Практика с осложнениями

– Долго и наземным транспортом? – осторожно уточнил кто-то из парней и тут же замолк полк под возмущенным девичьим гомоном.
– Нет! Быстро и без проблем не вышло, а долго и странными путями – нецелесообразно и опасно. Но мэр города оказался так добр, что за небольшую услугу отдал в наше распоряжение целый особняк! Мы можем там жить, пока не починят портал.
– Так уж и небольшую? – скептически отозвалась я, примерно предполагая, о чем идет речь. Приграничный город стоял на отшибе, нечисть, которую в королевстве не отыщешь днем с огнем, тут лезла из каждого леса и амбара. Студенты-маги были лучшим способом ее истребления.
– Ну, вам же все равно в ближайший месяц заняться нечем? – отмахнулся куратор.
– Опять некрокрыс и упырей магией гонять? – простонал Кевин.
– Ну почему же сразу некрокрыс и упырей? – Наш куратор как-то сник. – Может, и не крыс с упырями. Или не только их… В любом случае нам есть где жить и что есть. И все это совершенно бесплатно!
Услуги магов, даже недоучек, всегда стоили недешево, поэтому с бесплатностью наш куратор, конечно, перегнул. Но в остальном он был, конечно же, прав. Раз мы застряли в этом городишке, придется как-то взаимодействовать с местными.
Мы быстро доели то, что не залил сок, собрали вещи и веселой гурьбой устремились навстречу приключениям. Молчалив и мрачен был только Мар. Впрочем, для него это состояние было нормальным.
Хотя…
– У тебя все хорошо? – спросила я, пристроившись рядом с парнем. Мы не общались тесно, но никто не мешал мне попробовать проявить вежливость. После трех месяцев, проведенных бок о бок, это нормально.
Впрочем, могла бы догадаться, что с молчаливым брюнетом фокус не сработает. Он посмотрел на меня так, словно видит в первый раз, и парировал:
– А у тебя?
Я не нашла, что ответить. Потому что у меня-то все было отлично. В целом мне все равно, где провести этот месяц: тут или дома. Более того, это отсрочит принятие одного важного решения, которое я принимать не хотела, но уже обещала. После этого моя жизнь изменится, и я не была уверена, что в лучшую сторону.
Больше я до Мара не докапывалась. Просто шла и думала, что ближайший месяц – это новые возможности. В том числе взвесить все «за» и «против». Точнее, найти «против» к имеющимися у меня «за» или хотя бы понять, зачем я эти «против» так упорно ищу.
Немного было жаль, что моя лучшая подруга Алия успела уехать вчера. Впрочем, жалеть, что твоя подруга нормально подготовится к выпускному, пока ты сидишь в глуши, бесчеловечно.
– Это что за хтонь… – раздалось возмущенное спереди, и мы замерли кучкой, уставившись перед собой в немом изумлении. Возглас принадлежал нашему куратору. Похоже, магистр Келлер такой подставы тоже не ожидал.
Тем не менее повод для возмущения и удивления был. Мы наконец добрались до места. И если сам город был похож на раскрашенную яркими красками декоративную картинку (весь позитивный, с желтыми кирпичными домиками, красными черепичными крышами, увитыми плющом калитками и вазонами, в которых полыхали крупные цветы алой матильвы), то это место покрасить определенно забыли. Оно настолько разительно отличалось от остального города, что я полностью разделала возмущенный возглас куратора. Действительно хтонь. Иначе и не скажешь.
Позеленевший от времени высокий кованый забор… Серые потрескавшиеся столбы у калитки, которые обвивало что-то вьющееся, но давно засохшее… Старый сад с кривыми серыми деревьями, который можно было рассмотреть через потускневшие кованые прутья… И в глубине – мрачный полуразрушенный особняк с черными провалами местами разбитых окон. Он был одновременно пугающим и величественным.
Пожалуй, если бы я увидела его во время прогулки, не стала бы совать на территорию любопытный нос. Даже странно, что мы не наткнулись на него за время практики. Возможно, потому, что жили мы за городом, у самого леса, а сюда выбирались только в редкие выходные и дальше таверны и магазинов не заходили.
Возле калитки суетливо подпрыгивал худенький мужчинка в длинном плаще и очках, как у нашей Истоны. На вид ему было лет под сорок, и вызывал он жалостливо-брезгливое чувство. Слишком хлипкий. Особенно на фоне наших парней и куратора.
 
– Вы долго. – Он недовольно поджал тонкие губы, но после сурового взгляда магистра Келлера, который возвышался над ним на целую голову, как-то быстро проглотил все возмущения и заюлил: – А я вот и ключики уже подготовил. Домик, конечно, давно стоит у нас без владельца… Наверное, пыльненько, но зато все удобства… Меблировка, ванные комнаты, зал для приемов… Отличное место!
– И что же в этом отличном месте никто не живет? – озвучил Винсент общие мысли, чем донельзя смутил мужчину.
– Ну почему это никто не живет? – проблеял он, позвякивая ключами в дрожащих руках. – Живет… кто-то. И вот еще вы теперь живете.
Тяжелая связка ключей перекочевала к нашему куратору, и посыльный (или кто он там?) очень резво смылся. А мы замерли перед входом, не решаясь сделать шаг в это пыльно-серое монохромное царство.
Первой отмерла Лина и простонала:
– Я не хочу туда идти.
– И я… – поддержала ее подруга. – Это обязательно?
– А я не хочу спать под кустом, – парировал куратор и уверенным движением распахнул калитку.
Мне показалось, что он открывает врата ада. Думаю, не одной мне. Но спорить мы были не приучены, поэтому беспрекословно последовали за куратором. Хотя я заметила, что некоторые из нашей не слишком набожной группы осенили себя знаком богов: магией в воздухе пахнуло отчетливо. И я поежилась. Место и правда нехорошее.
Пугающее.
 
Глава 2
 
Сад был старый и унылый, затянутый засохшим плющом и поросший травой, которая, впрочем, тоже засыхала. Тропинку перегораживала колючая изгородь. Ветвистая роза расползалась с одной стороны дорожки на другую и завяла прямо с бутонами. Колючки, поникшие цветы и скрученная листва не давали пройти дальше.
– Тут творится какая-то хтонь, – сказала Лина несчастно, и на нее цыкнули сразу и все.
Лина была пифией-троечницей, поэтому к «хтони» из ее уст все относились изрядно настороженно. Непонятно, что в этих словах от пророчества, а что просто так вылетело.
– Ну а что? Не нужно на меня шипеть, как гадюки. Мой дар тут ни при чем. Сейчас во мне говорит здравый смысл! – с пафосом закончила она.
Я неэлегантно хрюкнула.
– А он у тебя есть? – хохотнул рыжий Михаэль. Высокий, смешливый и заметный в любой толпе. Не только из-за своих вьющихся огненных волос, но и из-за любви ко всему яркому. Например, сейчас на нем была ярко-желтая рубашка, красные плотные штаны и зеленый рюкзак.
– Вот сейчас проклюнулся, – ответила Лина, не обидевшись на беззлобную шутку. Когда всех хорошо знаешь, без труда получается понять, кто хочет тебя задеть, а кто в целом на подобное неспособен.
– Ну что стоим?! – рявкнул куратор командным голосом. – Или вчера зачет сдали и сегодня все навыки забыли? Давайте, убирайте быстро!
– Да не вопрос!
Михаэль скинул заплечный рюкзак стоящей рядом Рейе и подошел к изгороди. За ним последовал Винсент, потирая от предвкушения руки, между которыми уже вспыхивало пламя.
– Вы идиоты? – с искренним недоумением поинтересовался куратор. – Серьезно? Вы собрались жечь?
– Ну а что? – удивился Михаэль. – Сухостой же! Быстро полыхнет – и все.
– Михаэль! – Магистр Келлер закатил глаза. – Посмотри вокруг. Что ты видишь?
– Ну, сад вижу, деревья сухие…
– Вот именно – сухие! Тут все сухое! Ты задумал спалить к чертям все в округе? А мы, между прочим, должны жить здесь до того, как починят портал. Как вы вчера сдали практику? Ну как?
– Не знаю… – искренне отозвался парень. – Чудом… и молитвами. – Он подумал и добавил: – Вашими!
– Уйди с глаз долой, а то пересдавать мне будешь весь этот месяц, на который мы тут застряли!
В итоге Михаэль быстро ретировался, а изгородь убрал Мар, пока все препирались. Просто и незамысловато: длинным изогнутым ножом, матом и парочкой несложных бытовых заклинаний.