Граф прошлого Рождества (ЛП)

К Джону.
– Я скоро вернусь, – пообещала она ему.
Бесс заглянула в комнату и настороженно посмотрела на фотоаппарат.
– Вы действительно настолько привязаны к этому хитроумному устройству? Разговариваете с ним и всё такое.
– Да нет, я разговаривала с... – Ванесса оглянулась, но Джон уже исчез. – Хотя, вообще-то, да, это моё самое ценное сокровище.
Бесс искоса на неё посмотрела, но, в конце концов, пожала плечами.
– Иногда я разговариваю со своей печью, – призналась трактирщица. – Она несколько умнее и полезнее моего мужа, и к тому же менее вспыльчива.
Ванесса рассмеялась, следуя за Бесс через соседнюю кладовую в переднюю комнату.
– Вы зовёте мужа Бальтазар, но я слышала, как недавно называли его Рори.
– Владельцы трактира носили имя Бальтазар с тех самых пор, как эта часть света считалась Каледонией. Поскольку в названии трактира имя так и осталось, все зовут им мужа.
– Понятно, – пробормотала она, ничего не понимая.
Дугласы запьянели ещё сильнее, развалившись у камина, поэтому Ванесса не рискнула сесть за один из пустующих столиков и направилась к барной стойке, в конце которой два джентльмена в элегантных костюмах потягивали напитки и играли в карты.
Бесс поставила перед ней дымящуюся миску с тушёным мясом, но никуда не ушла. Ванесса тут же принялась за еду.
– Как вам? – спросила хозяйка, делая вид, что натирает бокал.
– Ну, это... – Блюдо нельзя было назвать вкусным. Чтобы выиграть время, Ванесса принялась пережёвывать невероятно жилистое мясо, которое отдавало запахом дичи. – Сытно и... э-э-э ароматно.
– Да у вас хоть жирок завяжется. – Бесс подмигнула. – Я посыпала рагу вашего кучера особой приправой. Он всю ночь будет мучиться над ночным горошком за то, что оставил вас замерзать в метель.
Ванесса подавила смешок и прилив сочувствия к кучеру, отметив про себя, что не стоит переходить Бесс дорогу.
Прошло совсем немного времени, а Ванессе уже не терпелось вернуться обратно в свой номер.
К Джонатану. Тем не менее, сейчас появилась отличная возможность провести для него небольшое расследование.
– Итак, Бесс, вы рассказывали о трактире. Он уже существовал во время восстания якобитов? Битвы при Каллодене?
– Ох, да! – сказала Бесс. Будучи прирождённым рассказчиком, она явно обрадовалась, что у неё появился благодарный слушатель. – Как и многие фермы и замки в округе, это место служило убежищем для якобитов.
– Но не для англичан?
Бесс прищурила один глаз, из-за чего черты её лица исказились.
– Не в обиду вашим соотечественникам, но после битвы при Каллодене англичане были повсюду. Разумеется, они останавливались в трактире, поскольку отказ в размещении считался бы подстрекательством к мятежу. Но они так и не нашли наши секретные места. – Она постучала себя по голове, будто сама эти места и организовала.
Ванесса оживилась.
– Секретные места?
– Именно. Например, ”Комнату скорби" Кэрри Питагоуэн.
– "Комнату скорби"? – повторила Ванесса. – Звучит восхитительно зловеще.
Бесс наклонилась ближе, её подбородки заколыхались в знак согласия.
– Да, Кэрри работала под этими самыми стропилами во времена Каллодена. Какой же дерзкой шалуньей она была. Любопытной, как и вы. Всегда ей чего-то не хватало.
Ванесса поморщилась. Неужели всё настолько очевидно?
Бесс, видимо, ничего не заметила и продолжила свой рассказ.
– Кэрри бродила по полям сражений якобитов и забирала у павших английских солдат их сокровища. Примерно в то же время года, что и сейчас, когда бушевала метель, сверкало Северное сияние, говорят, она прокляла комнату. Предупредила всех, кто готов был слушать, что в ней живёт лев и сожрёт любого, кто в ней поселится.
По телу Ванессы побежали мурашки. Чтобы отвлечься она проглотила ещё один кусочек мяса.
Не обращая внимания на реакцию Ванессы, Бесс подытожила:
– Конечно, каждое новое поколение не верит в льва Кэрри, но каждый раз, когда мы пытаемся сдать эту комнату, постояльцев преследует призрак.
Ванесса нахмурилась.
– Тогда зачем сдавать её мне?
 
Бесс опустила глаза и провела ногтем по углублению в барной стойке.
– Не знаю, милочка, захотите ли вы услышать правду. Я не могла оставить вас на улице в метель и... что-то мне подсказало, что "Комната скорби" вас примет, а вместе с ней и лев.
Кусочек мяса встал у Ванессы поперёк горла, она сделала большой глоток тёмного эля, чтобы его проглотить.
Ванесса могла представить Джонатана де Лора в образе льва. Свирепого и золотоволосого. Не просто завоевателя, но и полководца, правителя всех земель, куда падал его взор.
Да и он сам прекрасно это знал.
– Держу пари, вам довелось познать тоску, которая живёт в этой комнате. – Бесс понизила голос и проговорила доверительным тоном: – И изрядную долю печали. Иначе зачем вам быть здесь одной в канун Рождества? Если не возражаете, я задам вопрос, почему ваша семья отправилась в Париж без вас?
Её полный жалости взгляд поразил Ванессу в самое сердце, она задумалась над ответом.
– Ну, я...
– Будь я неладен, или это молодое дешёвое виски вызвало галлюцинации, Пристли, – послышался гнусавый голос, мужчина говорил с британским акцентом и слегка шепелявил. – Будь я неладен, если это не малютка Ванесса Латимер?
Ванесса обернулась и увидела, что мужчины, которые раньше играли в карты в конце барной стойки, теперь собрались вокруг неё, блокируя любые её попытки слезть с высокого табурета, на который она взгромоздилась. У каждого из них в руке было по пустому бокалу, а тот, кто к ней обращался, опасно покачнулся.
– Боже милостивый. – Его темноволосый друг, Пристли, мог бы сойти за красавца, если бы не носил жалкие редкие усики. Он искоса глянул на Ванессу своими слишком близко посаженными друг к другу тёмными глазками. – Девица показалась мне смутно знакомой, когда влетела в трактир, но неряшливый вид отбил всякое желание на неё смотреть. Впрочем, она отмылась довольно сносно. Я почти готов поверить, что она респектабельная.
– Да, – произнёс нараспев его напарник, запустив пятерню в свои светлые волосы, которые стали жирными от слишком большого количества дурно пахнущей помады. – Вполне респектабельная. Но нам-то лучше знать.
Мясо стало безвкусным. Ванесса заперла все эмоции на замок, что давно научилась делать, когда готовилась к подобным встречам.
– Джентльмены, – сдержанно поздоровалась она. – Не думаю, что нас представили друг другу, и поэтому обращаться ко мне таким образом невежливо.
Брови Пристли взлетели вверх.
– Боже, неужели мы подросли и начали важничать? Что ты на это скажешь, Горди?
Когда Горди наклонился к ней неприлично близко, цепочка его часов сверкнула. От него разило перегаром.
– Мы слышали, что ты проводишь время в путешествиях по экзотическим местам. Без сомнения, изучая экзотические навыки.
Пристли чуть не швырнул свой бокал в Бесс.
– Подайте мне виски, только не тот со вкусом торфяного болота. А хороший, который вы, без сомнения, где-то у себя прячете. И, если вздумаете разбавить его водой, я устрою чёртов скандал.
Ванесса возмущённо выдохнула, стыдясь своих соотечественников.
– Так разговаривать с хозяйкой ниже вашего достоинства, джентльмены.
Горди наклонился ещё ближе, вынудив Ванессу отстраниться назад, из-за чего она наткнулась на Пристли.
– Я бы предпочёл, чтобы ты ублажила это самое достоинство.
– Да как вы смеете! – фыркнула она. Её и раньше осаждали, но не так публично. И не так грубо.
– В самом деле, Горди, что за вульгарные манеры. Мы делим с тобой одну комнату на двоих в этой дыре, никакого уединения.
Многозначительное выражение лица Горди вызвало у Ванессы приступ тошноты.
– Можем разделить не только комнату. Мы уже делали это раньше. – Он смерил её взглядом, в котором чудесным образом смешались одновременно презрение и желание. – Она из тех женщин, которые позволяют делать с собой всё, что хочешь.