Заклятье луны

 
Нэлли Макфазер
Заклятье луны
 
Глава 1
Лондон
Поздняя весна 1990 года
Мисс Эннабел По вышла из самолета в аэропорту «Гэтвик». Наконец-то она в Англии. Радость и необъяснимое волнение охватили девушку.
Несколькими минутами позже ее машина уже мчалась по шоссе к Лондону. Движение было очень интенсивное, поток встречных автомобилей казался нескончаемым. Управление на такой трассе требовало от водителя предельного внимания и осторожности. Но риск лишь усиливал ее страсть к приключениям.
«Я здесь, – подумала Эннабел, резко повернув вправо и съехав с непривычной для нее левой полосы.
Она направилась в сторону Белгрейвской площади, где находилась маленькая скромная гостиница.
«Я в Лондоне. Никак не могу поверить!»
Девушка оказалась в центре правой полосы движения, что в Англии является нарушением правил. «Даблдеккер», ехавший позади, чуть не врезался в ее машину.
– Сам такой! – крикнула Эннабел водителю автобуса, который что-то кричал, грозя ей кулаком. – Я училась ездить на скоростных шоссе Атланты. А ты где получил свои права?
Вдруг, словно по волшебству, перед ней появилась выкрашенная в яркие цвета гостиница «Хенсел энд Грител» с прилегающей к ней небольшой автостоянкой. Девушка легко припарковала машину.
– Как, здесь нет швейцара? – шутливо возмутилась Эннабел, закрывая за собой дверь.
Скромного бюджета аспирантки, приехавшей из США в Англию, чтобы продолжить исследовательскую работу, не хватило бы и на одну ночь в «Савойе».
Она даже не могла себе позволить поселиться в гостинице, куда так настойчиво ее приглашал новый приятель, с которым она познакомилась в самолете.
Молодой человек поинтересовался целью ее путешествия. Он был бизнесменом и часто совершал деловые поездки.
Эннабел вспомнила, как объяснила ему причину своего приезда в Англию. Девушка рассказала о небольшом наследстве, доставшемся от родителей. Это позволило Эннабел заняться научной работой, чтобы получить степень магистра.
– Я оставила работу в страховой компании и целый год корпела над курсовой работой в университете Эмори. Теперь осталось написать диссертацию, но это тоже нешуточное дело. Моя работа посвящена творчеству малоизвестного поэта-романтика. Оказывается, в Штатах о нем мало материала, поэтому пришлось прилететь в Англию.
Собеседник Эннабел больше интересовался хорошенькой мордашкой и стройными ногами своей новой знакомой, нежели тем фактом, что в последнее время литературоведы ставят творчество Ньютона Фенмора в один ряд с наследием Джона Китса. [1] Будучи достаточно вежливым человеком, он изо всех сил старался не показать этого, поддерживая беседу о поэтах-романтиках.
– Почему же вы не выбрали кого-нибудь из «надежных» и «проверенных», например, По?
Девушка рассмеялась. Поддразнивание насчет ее фамилии началось с того момента, когда она поступила в университет, и продолжалось по сей день.
– О, нет! Ценность любой диссертации состоит в том, чтобы выбрать неизбитую тему и автора, известного лишь немногим. К тому же, нельзя было упустить такое везение: я написала в Институт английской поэзии в Лондоне, и мне удалось установить контакт с прямым потомком поэта. Он согласился быть консультантом и, кажется, искренне тронут моим интересом к этой теме. Кроме того, летом в Англии состоится выставка наследия Ньютона Фенмора. Научные мужи создали шумиху вокруг его имени. Именно так было и с Эмили Дикинсон, [2] когда в 50-х годах появились ее неопубликованные произведения.
Эннабел заполняла регистрационную карту в крошечном холле гостиницы «Хенсел энд Грител» и улыбалась, вспоминая, с каким трудом ее попутчик делал заинтересованный вид, когда ему пришлось выслушать несколько стихотворений в исполнении мисс По, хотя декламировала она неплохо, а ее любимое стихотворение «Ода к осени» Китса звучало чарующе.
  
«Бедняга! – подумала девушка. – Единственное, чего он хочет, – это подцепить хорошенькую подружку».
Комната Эннабел с «утопленной» в стену кроватью была не больше служебного помещения «Боинга-707», на котором она прилетела в Англию. Но такие мелочи, как тесный гостиничный номер, и общий душ тремя этажами выше, не могли испортить ее настроение.
Она в Англии! Кровь предков бурлила в ее жилах. Сознание того, что она – частичка этой удивительной страны, вызывало в ней трепет.
Мисс По прилетела в Лондон с практической целью, но она была уверена, что нечто большее, чем исследование жизни и творчества забытого поэта, привело ее сюда. Девушка встала с кровати и посмотрела в окно на луну, в причудливом свете которой тьма вокруг казалась плотной, а лунная дорожка была похожа на мост, ведущий к разгадке тайны.
– Луна, ответь мне, почему я здесь? Я знаю, ты что-то утаиваешь от меня. Целую вечность ты каждую ночь появляешься на небе, и ничто не может укрыться от тебя. Скажи мне, я встречу этого человека? Мужчину, из-за которого я до сих пор не вышла замуж, хотя он существует только в моих снах? И даже в моих сумасшедших снах его образ остается таким смутным…
Эннабел вздохнула.
Удивительные сны! Девушка чувствовала, что они каким-то образом связаны с тем, что происходит в ее жизни. Три года назад погибли в автокатастрофе ее родители. Долгое время она не могла прийти в себя после пережитого и обратилась за помощью к психиатру.
Во время этих сеансов доктор Уолл и обратил внимание на повторяющийся сон Эннабел. Его не удовлетворило небрежное объяснение пациентки, и он часами дотошно расспрашивал ее. Описанию подробностей этого сна и их обсуждению врач уделял больше внимания, чем ее ощущениям, связанным с потерей родителей.
– С какого возраста вам снится этот сон?
– С восемнадцати, а сейчас мне двадцать восемь, – неохотно ответила Эннабел.
Она всегда чувствовала себя неловко, когда речь заходила о ее сне.
– Опишите мне его подробнее, пожалуйста. Расскажите все, что можете вспомнить.
Эннабел усмехнулась.
– Хорошо, доктор Уолл. Сон всегда один и тот же, всегда. Люди говорят, что забывают сны сразу, как только проснутся. Я всегда помню то, что мне снилось. По крайней мере, этот сон.
Увидев, с каким вниманием и беспокойством смотрит на нее доктор, девушка пошутила:
– Наверное, все фрейдисты уверены в том, что если человеку снится, будто он умер, он никогда не проснется.
– Я не фрейдист, а последователь школы Скиннера. [3] Делать выводы о состоянии психики человека на основании того, что он совершает в бессознательном состоянии, – не мой метод. Ведь вы специалист по английской литературе. Вспомните, что говорил Гамлет своему другу: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось вашим мудрецам».
– Я очень рада, доктор, что вы знаток литературы, но я не совсем понимаю вашу мысль.
Все немного прояснилось после того, как Эннабел рассказала свой сон.
Она описала судно, на котором плыла. Просмотрев исторические документы, они с мистером Уоллом выяснили, что это был типичный для девятнадцатого века английский пассажирский корабль.
– Это всегда один и тот же корабль. Капитан его… Он сущий дьявол! Люди ненавидят его. Он жесток с командой, с презрением относится к пассажирам. Он часто пристально смотрит на меня. Я очень боюсь.
– Этот человек добивается близости с вами?
Эннабел закрыла глаза, пытаясь воспроизвести в памяти приснившиеся ей образы.
– Да, он хочет этого, – прошептала она. – Он постоянно говорит о том, как я красива, что у меня будет лучшая каюта и изысканная еда, если я полюблю его. Я сопротивляюсь. Я плыву в Англию к своим родственникам. У меня есть письмо от них, – Эннабел крепко зажмурила глаза. – Я никак не могу разобрать инициалы на печати, как ни стараюсь. Еще у меня есть две миниатюры с изображением мужчин. Один улыбается, выражение лица второго сурово и напряженно. Эти миниатюры не дают мне покоя. Когда я прячу их на груди, то чувствую, как они обжигают мою кожу…