Стражи душ (СИ)

Пекарь был к тому же кожевником и рыбаком. Мельник коптил мясо и мастерил по дереву. Дровосек, работающий на лесопилке, собирал ягоды в каких-то промышленных масштабах и искусно плел сети для рыбаков.
И так с каждым жителем.
Слушал я лешего и восхищался, вместе с тем понимая, что вместе с этим сокровищем прилагается немало хлопот и затрат.
Можно, безусловно, было просто договориться с купцом и явиться сюда по-хозяйски, занявшись исключительно шахтой на острове. Местные может и будут недовольны, но деваться им будет некуда.
Но это было бы крайне неэффективно. Да и не по чести.
Мне нужна налаженная работа, которую можно оставить без особого присмотра. Так, чтобы сами жители лично заинтересовались в успехе. А для этого им требовалось показать, как возрождение добычи мрамора положительно скажется на их жизни.
Но при этом не забывать уважать их достижения, которые и правда впечатляли. То есть не пытаться всё переделать, даже с благородной целью улучшения.
Правда тут вставала другая проблема. С работой у деревенских всё было в полном порядке и лишних рук, чтобы их занять на добыче, просто не было.
Да, можно снять часть бытовых забот, поставляя всё необходимое. Но всё равно это не быстрое дело. Пока я создам условия для приезда новых жителей, нужно как-то выкручиваться.
Добычу следовало наладить как можно скорее.
На первое время, как наилучший вариант, можно нанять одаренных. Взять хотя бы студентов-воздушников из императорской академии. Знакомство с ректором поможет отобрать тех, кому дополнительный заработок не помешает. Стихийники справятся как с извлечением камня, так и с его перемещением на поезд. Обговорю с Ряпушкиным, им ещё и летней практикой засчитают.
Тут бы ещё хорошего специалиста по добыче отыскать. А его уже поставить командовать магами.
Снова всё сходилось к железной дороге. Вывозить материал или привозить товары по расшатанной грунтовке, что вела к деревне, просто невозможно. На ремонт транспорта уйдет больше.
И мне нужен был поезд.
Желательно свой собственный, но для начала и арендованного хватит. Договориться с соседним уездом, когда я изучал карту, то видел что пути вели как через владения Дробынина, так и с другой стороны озера.
Вот это уже можно было поручить старосте, наверняка именно он налаживал торговые связи.
Леший всё говорил, а я чуть за голову не схватился. Съездил за камушком…
Но такой непростой вызов был мне по нраву. Всего сразу учесть не получится, но основные моменты я хорошенько проработаю. А там, с такими золотыми людьми, и с остальным разберемся.
Мы многое обговорили и ударили по рукам.
Перед тем, как спуститься, я ещё раз огляделся. Хорошие места тут, красивые. Но главное — люди чудесные. Ни одного развитого мага, кроме той анималистки, что подтвердил Хийси, а как ладно всё у них устроено.
На прощание горный владыка немного смущенно сказал:
— Может ты и Сохрона, граф, сюда перевезешь? Леса-то свободные, места тут всем хватит. А то сколько можно ему горбатиться на этого жирдяя проклятущего? Раз тут теперь спокойно…
— А это хорошая идея, — одобрительно кивнул я. — Я ему обязательно предложу.
Устрою тут заповедник нечисти, почему бы и нет. С ними я всегда поладить сумею.
— Ты лучше не предлагай, а попроси его, — проворчал леший. — Наш народ шибко не любит одолжений. Но благодарен пень старый тебе будет до самого исхода. Как и я, — неохотно добавил он.
— Спасибо за совет, хозяин горы, — уважительно ответил я и поклонился на прощание.
Тот обрел свой истинный образ и трескуче замахал мне каменной ручищей.
С меня не убудет проявлять к нечисти достойное отношение. Зато в ответ они помогать будут моим людям.
Я чуть не споткнулся, едва не улетев в пропасть. Моим людям. Как-то незаметно такими считать начал. Усмехнулся и продолжил спуск по узким каменным ступеням.
Уже внизу сообразил, что совсем позабыл спросить про князя Дашкова. Недаром же в его книге гора эта отдельно отмечена была. Все мысли оказались заняты благоустройством деревни.
 
Но возвращаться не стал, успеется ещё.
Прежде чем отправиться в деревню, нашел номер и позвонил в резиденцию Дробынина. И назначил встречу на его каменоломнях. Назвался и сказал, что весьма выгодный заказ предоставлю. Репутация Вознесенских для широкой общественности ещё не была исправлена, что мне играло на руку. Не должен пытаться содрать с меня три шкуры. Я был уверен, что к тому времени, когда я приеду, купец выяснит обо мне всё возможное.
По пути заглянул в лесок и собрал горсть земляники, уже вовсю радующую своим сочным цветом и ароматом. Не удержался, съел всё и собрал ещё, для своей легенды.
Тимофей встречал меня возле дома. Сидел на широком бревне и нежился в солнечных лучах, сняв с себя рубашку. Но я заметил, как встревоженно он взглянул и тут же улыбнулся, увидев в моей руке лесной улов.
— Доброго вам утра, ваше сиятельство! Прогуливались по лесу?
— Да вот, — я протянул ему ягоды. — Как тут устоять от прогулки? Воздух-то какой!
— И то верно, — парень закинул гость земляники в рот и застонал от удовольствия. — С ума сойти, вкуснотища какая. А я проснулся только. Вот уж не подумал бы, что столько спать смогу. И как хорошо ведь выспался, будто в раю ночевал.
— Как самочувствие?
Выглядел рыжий весьма здоровым. Румянец на щеках перебивал проступившие от солнца веснушки. Только седая прядь напоминала о прошлом вечере. Но при свете дня она уже не смотрелась так пугающе.
— Хорошо, — хмыкнул Тимофей. — И даже слишком как-то. Как раз занимался практиками, что вы объяснили. Вчера толком не получалось, зато сегодня словно всю жизнь это делал. Вот, смотрите.
Он поднялся и сделал глубокий вдох, прикрыв глаза. Источник теневой силы затеплился, постепенно разгораясь. Он всё рос и, прежде чем я успел что-то сказать, мгновенно исчез.
Рыжий открыл глаза и довольно усмехнулся:
— Во как научился, ваше сиятельство.
— Молодец, — похвалил я.
Показывать, насколько просто его будет выбить из концентрации, я не стал. Пусть порадуется своему прогрессу. Потом займусь серьезными тренировками. А этот день разочарованиями портить не буду.
— Какие наши дальнейшие планы? — Тимофей оглянулся и, кивнув в сторону горы, добавил тише: — Туда отправимся?
— Нет, собирайся, возвращаемся к Дробынину.
— Зачем? — не понял помощник.
— Деревню покупать будем, — огорошил я его ответом и пошел на берег в поисках старосты.
Евдоким Пахомович чинил снасти. Устроился на пристани, закатал штанины, свесил босые ноги в воду и, что-то напевая под нос, прилаживал новую леску к удочке. Рядом лежало ещё несколько и разнообразный инструмент.
— Доброго утра вам, господин! — радостно поприветствовал он меня. — Как спалось?
— И вам доброго утра, Евдоким Пахомович. Чудесно, благодарю. Не только угощений, но и подобного гостеприимства не сыщешь во всей столице. Так что примите от души.
Пусть они и занимались натуральным обменом, но и деньги тут в ходу были. Просто надобности большой не было, как я понял. Тем не менее постой и столование оплатил я щедро. Всё, что пока мог сделать.
Староста от денег отказывался долго. Мотал головой, отчего борода его яростно болталась, и горячо уверял, что для гостей им ничего не жалко и просто так. И что любого бы так встретили, важный то господин или бродяга.
Пришлось делать вид, что я сержусь.
В итоге мужчина осторожно взял пачку купюр и, не взглянув сколько их там, достал из кармана какую-то тряпицу, в которую и завернул деньги.
— Не надо нам этого, — упрямо повторил он, но под моим грозным взглядом убрал сверток в карман, после чего улыбнулся: — Вы приезжайте ещё, просто так, без этого. Место вас приняло, а значит и мы рады будем.
Я вопросительно поднял брови, невольно взглянув на остров. То место приняло не особо хорошо.
— Мы тут живем рядом с природой-то, — объяснил староста. — И чуять её давно обучены. Есть такая мудреная магия, всей земли. Сюда как-то давно шаман заезжал, вот он сказал что тут её особливо много. И мы её вроде как дети, поэтому чуем хорошо. Так вот, чую я, что место вас приняло, господин.