Больше, чем шанс (СИ)

Девушка призвала пергамент и быстро написала ответ:
«Я обязательно приду на суд Драко. Он ошибался, но не заслуживает Азкабана. Идея со скульптурой мне нравится, миссис Малфой. Если нужны деньги, то Орден феникса готов их предоставить».
========== 3. Будни бывшего шпиона ==========
Он восстановился необыкновенно быстро для человека, пролежавшего в коме пять с лишним месяцев, врачи только диву давались. Сначала он начал нормально есть, упорно отказываясь от помощи и раз за разом роняя ложку — мышцы от долгого бездействия почти атрофировались. Как будто когда-то он мог ими похвастаться! Но всё же превратиться снова в ребёнка было зверски неприятно, поэтому Снейп с маниакальным упорством разрабатывал кисти и плечи. Для начала. Когда с левой руки сняли гипс, он лежал, зажмурившись, и понимал, что его потряхивает от еле сдерживаемого страха. Когда он наконец распахнул глаза и уставился на собственное предплечье, то от облегчения едва не потерял сознание. Метка никуда не делась, но и не просто поблекла как в прошлый раз — от неё остался едва заметный контур. Как от плохо набитой и не до конца удалённой татуировки. Он сразу прикинул, если попытаться закрыть след настоящей тату — сработает? Мысленно записал это в список того, что сделает, выйдя из больницы. После Снейп начал вставать с койки и пытаться ходить. Тут уже вышло хуже — ноги дрожали, как у старика, а в теле силы было не больше, чем у новорожденного котенка. Но он не сдавался и через два месяца после выхода из комы начал ходить самостоятельно. МакКинли покатывался от хохота и рекомендовал ему употреблять побольше белка и начать ходить в тренажерный зал. Привычно огрызнувшись, Снейп добавил это в свой список. В Хогвартсе его физической нагрузкой было патрулирование коридоров, у Пожирателей — нападения и изредка полёты без метлы, умение, которое он обрел благодаря Лорду. На попытки нарастить мышцы это никак не тянуло. Не то, чтобы он собрался заделаться магглом-спортсменом, но с завистью наблюдая, как МакКинли безо всякого волшебства разгружает на заднем дворе больницы ящики с прибывшими на грузовике медикаментами, Северус понял, что это может пригодиться. Зачем, он не знал, но старательно составлял в уме план.
Когда он осознал, что жив, первой мыслью был ужас от того, что он понятия не имеет, зачем ему жить и что делать. Дальше смерти Поттера и его собственного публичного поцелуя дементора бывший шпион никогда не загадывал. Мелькала идея убиться об стену, но жаль было МакКинли — док радовался, как ребенок, когда смог отвоевать у костлявой хотя бы одного коматозника и было… неправильно ломать его энтузиазм. В конце концов, ещё четырнадцать человек без видимых внешних повреждений лежали и не просыпались. Этот факт немного заинтересовал Снейпа, но без волшебной палочки и пары зелий проверить свою теорию он не мог. Невербальные заклинания упрямо не желали поддаваться ослабленному организму, поэтому он старательно ел, ходил по палате, пялился в окно и… думал. О всяком. Возвращаться или нет в волшебный мир? Скорее нет. Кто его там ждет, кроме уютной одиночки в Азкабане и очереди из дементоров, если они, конечно, еще остались. Судя по метке, тот-кто-опять-был-слишком-самонадеян сгинул навсегда. Стать… рядовым магглом? Тоже нет, он же понятия не имеет, как притворяться ими, да и на что жить? Счет в Гринготтсе у него, само собой, был. Но там не сказать, что пылились золотые горы… так, на пару лет безбедной жизни. Он мог бы найти работу… да хоть в аптеке, но при этом из-под полы готовить зелья? Вот эта идея была ближе, но чтобы её осуществить нужно забрать свои книги и вещи из Паучьего тупика и Хогвартса и посетить гоблинов. Если последнее было не так уж трудно, банковская тайна соблюдалась безукоризненно, то с первым были… проблемы. Родительский дом, так и быть, он обчистит. Заклинания отвлечения внимания, сокрытия, защиты… После можно хоть поджечь. А вот в школу ему соваться никак нельзя — как минимум заавадят, как максимум — сдадут в аврорат. Как особо опасного зверя. То, что Северус Снейп нынче мало чем опасен, никому и в голову не придет. А уж за что его стоить убить, знал любой первокурсник. Хотя бы за мерзкий характер, угрюмую физиономию и метку. Раны от змеиных укусов стянуло, функции печени постепенно пришли в норму. Если не считать редких спазмов от перенесенных круциатусов и хриплого еле слышного голоса, профессор был в порядке.
  
МакКинли настаивал, чтобы он оставался до тех пор, пока окончательно не окрепнет, и Северус был ему благодарен. В конце концов, идти-то ему было некуда. Можно было попытаться связаться с кем-то, кому он хотя бы немного доверял и затребовать Непреложный обет, когда его выпишут. Чтобы помогли, но не раскрывали его чудесное возвращение с того света. Купить палочку, забрать всё необходимое и… и дальше будет видно. Снейп первым делом подумал о Нарциссе, если она жива. Или о Драко.
Ему срочно нужен «Ежедневный пророк» за последние полгода.
Северус маялся, не зная, как выяснить, есть ли в Абердине хоть один волшебник, и судьба, кажется, его услышала. Однажды днем, после обеда, он расхаживал по небольшой аллее и тайком курил сигарету, вымоленную у Дженни, взамен на обещание рассказать о себе что-то, кроме имени. Он не понимал почему, но женщина к нему привязалась. Часто заходила поболтать, помогла с восстановлением двигательных функций и вообще была добра так, как до этого никто. Иногда угощала сигаретой, а разок притащила бутылку пива. Выпуская струйки легкого дыма, бывший профессор зельеварения размышлял, почему раньше никогда не думал о курении — так здорово было добавить к своему образу мрачного гада ещё и вонь табака, когда увидел серебристые спутанные волосы и неземное выражение лица, которое вряд ли спутал бы с кем-то. Полумна Лавгуд собственной персоной появилась на дальнем конце аллеи и двигалась в его сторону. Впрочем, она замечала его не более, чем других людей вокруг. Снейп застыл и подумывал о бегстве, когда его вдруг осенило. Он был одет в простые джинсы, футболку и серый свитер, раздобытые Дженни в коробках офиса Армии спасения, так как его мантию, сюртук и брюки кто-то утащил, а рубашка уже никогда бы не отстиралась от крови. Лицо чуть округлилось и уже было почти человеческого цвета, а спутанные волосы он попросил обрезать покороче — теперь они едва доходили до подбородка. Лавгуд блаженная, но не дура. К тому же, она с Рейвенкло, а подопечные Флитвика были мудры не по годам и ни за что бы не нарушили Статут из-за какого-то бывшего Пожирателя, директора и просто отвратительного типа. Аврорат она, конечно, может предупредить… но позже. А если им удастся договориться, то может, и обойдется.
Решившись, он хрипло окликнул почти поравнявшуюся с ним девушку:
— Мисс Лавгуд…
Луна повернула голову, да так и застыла, уставившись на него слегка расфокусированным взглядом серых глаз.
— Профессор Снейп… — проговорила она тихо. — Вот уж не думала, что умру столь быстро и встречу именно вас… Видимо, всё дело в схожести наших мозгошмыгов.
— Что? — он выронил сигарету и тут же затоптал её подошвой уродливых больничных тапочек. — Я не умер! Вернее, умер, но…
— Гермиона будет счастлива, что её заклинание сработало, — Луна внезапно просияла улыбкой, — я почти убеждена, что это вы по особым вибрациям и выражению искреннего презрения на лице, но всё же… Не против небольшой проверки?
— Разумно, — кивнул он, стараясь дышать ровно и не выругаться от того, что спасла его всё же Грейнджер. Он сам поступил бы так же, предложив проверку. У Флитвика растет достойная смена.
— Что вы сделали, когда в ваш кабинет за мечом Гриффиндора залезли я и Джинни Уизли? — спросила девушка.
— Отправил вас на отработку к Хагриду. И так, к слову, с вами был ещё Лонгботтом, — отозвался Снейп.
Лавгуд кивнула и неожиданно протянула руку. Он пожал её, недоумённо сведя брови.
— Чему… чему вы улыбаетесь? И… за что… это? — он кивнул на стискивающую его руку теплую ладошку, от которой внутри стало так тепло, словно он глотнул старого доброго огденского. А ещё почему-то в глазах немного защипало.