Тень олигарха
— Время такое было, нефть была для отвода глаз, это я потом поняла, а тогда все скупали акции банка, кто имел возможность это сделать, в первую очередь работники самих банков, дивиденды по акциям были космическими. Выпьешь вина? — Саша жестом подозвала официанта, тот моментально обновил бокалы, наполнив их итальянским пино гриджи. — За нас с тобой! — Женщина охотно осушила половину сосуда и продолжила: — Логика событий того времени ясно подсказывала, что затеянная большая «банковская игра» к своей завершающей фазе требовала все больше и больше средств, но под тот же низкий процент.
— Из-за этого надо было убивать? Из-за каких-то бумажек?
— Видишь ли, все понимали, что такое исключительное «банковское счастье» не может продолжаться бесконечно, курсы белорусского и российского рублей не всегда будут иметь такую ощутимую разницу, рано или поздно процентные ставки по кредитам в Беларуси должны были прийти в рыночное равновесие.
— Отец это понимал?
— Конечно. К неудовольствию организаторов самой «игры», он оказался слишком умным и смелым человеком. И, скорее всего, в силу взрывного характера и темперамента где-то как-то и кому-то рассказал о том, что ему все известно, подписав себе тем самым смертный приговор.
— Ты исчезла тогда, пряталась, что ли? Тебе угрожали? — задумчиво спросила Маришка.
— Нет. Если мне и угрожал кто-то, то это косая смерть на двух ногах. У меня была онкология, опухоль мозга, из-за сильной головной боли за несколько дней до гибели Александра меня увезла скорая. После операции пробыла в коме три месяца. За это время погиб еще один родной мне человек, моя непутевая сестра Наташка. Потом я оказалась в Германии, твой отец оставил мне доверенность на получение денег в банке. Не думала, что они понадобятся для реабилитации. Затем учеба в Нью-Йоркской киношколе, в результате удалось сделать неплохую карьеру в Голливуде. И я купила участок для строительства дома. Дорогущий участок для дорогущего дома. Так что я рассчитываю на помощь молодого талантливого архитектора.
— Ты говорила, что заказчик убийства отца избежал наказания, — глядя на обеспеченную публику, мирно поглощающую красивые блюда в ресторане, вернулась к больной теме Маришка.
— Было сообщение, что Саида Омарова застрелили в Ливии. После убийства твоего папы в Минске он более не появлялся. В расследовании словно специально тянули время, отвлекаясь на раскрытие других преступлений. Но такова была система, она навешивала на одних и тех же оперов уйму дел. Двоих бывших оперативников, которые вели это дело, нет в живых, Денисов, руководитель следственной группы, подался в адвокаты. Так что, похоже, исполнители найдены и наказаны, а заказчика наказала сама жизнь. Во всяком случае, он не умер от мук совести.
— Насколько я поняла, его двоюродный брат, Рашид Сафаров, жив-здоров и довольно упитан.
— Причастность к заказу Рашида Сафарова как заказчика убийства вызывает немало вопросов, по некоторым сведениям, было сообщение, что его застрелили в США.
— Почему?
— Хотя бы потому, что история гибели Сафарова столь же запутана, как и вся его жизнь.
Пыльный ящик
Ноябрь, 2007 год, Лос-Анджелес
Ласковое калифорнийское солнце стояло в зените, когда молодые дамы в массивных солнцезащитных очках подъехали к пустующему участку на Беверли-Хиллз. Собственно, то, что купленная здесь земля пребывала без какой-либо скудной растительности, не бросалось в глаза, поскольку у самой обочины дороги ее территорию закрывало несколько высоких худых пальм да разлапистые причудливые деревья с лохматой корой, на ощупь влажной, как кожа человека. За диковинной зеленой оградой взору открывалось потрескавшееся от знойного лета заброшенное пространство с рытвинами и оврагами, словно бульдозер с экскаватором прошлись разок по участку и убрались восвояси. Лишь в самом дальнем углу виднелась деревянная хибара, напоминающая временный сарайчик для хозяйственно-строительных нужд.
— Участок пустовал, когда-то тут стоял дом и новый владелец решил его реконструировать, что-то пошло не так и он продал его, в результате строение пришлось снести полностью, — ввела в курс дела Саша и двинулась вперед по твердому песку.
За ней последовала Маришка, ругаясь про себя за неправильно выбранную обувь на высоких каблуках, отчего то и дело неуклюже спотыкалась и еле удерживалась на ногах.
— Это хорошо, всегда легче новый отстроить, — вымученно улыбнулась и почти обрадовалась Маришка. — План участка есть? Есть какие-то идеи, пожелания, сколько этажей, комнат, бассейн…
— Конечно. Двухэтажный особняк с открытым бассейном и солнечными батареями меня вполне устроит. Давай заглянем в бытовку, покажу кое-что.
Сквозь щели дощатой постройки струился яркий свет. В темном дальнем углу, среди строительного хлама, Саша отыскала коробку и, деловито стряхнув пыль, открыла ее.
— Это первый секрет! — воскликнула дама, извлекая кипу вырезок из старых газет.
— Что это? — подняла брови вверх Маришка.
— Скорей всего, досье на Сафарова.
— Как Сафарова? И как оно здесь оказалось?
— Ящик был зарыт прежним хозяином, надо полагать, строители случайно откопали.
Маришка присела на корточки, удивленно рассматривая вырезки, на которых в центре внимания был запечатлен кавказской внешности немолодой мужчина с черной пышной шевелюрой, орлиным носом и поседевшей бородой, как у Карла Маркса, внимательно вчитывалась в заметки, и брови ее все больше ползли вверх. Наконец, девушка выпрямилась, отложила пожелтевшие страницы в сторону и холодно произнесла:
— Получается, Сафаров эмигрировал в США, когда над ним стали сгущаться тучи? Так он избежал наказания?
— Верно. За время лихих девяностых братьям Омарову и Сафарову удалось скопить несколько миллионов долларов на заказных убийствах, купле-продаже черного золота и банковских акциях. Тут Сафаров купил дом на Беверли-Хиллз за два с половиной миллиона, приобрел хорошие связи в риелтерском бизнесе. Познакомился с еще одним выходцем из России — Николасом Кипиани, который когда-то учился в Нью-Йоркской киношколе на звукорежиссера и завел хорошие связи в Голливуде. Через три года Сафаров, преуспевший в риелторских услугах, продал дом Николасу, у них был общий кинобизнес, им даже удалось привезти в Россию парочку голливудских звезд, таких как Джон Малкович и Дольф Лундгрен, и позже открыть продюсерскую фирму под названием Matador Safari Film.
— Как ты сказала?
— Matador Safari Film.
— Так это же твоя фирма!
— Верно. Я ее купила у Риты Пинкрат, с которой училась в киношколе, и понятия не имела, что она когда-то была связана с Сафаровым. Это был знакомый Кипиани. Рита была моей подругой, и буквально на следующий день после сделки по купле-продаже фирмы подруга таинственно исчезла, а следом за ней — и несколько ее клиентов, в том числе и хозяин участка Никола Кипиани. Думаю, собранное досье на Сафарова — его рук дело. Риту, как и некоторых других богатых клиентов, похитили и заставили перевести деньги на другие счета.
— Здесь сказано, что фирма три года назад специализировалась на оформлении подставных компаний и отмывании денег. Скажи, что ты ни при чем! — От мелькнувших догадок девичьи щеки вспыхнули, руки молниеносно отодвинули пыльный ящик с собранным досье и сжались в кулачки.
— Маришка, дорогая! Стала бы я тебя к себе звать! Какой резон врать? Ко мне никаких претензий нет, я и статус, и название фирмы немного изменила. Мой фильм вошел в шорт-лист Нью-Йоркского фестиваля, где были указаны исходящие данные. И поздно было что-либо менять.
— Зачем ты тогда?
— Фирму купила? Риту спасала, но не спасла. Запуталась бедняжка. И пропала.
— А Сафаров? Есть информация, где он сейчас?
— Вот тут как раз самое интересное. Некие бандиты требовали выманить на встречу Сафарова, но удалось это только Кипиани. Конечно же, после перевода нескольких миллионов долларов Сафаров пропал. И через какое-то время его останки вместе с другими жертвами были обнаружены в водохранилище Нью-Мелонес. По делу ФБР арестовали двух бандитов, Мархеля и Коваленко, которым вскоре присяжные вынесли смертный приговор.