Магия Воды (СИ)

— Я специально подбирала свою рабочую специальность и карьеру так, чтобы иметь возможность путешествовать как можно больше, — Анна покачала головой, — я была почти во всех этих городах. Кроме Новороссийска.
— Наследник не находился там безвылазно, — возразил Лаврентий, — вы могли разминуться.
— Сведения, безусловно, очень ценные, — продолжала Анна, — но как они могут повлиять на нашу стратегию поиска? Единственное, что мы можем корректировать — это нюансы моего социального положения и карьеры там. Я не смогу взять эту информацию с собой.
— Через нашу агентуру мы инициируем большое количество командировок в приморские города.
— А что там с внешним наблюдением? — Спросила Анна, — удалось выяснить, кто вышел на меня и зачем?
— Удалось, ваше величество, — кивнул Лаврентий, — это были не чужие. Грегор проявлял бдительность. Вышел за пределы своих полномочий, разумеется. Думал, мы не сможем засечь. Его ячейка там очень слабая, все-таки такой бюджет скрыть почти невозможно. Мы ее полностью контролируем. Лично я думаю, что он ожидал какое-то ваше решение по престолонаследию, и решил перестраховаться на случай… — разведчик снова осекся, — на случай, если вы сочтете возможным не возвращаться в очередной раз. Зная о нашей преданности лично вам — такой шаг с его стороны выглядит логично.
— И находится на грани измены, — заметила Анна, — как думаете поступить?
— Ячейку не трогать. Контролировать информацию. Быть готовым использовать в ваших интересах.
Соблазн устроить выволочку Грегору был очень силен, но королева сдержалась. Когда высокопоставленные подданные начинают проявлять самостоятельность — это и плохо, и хорошо одновременно. Плохо потому, что каждому правителю в этой ситуации следует начать опасаться за свой трон. А хорошо — потому что это наглядный показатель того, что не перевелись в народе пассионарии; у страны есть будущее, которое не зависит даже от правящей династии. И все же уходить на покой в ближайшее время Анна не собиралась. Поэтому нужно было выяснить, как вообще такое стало возможным, и почему ее личная спецслужба, полумифическая Королевская служба охраны проморгала это дело.
Встреча с Питером, главой охраны, была назначена в глубине английского парка — на небольшом клочком земли, с трех сторон прикрытом отвесными скалами, а с четвертой — обрывом над обычно неспокойным в это время года морем. Разумеется, место это было максимально защищено родовой магией, и как нельзя лучше подходило для переговоров настолько секретных, что даже ее личная защищенная приемная не годилась для этого.
Для всех остальных придворных, включая главных разведчиков и премьер-министра, она удалилась, чтобы медитировать и заниматься йогой. Никто из них не знал, или, по крайней мере, не должен был знать о самом существовании Питера, равно как и о спецслужбе, которую он возглавлял.
Питер. Высокий атлетически сложенный брюнет. Пожалуй, единственный из ее приближенных, кто вызывал в ней женские чувства, и был способен разбудить потаенные желания. Однако Анна была слишком умна, чтобы иметь хоть какую-то личную жизнь в возрожденном ею королевстве. Конечно, в Костном Мире у нее бывали интрижки (некоторые из них даже грозили перерасти в нечто серьезное), но не дома. Да и Питер никогда не выходил за пределы профессиональных отношений, хоть и был бесконечно ей предан. Поначалу она даже думала, что он асексуален, и совсем не интересуется этой стороной человеческой жизни — семьи у него не было, женщин он избегал, но все оказалось иначе. Личная жизнь у него была, просто он прятал ее настолько хорошо, что даже королева, со всеми ее ресурсами, смогла разобраться что к чему только через несколько лет после того, как он занял пост главы ее личной охраны. Впрочем, это знание никак не изменило ее отношение к Питеру. Разве что добавило профессионального уважения — настолько тщательно он смог разделить личное и рабочее, чтобы одно не угрожало другому.
— Вы сделали это, Ваше Величество, — констатировал Питер. Несмотря на то, что голос звучал ровно, Анна чувствовала его бешенство.
 
— Да, Питер, — ответила она, таким же ровным голосом, — я говорила тебе о своих намерениях. И, надеюсь, ты принял их к сведению.
— Я полагал, что мне удалось отговорить вас.
— Заканчивай с этим, — сказала Анна, резко изменив тон, — я тебя услышала, и даже поняла. Хватит играть в оскорбленную невинность. Просто поверь, выбора действительно не было.
— Хорошо, — кивнул Питер, — если мы по-простому, то давай по-простому. Я думаю, ты подписала себе приговор. И заодно всему нашему королевству.
— У тебя есть конкретные сведения?
— Нет, — покачал головой Питер, — но мы работаем над этим. То, что они будут — это просто вопрос времени.
— Мы обсуждали это, — вздохнула Анна, — и приняли как неизбежность.
— Да! Но почему ты не дала нам времени подготовиться?
— Я застала врасплох не только вас, знаешь ли. Поэтому наступило твое время. Если что-то было, готовилось подспудно — сейчас они будут шевелиться. Не упусти момент!
— Ты же знаешь. Мы не упустим, — насупился Питер.
— А вот скажи мне, как вы прошляпили активность Грегора?
— Поясни?
Они подошли к части парка, которая выходила на обрыв. Никаких ограждений тут не было — да и кому их устанавливать, если доступ на территорию был строжайше закрыт для кого-либо, кроме королевы, и ее особо приближенных гостей? Солнце висело в зените, кроны деревьев парили, наполняя воздух душной терпкостью. Откуда-то издалека доносился шум бьющегося в отчаянии прибоя.
— Он устроил небольшую ячейку возле меня, в Костном Мире, — сказала Анна, глядя в голубое небо чуть прищурившись.
— Ясно, — Питер поджал губы, — а ты вообще помнишь про свой запрет на сопровождение там?
— Помню, — улыбнулась Анна, — но удивлена твоей щепетильности.
— А зря. Я не изменник, и никогда им не стану.
— Будь у меня малейшие сомнения, этого разговора бы не было.
— И тем не менее, мы контролировали ситуацию. И сейчас контролируем. В сетке Грегора всего три человека. Ни одного серьезного боевика или мага. Только статисты — наблюдатели, которых можно было протащить в другой мир, не привлекая серьезного внимания. Мы давно контролируем поступающую к ним информацию.
— А меня, значит, ставить в известность не обязательно? — Улыбнулась Анна.
— Помнишь, мы обсуждали этот вопрос, — покачал головой Питер, — ты ведь даже не подозреваешь о девяноста процентах покушений на тебя, которые реально готовились, и были опасными. Потому что, если бы я докладывал о каждом телодвижении — вместо того, чтобы просто выполнять свою работу — ты бы не смогла управлять государством.
— Верно, друг мой, верно, — повинуясь какому-то порыву, Анна протянула руку, и сжала ладонь своего охранника. Пожатие вышло сухим и теплым, — прости, что не берегу тебя.
Питер удивленно поднял бровь.
— Извини, но это еще не все новости, — продолжала королева, — завтра с утра я снова ухожу.
— Но ведь каникулы даже не закончились! И ваш график поездок по стране выполнен только процентов на семьдесят! Что подумают подданные?
— Сделай так, чтобы они не подумал ничего плохого. Или хотя бы постарайся, ладно? — Вздохнула Анна, — Пит, у меня правда нет выбора. Прости, что взвалила на тебя все это.
— Информация об Арти? — догадался Питер.
— Да.
— Надеюсь, Лаврентий не ошибся.
— Я тоже.
— Плывите с миром, моя королева, — сказал Питер, глядя ей в глаза с какой-то обреченной печалью, — ваши рыцари сохранят ваше королевство, или погибнут с вашим именем на губах…
Королева хорошо умела чувствовать не только ложь. Она как точнейший прибор улавливала напряжение в своем окружении. Никто бы не осмелился лгать ей прямо в глаза, но что-то явно назревало. Грегор… Лаврентий… и даже Питер — все они вдруг закрылись от нее, напружинились, словно готовясь к скорой схватке. Не нужно было быть особо прозорливым пророком, чтобы понять — это связано с ее решением по престолонаследию. Принимая его, она продумала и учла множество факторов, и решила, что риск оправдан. Но все завертелось слишком быстро. Все карты спутал Оракул.