Скажи мне «нет»
– Кис-кис, малыш, ты чего?
Обычно мой кот никогда себя так не вёл. Незнакомых людей в квартире он опасался, и чаще всего прятался где-нибудь под кроватью или за шкафом, предпочитая не показываться вовсе. Тех же, кто бывал у меня довольно часто, знакомых или друзей, Персик принимал вполне дружелюбно. Терся о ноги, мурлыкал и с удовольствием подставлял голову для поглаживания.
Но вот чтобы так…
– Эй, – вновь позвала я, присаживаясь напротив своего питомца и виновато оглядываясь на Дамира, – простите, не знаю, что это с ним. Обычно на чужих он так не реагирует, просто прячется.
Кот же, тем временем, словно не замечая меня, смотрел остекленевшим и каким-то совсем уж диким взглядом на сидящего за столом мужчину.
Зрачки его при этом вытянулись в тончайшую ниточку, хвост мелко подрагивал, а когти впивались в ламинат на полу. Так и казалось – ещё миг, и мой озверевший питомец бросится на внезапного гостя, чтобы исполосовать тому всё лицо, ну или выцарапать глаза.
– Кажется, я определенно чем-то не устроил вашего кота, – задумчиво протянул мужчина.
– Не знаю, что с ним такое, обычно… ай! Вот же зараза…, – я едва сдержалась, чтобы не выругаться, когда при попытки оторвать его от пола, Персик едва не вцепился мне в руку.
В итоге, спустя пару минут бесполезной борьбы с собственным котом я вытащила из шкафчика под мойкой средство для чистки стекол и без зазрения совести тыкнула пульверизатором прямо в нос упрямого и несносного питомца. Тот мгновенно подпрыгнул, испуганно фыркнул, сорвался с места и унесся из кухни, забыв о своём недавнем приступе кошачьего бешенства.
– Ну вот как-то так, – я смущенно пожала плечами, возвращаясь за стол.
Дальше чай пили молча. Я рассматривала своего внезапного гостя и никак не могла отделаться от ощущения какой-то неправильности происходящего. Что-то было не так в этом надменном и уверенном в себе мужчине. Возможно, сам факт, что он не побрезговал пройти на мою маленькую, хоть и очень чистую, и уютную, кухню?
Ведь он вообще словно был из другого мира. Из параллельной реальности. Живой персонаж фильма, шагнувший с плоского и яркого экрана в нашу серую повседневность. От него совершенно необъяснимо тянуло какой-то запредельной силой. Словно всё в этом мире ему доступно и подвластно.
А еще этот странный аромат неизвестного мне парфюма… почему, сидя сейчас на своей собственной кухне, я начинала ощущать запах леса, слышать шелест ветра в высоких густых кронах, чувствовать горечь опавшей листвы, влажность мха и древесной коры?
Схожие чувства я испытывала, когда особенно пристально разглядывала свою собственную картину.
Да, определенно, лучшего хозяина для этого произведения было не найти. Я словно рисовала её именно с него и для него.
Неужели в жизни бывают подобные совпадения?
И глаза. Эти странные, притягивающие глаза незнакомца. В них хотелось раствориться, потеряться в этом сосредоточии цвета, дойти до самого дна, чтобы там, на дне этого болотного омута рассмотреть… душу?
– Ки-р-р-ра…, – не голос даже, шепот. Предупреждающий, предостерегающий, тревожный.
Я моргнула, и странное оцепенение пропало. А потом тишину разорвала трель дверного звонка.
Обещанные Дамиром Эдуардовичем рабочие приехали грузить мою картину. Пропустив покупателя вперёд, я прошла следом. Открыла дверь, впуская двух рослых, крепких мужчин, с появлением которых моя квартирка и вовсе стала напоминать домик хоббита, который вдруг заполнила толпа великанов.
Я вновь протиснулась в гостиную и рабочий кабинет по совместительству, поправила упаковочную бумагу, в которую был завернут холст, затянула нити шпагата, проверила, чтобы на всех углах были специальные картонные уголки, во избежание повреждений, и отошла в сторону, позволяя рабочим унести из моей квартиры работу пяти с лишним лет.
Проводила их немного грустным взглядом, и вновь обернулась к Дамиру.
– Что ж, поздравляю с приобретением. Очень рада, что моё творчество пришлось вам по душе. Как мы и договаривались, можете оставить оплату наличными, если вам так будет удобнее, – я выдала набор стандартных фраз при общении с заказчиком и замолчала, ожидая ответа.
Мужчина кивнул, вытаскивая из кармана брюк продолговатый конверт из бумаги цвета кофе с молоком, но прежде, чем протянуть его мне, проговорил:
– Раз кофе вы меня сегодня так и не напоили, тогда, может, согласитесь выпить его со мной в кофейне?
Признаться, я даже замешкалась. Предложение было внезапным и неожиданным. Слишком неожиданным и слишком внезапным. Я вообще никак не могла рассчитывать на подобное. Покачала головой.
– Извините, но вынуждена ответить отказом.
– Почему же, – мужчина вскинул бровь, – у вас есть молодой человек?
– Я думаю, нам не стоит переходить на личные темы, Дамир Эдуардович.
– В таком случае, почему же нет, Кира?
Я растерянно моргнула. Как-то прежде мне ещё ни разу не доводилось попадать в подобную ситуацию. И вот что на это ответить? Как объяснить своё банальное нежелание переводить наши отношения в отличное от делового русло?
– Кира?
Вот ведь… настойчивый.
– Я…, – замялась на несколько секунд, – обычно у меня нет привычки теснее знакомиться со своими заказчиками. Только деловые отношения, и всё такое. Вы меня понимаете? – я махнула рукой и выжидающе уставилась на мужчину.
– Нет, Кира, вы не поняли. Это будет всего лишь небольшой ответный жест удовлетворённого заказчика по отношению к его исполнителю. Позвольте мне таким образом ещё раз отблагодарить вас за чудесную работу.
– Я дико извиняюсь, но, к сожалению, нет. Прошу прощения, мне правда очень неловко. Но не получится… – вновь замялась, и посмотрела на мужчину, ожидая его ответа.
Но тот лишь склонил голову набок, при этом не выражая никаких эмоций.
И только зрачки в его глазах странно подрагивали, словно вторя ритму дыхания. А потом он вдруг единым слитным движением шагнул ко мне, дотронулся до волос, пропустил сквозь пальцы прядь.
Резко втянул воздух, словно дышать ему вдруг стало неимоверно сложно.
Я оцепенела, совершенно сбитая с толку. Кажется, мой мозг даже не успел переварить эту информацию.
А когда до моего сознания дошел смысл его действий, я отшатнулась, инстинктивно делая большой шаг назад и заходя за стоящее около рабочего стола кресло. Словно то было в состоянии меня от чего-то защитить…
– Отказываешься? – медленно и вкрадчиво поинтересовался он, при этом не переставая прожигать меня взглядом своих невозможных глаз.
– Да! – ко мне вдруг вернулась вся моя решительность, щедро подкрепленная внезапной злостью, – я не собираюсь пить с вами кофе. И вообще, не нужно больше делать такое… то, что вы только что сделали.
– А что я сделал, Кира? – по лицу мужчины скользнула какая-то странная, едва уловимая эмоция, различить которую я была не в состоянии. Нет, он что, издевается?
– Вы нарушили границы моего личного пространства, – упрямо произнесла я, – считаю это неприемлемым и недопустимым по отношению к себе. И, еще раз вынуждена извиниться, но у меня много работы, – я многозначительно посмотрела на дверь за его спиной, недвусмысленно намекая, что пора уходить.
Дамир нахмурился, кажется, я всё же различила тень бешенства в его взгляде, но начать нервничать не успела, поскольку мужчина вновь стал собранным и отстраненным. Положил на мой стол конверт, который всё это время держал в руках, развернулся, и направился к выходу.
Я опасливо выдвинулась из-за стула и, держась от мужчины на максимально возможном в условиях маленькой квартирки расстоянии, проследовала за ним в прихожую. Подходить ближе не стала. Кто знает, вдруг ему снова придет в голову меня трогать.
И что это вообще такое тогда было!?
Дождалась, пока мужчина сам распахнет входную дверь, переступив порог и выйдя на лестничную клетку, и лишь тогда подошла ближе.
– До свидания, Кира, – сухо бросил мне на прощание мужчина, уже спускаясь по лестнице от двери моей квартиры.