Письма для Люка (ЛП)

Глава 4
Люк
Я действительно собираюсь это сделать?
Хейвен приподнимает бровь, в её глазах горит вызов.
Да. Да, это так.
— Хорошо.
Я ставлю своё пиво на стол и встаю. У меня сразу же закружилась голова, и я немного покачнулся, прежде чем твёрдо встал на ноги.
Она мгновенно вскочила, вытянув руки, словно собиралась подхватить меня, если я упаду. Что смешно и восхитительно, учитывая, что я более чем в два раза больше неё. Если она попытается меня поддержать, я раздавлю её, как блин.
  
— Я в порядке, — быстро отвечаю я. — Просто я давно не пил.
Технически, я не должен ничего пить с лекарствами, которые принимаю. Обычно я не забываю о таких вещах, но я был так расслаблен и доволен, что это вылетело у меня из головы.
— Ты уверен, что с тобой всё хорошо? — Хейвен смотрит скептически. И, как я понимаю, очень красива. Перед ужином она переоделась, и теперь на ней белые шорты и пуловер, спадающий с одного плеча. Нежный персиковый цвет оттеняет румянец на её щеках.
Боже, она выглядит так, будто пахнет персиками. Вполне съедобна.
И это определенно не те мысли, которые должны были прийти мне в голову.
— Предложение, — выпаливаю я, и мой голос звучит намного громче, чем я намеревался. Я пару раз хлопаю в ладоши, как делал мой старый футбольный тренер, когда объявлял игру. Обе эти вещи смущают меня, поэтому я оглядываюсь в поисках подходящего места, чтобы продемонстрировать то, что я планирую сказать Лейтон.
Наконец, я хватаю своё кресло и вытаскиваю его на середину террасы. Хейвен откидывается на спинку своего кресла, и я бросаю на неё строгий взгляд.
— Не смейся.
Она рисует крестик над сердцем.
— Клянусь.
Этот жест будоражит мою память. Точно такой же я сделал в тот день, когда она отвезла меня в аэропорт, когда я впервые отправился в зону боевых действий. Я был дома в отпуске, когда мне позвонили. Моя мама только что переехала в Лос-Анджелес, чтобы начать новую работу, а я остался у Райана, чтобы наверстать упущенное и немного отдохнуть.
Но он также сломал ногу и не мог водить машину. А его родители и Хейвен только что уехали в отпуск, который они запланировали несколько месяцев назад. Поэтому Хейвен отвезла меня в аэропорт. Ей только что исполнилось шестнадцать, и она нервничала из-за езды по шоссе.
По крайней мере, я думал, что это было причиной того, что она так сильно сжала руль, что побелели костяшки пальцев. Только когда мы добрались до аэропорта, я понял, что она нервничала за меня и боялась, что я могу не вернуться.
— Я обещаю, что вернусь, — сказал я ей и нарисовал крест у себя на груди. — Клянусь своим сердцем.
Она бросила на меня свирепый взгляд.
— Ты напишешь, как только доберешься туда?
Этого я обещать не мог. Только не с этой миссией.
— Как только смогу.
Я написал это письмо, подсвечивая фонариком в кузове грузовика посреди пустыни. Две недели спустя она прислала мне рисунок Райана, который сжимал в руках плюшевого мишку, пока ему снимали гипс.
Райан клялся, что медведя никогда не было.
Хейвен назвала это «художественной вольностью».
Вдалеке раздаётся гудок, возвращающий меня в настоящее.
— Это всего лишь Паркеры, — говорит Хейвен, махая рукой. Она прикусывает губу. — Надеюсь, они слишком далеко, чтобы увидеть тебя. Иначе они придут сюда, и мы никогда от них не избавимся.
Я быстро опускаюсь на одно колено.
Она смеется.
— Так-то лучше. И теперь ты в правильном положении. — Она наклоняется вперёд. — Итак... дай мне послушать.
Это сложнее, чем я себе представлял. Нервы сводят меня с ума. Если я так волнуюсь сейчас, то как же я буду чувствовать себя завтра перед тысячами людей? Я прочищаю горло.
— Лейтон, я... — я сжимаю челюсти. На меня снова накатывает головокружение, и я закрываю глаза, пока оно не проходит.
Тихие шаги заставляют меня снова открыть их. Хейвен отодвигает кресло и хватает меня за руку.
— Пойдём. — Она пытается поднять меня на ноги. — Это была плохая идея. Давай просто отдохнём, хорошо?
— Нет, я в порядке. — Всё ещё стоя на одном колене, я сжимаю её пальцы. — Я справлюсь.
В ее карих глазах сомнение, но Хейвен кивает.
— Хорошо, — тихо говорит она.
Делая глубокий вдох, я произношу речь, которую репетировал снова и снова.
— Лейтон, я не знаю, как выразить словами всё, что я чувствую.
Легкий ветерок поднимает волосы Хейвен. Свободной рукой она убирает их со лба. Заходящее солнце светит прямо ей в лицо, делая её веснушки похожими на золотую пыльцу.
— Мы вместе уже давно, — говорю я. — Мы начинали как друзья, а потом стали чем-то большим. Но кем бы мы ни были друг для друга, ты всегда поддерживал меня. Даже несмотря на расстояние между нами, ты всегда была рядом. И теперь я дома, и я не планирую когда-либо покидать тебя.
Губы Хейвен приоткрываются. На шее у неё бьется пульс. Румянец на щеках стал ярче, но, возможно, это только от загара. Её обнаженное округлое плечо блестит на свету.
Бьюсь об заклад, у неё теплая кожа.
Боже, она такая хорошенькая.
Внезапно я понимаю, что перестал говорить.
И я снова думаю о том, о чем не должен.
Взгляд Хейвен прикован к моему. Ее грудь поднимается и опускается, как будто ей становится немного тяжелее дышать.
Чёрт, мне тоже.
Я встаю, отпускаю ее и провожу рукой по волосам.
— Эм... В этом-то и суть.
Хейвен отступает назад и обхватывает себя руками за талию. Пальцы её босых ног прижимаются к деревянным доскам под нашими ногами.
— Это было здорово. Просто сделай это завтра, и Лейтон понравится. — Она поворачивается и начинает собирать наши пустые тарелки.
— Давай я помогу тебе с этим.
Она отмахивается от меня.
— Я все сделаю. Присаживайся. — Когда я начинаю протестовать, она добавляет: —У меня есть мороженое со вкусом яблочного пирога в карамели.
Это останавливает меня на полуслове.
— Правда есть?
Она поворачивается ко мне с целой охапкой тарелок. Увидев моё лицо, Хейвен улыбается.
— Я знала, что это привлечет твое внимание.
— Где ты его нашла?
Яблочный пирог с карамелью — мой самый любимый вкус мороженого. К сожалению, больше никому на планете оно, похоже, не нравится. Крошечный магазинчик мороженого в Беллфлауэр-Бэй перестал продавать его много лет назад.
— У меня есть свои источники. — Она кивает в сторону стола. — А теперь сядь, пока я не достала один из тех дротиков и не всадила тебе в шею.
Я сажусь. Что ещё я могу сделать? Хэйвен Барлоу, может, и пяти футов ростом, но она — сила природы.
У меня нет ни единого шанса против неё.
Глава 5
Хейвен
Ладно, предложение было плохой идеей. Люк пьян. Я пьяна.
Что ж... ладно, я пьяна. Не то чтобы я была в стельку пьяна или что-то в этом роде, но мне, наверное, не стоило пить третью банку пива. Мои щёки пылают, а сердце колотится, когда я раскладываю мороженое по двум формочкам. Мне нужно остыть, и это лучший вариант на данный момент. Я не могу убежать наверх и спрятаться. Это было бы слишком очевидно. Люк бы заинтересовался, что случилось, а он слишком джентльмен, чтобы оставить всё как есть. Последнее, чего я хочу, это создавать драму.
Завтрашний день не для меня.
Речь идёт о Люке и Лейтон, его давней девушке.
И всё же я не могу не заметить, каким хриплым стал его голос, когда он репетировал предложение.
«— Мы начинали как друзья, а потом стали чем-то большим».
Когда он это сказал, было легко представить, что он обращается ко мне.
«Прекрати», — говорю я себе. Я прикусываю губу и поливаю мороженое со вкусом яблочного пирога с карамелью шоколадным сиропом для него и ванильным без молока для себя. Я беру в гостиной альбом для рисования и карандаш и возвращаюсь на веранду. На улице уже стемнело, и Люк развел большой костер в костровой яме по середине на открытом воздухе.