Заклятье луны

Но откуда мнимая Изабелла узнала об этом? Тримейну предстояло найти ответы на многие вопросы. И на некоторые из них придется ответить капитану Поллаку!
Подняв голову, он увидел, что матрос ушел. И в этот момент Тримейн услышал сигнал отбоя, корабли готовились выходить в море.
 
Глава 10
Едва Джереми появился в дверях гостиницы «Чаринг-Кросс», Фелиция Фенмор тут же бросилась к нему.
– Дорогой! Как я рада вас видеть! Давайте посидим и немного посплетничаем.
Фелиция взяла Джереми под руку и, не обращая внимания на его тщетные попытки отвязаться от нее, потащила за собой. Джереми говорил, что ему необходимо подняться в номер и переодеться, что в Хэмпстеде его ждут, к чаю, и ему нужно торопиться.
– Дорогой, у вас ведь есть несколько минут. Сейчас только три часа. Ни один уважающий себя англичанин не садится к чаю раньше четырех. Пойдемте, я присмотрела столик на двоих.
Столик, о котором говорила Фелиция, находился в дальнем углу комнаты. Отсюда прекрасно просматривалось все помещение, а причудливый фонтан укрывал сидящих от глаз других посетителей. В зале трудно было найти лучшее место для того, кто хочет видеть всех и не хочет, чтобы видели его. Пока Джереми заказывал чай и булочки для леди и виски для себя, Фелиция внимательно смотрела на дверь. Пара, которую она ждала, могла появиться с минуты на минуту.
Эннабел и лорд Лансфорд вошли в зал, и метрдотель провел их к свободному столику. Фелиция чуть не подпрыгнула от злости, увидев, как хороша была девушка в отделанном кружевом костюме, высокая талия которого выгодно подчеркивала ее фигуру. От внимания леди Фенмор не укрылось также раболепное внимание лорда Лансфорда.
– Булочки черствые, а чай уже почти остыл! – зашипела Фелиция, когда им принесли заказ. – Пожалуйста, принесите свежие.
Джереми потягивал виски и с удивлением смотрел на леди Фенмор.
– Ваше настроение испортилось. Булочки кажутся мне вполне аппетитными, а чай превосходный!
Фелиция попыталась усмирить свой гнев.
– О, эти выскочки должны знать свое место. Дорогой, я просто делаю одолжение гостинице.
Фелиция стала рассказывать последние лондонские сплетни. Она поведала Джереми, что обиделась на своих друзей за то, что они не навещают ее в деревне, ссылаясь на свою занятость, и остановилась на полуслове, увидев, что Дерек целует руку Изабелле.
– О, этого не может быть! Я не могу поверить в это! Напротив нас сидит лорд Лансфорд. Джереми, вы никогда не догадаетесь, кто рядом с ним!
При упоминании о заклятом враге Шеффилдов рука Джереми, в которой он держал стакан с виски, застыла в воздухе. Он медленно повернулся, как раз в тот момент, когда человек, ответственный, по словам Тримейна, за губительные для страны законы, принятые парламентом в течение последних двадцати лет, целовал руку его кузине.
– Какого дьявола? Откуда Изабелла знает этого мерзавца? Что она делает здесь? – Джереми бросил на стол салфетку и резко отодвинул стул, но Фелиция остановила его.
– Дорогой, вы же видите, что Изабелла не желает быть узнанной. Она не хочет, чтобы ее видели. У девушки могут быть свои маленькие секреты. В конце концов, вы ее кузен, а не телохранитель. Лондон – это город тайных свиданий. Пусть ваша маленькая деревенская мышка подышит воздухом светской жизни.
Джереми снова сел. Его глаза неотрывно смотрели на Эннабел и ее спутника, а они все еще не заметили его.
– Этот человек источает запах гнили, – произнес Джереми. – Какого черта? Он передает ей деньги? – Совершенно сбитый с толку, он смотрел на Лансфорда, который вложил несколько банкнот в руку Эннабел.
– Возможно, ваша маленькая Изабелла открыла так называемое американское «свободное предприятие», а лорд Лансфорд платит ей за услуги.
Джереми вскочил со стула и бросил деньги на скатерть.
– Черт побери, Фелиция, это не смешно. Пожалуйста, простите меня. С меня довольно, не могу видеть, как этот мерзавец обрабатывает мою кузину. – Не оглядываясь, он выскочил из комнаты.
Фелиция последовала за ним. Лишь на минуту она задержалась в дверях, чтобы поймать взгляд Лансфорда. Дерек удовлетворенно кивнул.
  
Вышло именно так, как они и планировали. У Джереми возникло недоверие к кузине. «Невинная крошка Изабелла скомпрометирована, – радостно подумала Фелиция. – Дорогому Дереку придется заплатить за то, что он так доверился американке».
– Лорд Лансфорд, я не могу принять эти деньги. Идея создания Фонда выдающихся актеров мне нравится. Но я не могу согласиться с тем, что пожертвования собираются от имени моей матери.
Эннабел очень удивилась, узнав, что мать Изабеллы в молодости была актрисой. Произнося эти слова, девушка пыталась не показать своего замешательства. Однако не только эта новость смущала ее. Она испытывала необъяснимую неприязнь к этому мужчине, который старался завязать с ней знакомство, предлагая деньги.
Притворно вздохнув, лорд Лансфорд положил деньги в карман.
– Такие люди, как ваша мать, – хоть мне довелось лишь однажды видеть Миранду Фелл на сцене, доставляют нам огромное удовольствие. Поверите ли, Изабелла, я был маленьким мальчиком, когда впервые увидел мисс Фелл на сцене, но навсегда запомнил ее изящество и очарование.
Эннабел подумала, что должна перевести разговор в другое русло, ведь она ничего не знает ни о матери Изабеллы, ни об ее актерской карьере.
– Лорд Лансфорд, благодарю вас за сочувствие, но мне больно говорить о матери. Простите…
– Конечно. – Дерек тут же сменил тему.
В течение беседы он старался не оборачиваться, но чувствовал, как взгляды Фелиции прожигают его затылок.
– Окажите мне честь, поужинайте со мной как-нибудь во время следующего приезда в Лондон.
– Я не уверена, что долго пробуду в Англии, – Эннабел взяла пелерину и встала, протянув Дереку руку. – Спасибо за память о моей покойной матери. Было очень любезно с вашей стороны, что вы нашли время повидаться со мной.
– Когда Джереми сказал, что из Америки приезжает его кузина, я стал мечтать о встрече с дочерью актрисы, в которую был влюблен еще в шестилетнем возрасте. – Дерек задержал руку Эннабел в своей и поднес к губам. – Боюсь, эти чувства могут вспыхнуть во мне снова.
Эннабел резко отдернула руку.
– Я должна идти. Джереми, наверное, волнуется, не случилось ли со мной чего-нибудь.
«Волнуется, как же», – подумал Дерек, глядя вслед Эннабел.
Тем временем Джереми ходил из угла в угол по комнате Тримейна в ожидании брата. Стоит ли рассказывать ему о таинственном свидании? Не вызовет ли эта новость еще большее недоверие Тримейна к Изабелле?
– Нет! Изабелла моя кузина! – воскликнул Джереми, вспомнив о миниатюре и об их покойных матерях, которые были родными сестрами. – Должно быть разумное объяснение всему этому. Возможно, Изабелла сама расскажет мне о том, как этот наглый мерзавец без приглашения подсел за ее столик и затеял свой грязный флирт. Всем известно, что лорд Лансфорд отъявленный ловелас.
В комнату вошел Тримейн. Увидев угрюмое выражение его лица, Джереми понял, что случилось нечто неприятное.
– Трей, ради Бога! Что случилось? Неужели арестован еще кто-то из наших связных?
– Нет. Я думал, что вы с Изабеллой ушли. – Всю дорогу в гостиницу Тримейн думал лишь о том, как рассказать брату правду. Джереми был до такой степени очарован мнимой кузиной, так привязался к ней, что обвинение, которое Тримейн предъявит Изабелле, просто разобьет ему сердце.
«Ничего не скажу ему пока. Пусть она до конца сыграет свою роль. Я все равно узнаю, что она задумала, и кто стоит за ее спиной, а потом отправлю ее назад в Америку первым же кораблем. Джереми не должен знать ни о чем».
А Джереми разрабатывал аналогичный план. Тримейн не должен узнать о свидании с Лансфордом. Он и так подозревает Изабеллу. А вдруг ее встреча с лордом Лансфордом – всего лишь недоразумение. Посмотрим, что скажет Изабелла по дороге в Хэмпстед. Может быть, не придется ничего говорить брату.