я замолвлю за тебя словечко. Мне есть что предложить, — успокоил я.
— Это как-то связано с тем фактом, что многие из Знати за прошедший месяц… — приподнял бровь Горин, но осекся. — Впрочем, лучше подобное обсуждать в приватной обстановке.
— Ничего от цепкого взгляда следователя не скроется, — хмыкнул я, поняв к чему он клонит.
Все-таки нашему куратору были прекрасно известны наши примерные рейтинги. И на играх блистал не только знатный — про мой быстрый рост он и так знал раньше, но и остальные вдруг начали показывать необычно высокие результаты. Что наводит на интересные размышления.
Горин сверился со служебным телефоном, пиликнувшим входящим сообщением и поведал нам:
— Тайный Приказ уже направил запрос в ДКА. Им нужны ответы. Раз уж мы в столице, то направимся в главное управление. Говорить буду я — вы лишь подтверждайте мои слова.