Милашка (СИ)

— Таков порядок.
— Мой подопечный останется в больнице еще на месяц как минимум.
— Отлично. Ожидайте решение. До свиданья.
Ждать пришлось недолго: Джеджун только начал вставать с постели, как пришло извещение. На суд он все же не поехал, не пустил врач, поэтому юрист организовал телемост. На экране компьютера он видел зал заседаний и немногочисленных присутствующих: судью, прокурора и секретаря, все сплошь неприятные типы, как и следователь. Последовала очередная нудная процедура, на которой вновь посыпались вопросы. Джеджун потел и бледнел, повторяя все то, что уже говорил. Рядом с ним был Юнхо и полицейский, следящий за чистотой процесса.
  
Выступил с речью обвинитель, потом ему ответил адвокат. Джеджуну так же предоставили слово, и он выдавил из себя покаяние, которому научил адвокат. Чисто для проформы суд удалился для постановления приговора.
— Ким Джеджун, — Дже еле слышал вернувшегося судью сквозь грохот крови в ушах, — руководствуясь статьей 307 УПК РК вы признаетесь виновным по делу о хранении наркотиков и приговариваетесь к…
Джеджун хлопал глазами, ничего не ощущая. Он казался себе мухой, увязшей в капельке смолы. Ничего не видит и не слышит, только чувствуется противный металлический вкус крови на языке.
-… вам ясен приговор?
Ким тупо смотрел в экран, зависнув. Когда судья повторил вопрос, Юнхо подошел и осторожно дотронулся до локтя парня.
— Дже? Все хорошо?
— Д-да, — выдохнул он.
Чон кивнул на компьютер. Судья терпеливо повторил вопрос. Джеджун кивнул.
— Вы можете обжаловать его в течение десяти дней с момента оглашения. Судебное заседание окончено.
Некоторое время Дже еще сидел, оглушенный, и лишь улыбка Юнхо привела его в более-менее осмысленное состояние.
— Ты большой молодец.
— Все закончилось?
— Слава Богу да.
— Я, — Ким скукожился, не в силах удержать слез. — Я… ничего…
— Все в порядке, глупыш.
— … ничего не слышал.
— Хвану удалось смягчить наказание. Мой ноутбук нашелся, одного из тех парней повязали и сейчас ведется расследование. Тебе, как несовершеннолетнему и находящемуся в тяжелой жизненной ситуации, заменили тюремный срок на общественные работы. Так как ты еще не закончил школу, Хван попытается выбить тебе работу в деревне, возможно даже в нашей клинике… Эй, все обошлось ведь. Не плачь! Джеджун!
Уткнувшись Юнхо в грудь, парень разрыдался.
Комментарий к
Простите Мышь за редкие обновы, все ж прощеное воскресенье)))
========== Часть 11 ==========
— Вы уверены, что это необходимо?
— Таков порядок.
Джеджун сидел на кушетке и наблюдал, как к его правой лодыжке пристегивают небольшой датчик. Он такие раньше только по телевизору видел, а теперь вот сам стал «счастливым» обладателем. Легкий квадратный кусок пластика держался за счет тонкого ремня.
— Он водостойкий, поэтому можно спокойно мыться. Единственное предостережение — не играть в футбол, иначе система может ошибочно послать сигнал специалистам и к вам нагрянет полиция… Не сдавливает?
— Нет.
— Натирать не должен. Если будет доставлять неудобства, позвоните нашим техникам. Телефон я оставлю.
— Хорошо. Спасибо.
Дже спрыгнул на пол, натянул вьетнамки, чтобы не мучиться с носками и кедами. Пока лежал в больнице, мечтал о том дне, когда сможет выбраться на улицу. А теперь побаивался возвращаться в деревню. Юнхо привез ему чистые вещи, оформил выписку и оплатил счета, ибо стандартная страховка не покрывала всего того лечения, что выпало на долю подопечного.
— Готов? — спросил Чон, когда полицейский оставил их одних.
— Угу.
Попрощавшись с медперсоналом, они вышли во двор. Солнце с самого утра спряталось за облаками, но несмотря на это было довольно душно. В воздухе чувствовалась влага — приближалась гроза. Листва шуршала под порывами ветра, гоняла пыль. Машина ветеринара была припаркована недалеко от ворот, у ограды на привязи сидел подросший черный щенок. При виде хозяина он начал скакать и лаять.
— Пальбари! — воскликнул Джеджун радостно. Он сорвался с места, подбежал к питомцу. — Как ты вырос!
Малыш вертелся, повизгивая от простого собачьего счастья видеть знакомое лицо, лизал ладони парня и без устали вертел хвостом. Юнхо подошел.
— Он скучал без тебя, — улыбнулся он.
— И я скучал, — Джеджун охнул, когда ему в грудь ткнулся неуемный пес, угодив в едва сросшиеся ребра. — Тише, тише.
— Хочешь прогуляться с ним? Я пока покурю и позвоню в пару мест.
— А мне можно? Ну, свободно передвигаться? — Дже покосился на браслет.
— От двадцати метров ничего не будет. Вокруг больницы что ли пройдись, разомнись. И этому будет польза, а то вздумает снова «настрелять» мне на сиденье.
— Я могу сбегать за мороженным! — ткнул пальцем Ким в виднеющийся вниз по улице ларек. — Хотите?
— Давай, — мужчина залез в кошелек, вытащил наличные. — Мне клубничное.
Джеджун убрал деньги в карман джинсов, отвязал щенка и помчался с территории больницы. Мелкий заливисто лаял, легко обогнал Дже и потащил его, хохочущего, за собой. Юнхо хмыкнул — свалится сейчас и привет, снова загремит на казенную койку и скудную еду. Открыв дверь, чтобы проветрить салон, мужчина уселся и закурил. Ветер играл с его волосами, забирался под легкую футболку. Скоро погода начнется меняться, похолодает. Осень в этом году запаздывала, в том понимании, что деньки оставались по-летнему теплыми. Чон достал мобильный и отзвонился дяде, сообщил, что скоро привезет обоих детенышей домой.
Начал накрапывать дождь. Юнхо поднял глаза вверх. Небо чернело на глазах, тяжело перекатывало бока и угрожающе рокотало. Послышался лай. Пальбари первый вернулся, волоча по земле поводок выглядел довольным победителем. Через минуту показался и Джеджун. Запыхавшийся, он разрумянился. С его лица не сползала улыбка. Юнхо поймал себя на мысли, что парень безумно красивый. С растрепанными волосами, в простой, поношенной одежде, без притворств и понтов.
— Не угнался за ним, — Ким подошел, тяжело дыша. — Хух.
Он прижал руку к груди, глубоко вдохнул в попытке выровнять дыхание.
— Ничего не болит?
— Нет, — парень вновь улыбнулся, протянул Чону рожок с нежно-розовым мороженным. — Аджумма сказала, что делают из местного молока, должно быть вкусным.
— Угу-угу, надеюсь, это молоко видело настоящую корову. Залезай, а то промокнешь.
Дже отворил дверь на заднее сиденье, пробрался внутрь вслед за щенком. Он купил лакомство и ему, и намеревался аккуратно скормить по дороге. Чон откусил половину верхнего шарика, смешно вытянул губы и со свистом выпустил изо рта воздух, когда холод сковал все внутри. Джеджун рассмеялся. Тут же спохватился.
— Вот сдача, — он протянул монеты мужчине.
— Да ладно, оставь себе.
Дже хотел было возразить, что ему не нужно, но быстро передумал.
— Тогда я копить буду, чтобы вернуть долг… Не смейтесь! — с возмущенным смехом воскликнул он, когда Чон издевательски расхохотался.
Черныш поддержал расшумевшихся хозяев громким лаем. Он топтался по бедрам Джеджуна, тыкался носом во вкусно пахнущее нечто.
— Инфляция больше сожрет, — веселясь, Юнхо закрыл дверь и пристегнулся. Дождавшись, когда парень последует его примеру, осторожно развернулся. — Сейчас заедем в супермаркет и домой.
Управляя джипом одной рукой, он быстро расправлялся с мороженным. За его спиной Джеджун слизывал стремительно тающий десерт, одновременно кормил и щенка. У магазина, который построили у выезда из города, дождь усилился, но гроза все еще сдерживала свой норов.
  
— Я с вами!
Дже все же уронил несколько капель на футболку и хотел замыть в туалете. Пальбари остался в машине один, зато не вымок. Его хозяева припустили бегом под козырек. Там набралось довольно много народу из местных, которые приехали на автобусе и теперь ожидали его с огромными пакетами. Внутри работали кондиционеры, сразу же пробрал холод. Ворча, что так можно и заболеть, Юнхо направился к туалету. Дже шел за ним хвостиком.