Совершенный 2.0: Объединение. Часть 2 (СИ)
Чего Словицкий хочет от меня — это понятно, чтобы мы помогли ему избавиться от контроля Нулевого, а может даже и решили его проблему. И вот что мне делать с профессором? Помочь ему? Неохота, честно говоря, особенно помня, что он со мной делал и собирался сделать. Но не смотря на все это, он все же пришел ко мне. И он в полном отчаянии.
— Арти, что думаешь? — мысленно спрашиваю у нейросети, не спеша нарушать установившуюся в комнате тишину после того как Словицкий закончил свой рассказ.
— Я думаю надо попробовать ему помочь.
— Уверена?
— Нет, но думаю стоит попробовать. И сделать это здесь. Тащить его к Слиянию слишком рискованно, кто знает, что Нулевой в него напихал. Да и вообще выводить его отсюда рискованно, сюда почти не проходят сигналы из внешнего мира и Нулевой возможно не сможет перехватить над ним контроль и вообще как-то повлиять на то что я буду делать с ним. Если же выведем на поверхность, то все станет еще более непредсказуемо.
— Ладно. Но будь осторожна. — все же соглашаюсь с тем чтобы помочь профессору.
— Конечно.
— Есть предположения сколько на это у тебя уйдет времени?
— Вообще без понятия. Все зависит от того насколько там все плохо. Возможно десять минут, может пару часов, а может дни, а то и недели. Вот подключусь к нему, немного изучу что там и тогда смогу более точно сказать. Еще не факт, что у меня вообще получится что-нибудь сделать.
— Мы попробуем помочь тебе. — говорю профессору.
— Спаси… — начала благодарить он меня, но резко замолчал и странно дернулся.
— Нет, нет, только не сейчас! — явно в панике закричал он, а его тело начало дергаться будто во время какого-то приступа размахивая руками и даже ногами.
Делаю несколько шагов назад и подозрительно наблюдаю за происходящим. И что это такое?
— Я… не могу… сопротивляться… он сильнее! — с трудом произнес профессор и еще несколько раз дернувшись, неподвижно замер.
— Арти, засекаешь что-нибудь? — спрашиваю у нее, догадавшись, о чем, вернее о ком, говорил Словицкий. И это меня совсем не радует. А как же слова Арти о том, что здесь почти нет сигналов из внешнего мира и Нулевой не сможет подключиться к профессору? Эх…
— Нет, никаких входящих сигналов.
— Тогда какого хрена?
— Я же говорил тебе не мешать мне? — произнес профессор, посмотрев на меня и не дав услышать ответ от Арти. Только наверно будет правильнее сказать — произнесло тело профессора, сейчас это точно не он, даже интонации голоса изменились.
Вот он серьезно это? Что за пафасность и театральщина? К чему это? Да и в придачу к этому он уже повторяется.
— Допустим говорил, и что? — спрашиваю у него, пытаясь придумать что делать.
Сражаться с ним? Так тело у профессора очень даже неплохое и это будет не самой легкой задачей. Победу я одержу, но какой ценой? Малой кровью тут точно не обойдется, придется действовать радикально. Да и он обратился ко мне за помощью, а я возьму и убью его после того как согласился помочь, не хорошо получится. Нужно найти другой выход.
Ничего не отвечая, Нулевой бросился на меня и попытался ударить. Рывок был стремительный, а вот удар подкачал — в последний момент его рука вообще дернулась в сторону, словно сопротивляясь. И мне совсем не сложно было увернуться и отскочить в бок. А что если это профессор сопротивляется и мешает ему? Из его рассказа, он отключается во время таких перехватов управления над телом, но он же что-то там мудрил, может это сработало?
— Арти, как мне вырубить Нулевого?
— Хороший вопрос. Внешнего управления нет. Это заложенная в него программа и сработала она похоже на тебя. Но вот как выключить ее… пока не знаю.
— Ты думай только поскорее. — говорю ей, уворачиваясь еще от нескольких ударов. И вроде бы это несложно, противник все так же слегка подтормаживает при ударах, но и поле боя не самое удобное и больше, негде особо развернуться.
Слышу приближающийся топот в коридоре. Блин, охрана услышала подозрительные звуки в камере. Нельзя чтобы она ворвалась сюда, Нулевой их положит в два счета. Да и вообще они мне помешают.
— Не входить! — громко кричу и слышу, что топот остановился. Хорошо, послушались.
Сосредотачиваюсь на Нулевом, скача по всей комнате и старательно уклоняясь от его ударов. Бить в ответ пока не спешу, а уклоняться выходит довольно легко. Но вопрос в том, как долго это продолжится? Сколько понадобиться программе Нулевого чтобы решить все проблемы с управлением телом? Хотя… если это именно программа, то она возможно не замечает этих проблем, строго выполняя прописанные алгоритм действий. И возможно именно поэтому у профессора как-то получается ей мешать, это же не сам Нулевой.
— Кажется придумала. Нужно обнулить его память. — произнесла Арти, спустя минут десять моих плясок по камере, когда я уже чуть-ли не по потолку начал бегать от противника.
— Чего⁈ — удивленно восклицаю, уклоняясь от хрен знает какого по счету удара врага. — Это разве не уничтожит и профессора заодно?
— Не должно. Личность профессора скорее всего является частью ядра, а в такой памяти хранятся какие-нибудь временные или не сильно важные данные. Программа же Нулевого записана где-то повыше уровнем, в ядро он бы не смог залезть, это как минимум изменило бы профессора, а то и уничтожило его.
— А если все это была одна сплошная обманка? Если Словицкого там уже нет?
— Возможно и такое. Вот проверим и узнаем.
— Что делать нужно?
— Тебе нужно вонзить пальцы ему в глазницы и выдать мощный разряд тока. Там у него близко электронная начинка и должно достать до нее. Как вариант можно что-нибудь отрубить ему и туда ударить током.
— Понял, глазницы так глазницы. А как удар током соотносится с обнулением памяти? Это больше похоже на то что мы просто спалим ее нафиг.
— И такое возможно. — не стала отрицать Арти.
А давно я не бил кого-то током. Кажется, последний раз это было в прошлой жизни. Поднырнув под очередной удар противника, подскакиваю к нему и сбиваю с ног.
— Заряд готов. Обнажаю руки. — сообщила Арти, а броня на руках стала трансформировать, открывая их.
— Да что ж ты никак не угомонишься⁈ — раздраженно выкрикиваю, когда поваленный противник отказался смирно лежать и стал пытаться подняться и ударить меня.
Хорошенько заряжаю ему кулаком в лоб и пригвоздив обратно к полу, вонзаю пальцы в его глазницы. Миг, и по моим рукам скользнули разряды в виде небольших молний и ушли в глазницы профессора по пальцам. Мгновение, и он дернувшись затих, а из глазниц вырвался какой-то очень подозрительный дымок.
— А ты не перестаралась? — спрашиваю у Арти, поднимаясь на ноги и смотря на лежащее тело. Что-то оно совсем не спешит начинать шевелиться. Да еще и этот дымок… Какие-то у меня нехорошие предчувствия на его счет.
— Не должна была. — неуверенно прозвучало в ответ.
— Словицкий, скотина, давай оживай! — говорю вслух, легонько пиная ногой того по боку, когда спустя где-то минуту тело даже и не подумало начинать шевелиться. Пусть он и скотина, но он пришел ко мне за помощью, и я согласился ему помочь.
— Ох… — внезапно прозвучал тяжелый вздох, когда я уже успел отчаяться и решить, что все же Арти перестаралась и с профессором всё.
Я же в ответ на это облегченно мысленно выдохнул. Он все же жив. И надеюсь, что это он, а не Нулевой.
— Что… ты… сделал со мной? — спросил Словицкий, приподнимаясь с пола и приваливаясь спиной к стене. — Почему у меня такое ощущение будто во мне что-то хорошо прожарили? И что с моими глазами, почему я как-то не так вижу, все какое-то мутное?
Он видит? Это уже хорошо, значит каким-то чудом его глаза все же уцелели. И судя по поведению это все же он и Арти оказалась права.
— Твои ощущения не далеки от правды. Что ты помнишь последнее?
— Мы говорили, ты согласился мне помочь, а потом… Дерьмо! Нулевой⁈
— Нулевой.
— И что? Как? Судя по тому, что я с тобой разговариваю, то у тебя получилось его заткнуть? Правда кажется это не прошло бесследно для меня. Но вроде бы все по большей части работает.