Милашка (СИ)

— Я совсем не против.
Джеджун стряхнул капли с рук, решительно подошел и вцепился мужчине в футболку, сграбастал и толкнул в кабинку, из которой только что вышел. Чон ошеломленно вылупил на него глаза. Его заторможенное мышление совсем затуманилось, когда парень привстал на цыпочки и ткнулся ему в губы. Дже не стал стесняться, облизнул их и уверенно ворвался внутрь. Он чувствовал вкус алкоголя, но голову вскружил не он, а близость к любимому мужчине. Прикрыв глаза, он с наслаждением шевелил языком, мелко дрожал от восторга. Когда его довольно сильно оттолкнули, Дже едва на ногах удержался. Ну и еще от падения спас Юнхо, ведь он так же держался за его футболку. Его дыхание сбилось, глаза буравили раскрасневшееся лицо Джеджуна. Ким поразился, как серьезно на него смотрел Чон. Однако в нем не было осуждения и строгости, вообще ничего не было. Пальцы, мнущие футболку подопечного, разжались, ладонь скользнула по плечу к шее, обхватила. Юнхо притянул его к себе так же стремительно, как оттолкнул. Секунда, и уже Джеджун оказался прижат к стене, над ним навис Юнхо. Его поцелуй не шел ни в какое сравнение с тем, что продемонстрировал Ким. Он был такой страстный и напористый, что у Дже в коленках появилась слабость. Чтобы не упасть, он обвил шею мужчины руками. И ответил на поползновения Юнхо глухим стоном, в котором сплелись упоение, жажда большего и влюбленность.
  
Комментарий к
Джуночка не такая уж и робкая овечка оказался :3
========== Часть 16 ==========
Джеджун смотрел в окно. Мимо проносились яркие вывески и витрины, авто с запозднившимися людьми, пешеходы, идущие вразвалочку домой. Слева на него навалилось тяжелое тело — такси слишком резко вошло в поворот, и Юнхо невольно прижался, а после уместил тяжелую головушку парню на плечо и уснул. Дже украдкой гладил ладонь мужчины, ощупывал тонкие длинные пальцы. Ему нравилось, что тот был так близко, и он был бесконечно благодарен дорожным работам, вынудившим таксиста искать окольные пути, что значительно увеличило время поездки.
Когда они прибыли к дому Юнхо, Джеджун пошарил у него в карманах, выудил портмоне. Чон почувствовал, что лишился имущества, продрал глаза. Завертел головой по сторонам.
— Приехали?
— Да, вылезай, — Дже зашуршал деньгами, рассчитываясь с таксистом. — Не стукнись головой.
Юнхо щурился и морщился, выбрался из машины. Его повело, и он шлепнулся на задницу прямо у лестницы. Дже расхохотался, протянул руку и помог подняться. Забросив руку мужчины себе на плечи, он поволок его к подъезду. Несколько минут ушло на привычное дело: справиться с домофоном и подняться на лифте на свой этаж. Когда Ким воткнул ключ в скважину, послышался топот и скулеж. В дверь заскреблись. Пальбари метнулся им в ноги, тявкнул, виляя хвостом. Почуяв запах алкоголя, раскритиковал хозяина громким лаем.
— Раздевайся и ложись, я выгуляю мелкого, — велел Джеджун.
Нацепив на щенка поводок, парень поспешил вниз. Малыш сидел дома весь день, а потому стрелой метнулся к ближайшему дереву, задрал ногу. Дже дождался, когда Пальбари закончит свои дела, пошел с ним вокруг дома. Вдыхая холодный воздух, он брел, слушая, как хрустит под ногами снег. И думал, как далеко зашли бы они в туалете, если бы туда не постучалась официантка и не напомнила о закрытии. Юнхо не сразу отпустил его, стоял, тяжело дыша, прижавшись к его лбу своим, молчал. Потом отошел к умывальникам, пустил воду. Ким воспользовался моментом и улизнул, понимая без слов, что сейчас Юнхо нужно привести мысли в порядок. Как самый трезвый, он вызывал машины и уговаривал Квона назвать пин код от банковской карты, чтобы рассчитаться с заведением.
В квартире стояла тишина. Дже, пыхтя, поднял Пальбари на руки и потащил в ванную. Сполоснув питомцу лапы, он умылся сам. Заглянул в спальню. Юнхо спал поперек кровати, так и не раздевшись. Джеджун прошел в комнату, за ним прошмыгнул и щенок.
— Хён, эй, хён, — позвал он негромко. — Раздевайся, одежда ведь грязная.
Юнхо промычал что-то нечленораздельное, шевельнул левой ногой, но большее ему было не по силам. Дже ухватил края футболки, потянул. С джинсами было сложнее. Для начала пришлось перекатывать тяжелое тело мужчины на спину, потом дрожащими пальцами выколупывать пуговицу и расстегивать молнию. Пальбари сидел неподалеку, не смея лезть на кровать, откуда его всегда с воплем спихивали, наблюдал.
— Наш хён такой красивый, — проговорил Джеджун, стягивая джинсы с бедер мужчины. Закусив губу, он медленно и аккуратно потащил штанины к коленям, а после и к щиколоткам. Ему было немного боязно смотреть на Юнхо, оставшегося в одном белье, он чувствовал себя грязным извращенцем. И все же решился и робко поднял глаза. Тонкую ткань темно-серого цвета натягивала волнующая воображение выпуклость. Чон обладал темной растительностью, особенно возбуждающе смотрелась дорожка волос, начинающаяся под пупком и скрывающаяся под трусами. Джеджун почувствовал, как во рту пересохло. С трудом сглотнув, он отодрал взгляд от тела мужчины, взялся тягать из-под него одеяло. Вскоре ему это удалось. Укрыв Юнхо, Дже собрался уходить. И все же задержался.
— Юнхо? — взобравшись на постель, парень навис над Чоном. — Слышишь меня?
Юнхо никак не отреагировал, уснув мертвецки-пьяным сном. Не получив ответа, Джеджун прильнул к его щеке поцелуем.
— Спокойной ночи, — шепнул он. — Люблю тебя.
Пальбари поднялся и завилял хвостом, когда Ким все же обратил на него внимание. Поправив одеяло, парень вышел из спальни. Самому ложиться не хотелось, и Дже устроился на полу со щенком, включил телевизор. Фильм шел совершенно не интересный, и парень практически не следил за сюжетом, перебирал шерсть питомца за ушами, к огромному удовольствию последнего.
— Почему ему нравился этот мужик? — пробормотал Дже, вспоминая, как Квон совал под нос мобилу со смазанным фото новорожденного, сделанного через окно палаты. — Он кажется высокомерным. И вообще такое чувство, что он прикладывает усилия, чтобы выглядеть лучше. Хм, может Юнхо нравится подобные эгоисты?
Фильм подошел к концу, Пальбари смешно разлегся на животе, вытянув лапы, тихонько сопел, а Джеджун так и не чувствовал сонливость. Поднявшись, он сходил проверить, как там Чон. Мужчина спал, обняв подушку. В комнате было душно и ощутимо пахло алкогольными выхлопами. Дже сходил на кухню, принес стакан воды, поставил на тумбу. Потом включил кондиционер и вернулся на свой диван. Однако лишь искрутился и измучился. Тогда вновь вскочил, на цыпочках прокрался в спальню Юнхо. Приподняв край одеяла, он забрался в кровать, прижался к горячей спине мужчины. Было безумно приятно, хотелось снять футболку, чтобы стать ближе к своему идолу. Медленно и аккуратно, он обнял его, мазнул ладонью по груди, зацепив сосок, и опустил пальцы на расслабленный живот. У Чона даже дыхание не сбилось, он совершенно никак не отреагировал, пребывая в полном ауте. Джеджун прикрыл глаза и уперся носом ему между лопаток, потом вытянул губы и поцеловал. Его чувства смахивали на одержимость. Хотелось касаться кожи Юнхо везде, хотелось попробовать ее на вкус, лизнуть и куснуть. И, разумеется, хотелось вновь целовать его, ощущать на себе его руки, проглатывать его дыхание. Вздохнув, парень потерся щекой о спину Юнхо. Согревшись, он быстро затих.
Утром Дже проснулся, услышав тихий скулеж рядом. Пальбари проник в спальню, чтобы напомнить о себе. Он шевельнул ушами, убедился, что Ким заметил его, завилял хвостом. Парень зевнул и поднялся. Летом вставать рано было легко, а сейчас темнота за окном удерживала в царстве сна. Юнхо преспокойно спал, ведь не завел будильник прошлым вечером. Да и работать он явно был сегодня не в состоянии. В этом парень убедился, когда вернулся. Чон с покрасневшими глазами и бледным лицом сидел на кухне и с отсутствующим видом смотрел на чайник.
  
— Привет, — Дже улыбнулся ему. — Как себя чувствуешь?
— Голова раскалывается, — Юнхо привалился к стене и прикрыл глаза.