Волчица. Хозяйка диких земель (СИ)

Спустившись на второй этаж, зашла в гостиную - кабинет. Уложила сына в люльку и взялась снова за шитье. 
Шила и думала. Мейе изменился, глаза стали другими, словно в них появилась жизнь. Да и после того, как появилась возможность мыться… Его борода и волосы стали расчёсанными и облагороженными, и пах он вполне приятно, травами.
Не совсем понятно, зачем ему борода? Все мужчины ходят здесь без бороды… А если она и есть, то я видела только короткие. Что он прячет?
Через час я мысленно обратилась к повару, попросив принести мне перекусить. Простая сорочка уже была почти дошита, осталось только вставить кружево на лямочки и под грудь, сделав более жёсткими лиф и подол.
В дверь постучались, и сначала пришел повар, принес еду, поблагодарила его, убирая шитье от любопытных глаз. Следом пришел Мейе, принес мне то, что я попросила.
— Спасибо! Скажи, почему вот так воспринимается все волками? Почему такое спокойствие?
— Потому что это обыденность, — Мейе присел рядом.
— Убийство Альфы? Нападение на меня? Обыденность?
— Да. Альф убивают, делят власть. До старости ни один Альфа еще не дожил. А ты жива, а если бы убили, о тебе бы никто и не узнал, продолжили бы делить власть около замка.
— Какой-то бред. Зачем убивать стариков? — а потом, подумав, спросила, — поэтому трое Альф у меня здесь? Их изгнали из стаи? Потому что они не смогли удержать власть? — я сейчас пребывала в шоке.
— Да, поэтому они здесь, хотят жить… При хорошем раскладе Альфе оставляют жизнь, и он уходит, — пояснил Мейе.
Что за мир… Убивать стариков…
В голове помутилось, я, не соображая, что делаю, встала и вышла из комнаты. Поднялась на третий этаж, оттуда — на чердак. Распахнув дверь на небольшой балкон, я выскочила на него уже волчицей. Когда я успела принять оборот…
«Мой первый приказ! — уперевшись лапами в каменный пол, мысленно направила альфа-силу на всех волков: я чувствовала, как меня слушают, все, я точно знала, что даже дети меня сейчас воспринимают, как Альфу стаи. — Я запрещаю убивать Альф, если они уже постарели, и им есть замена! Если Альфа сам желает сдать свои полномочия, то он должен остаться жить! Всех, кто уже покинул свои стаи — замок ждет в военные и охранные отряды. За вами — опыт боев и жизни! Мудрость прожитых лет!»
Я словно заглядывала всем им в глаза, запечатлевая образ каждого. Находя с десяток мужчин, живущих в палатке в лесу.
«Что нужно от нас Альфе…», — произнес один из них.
«Клятва верности, и посильная помощь!», — посмотрела в глаза каждому. Там была тоска и обреченность.
«Мы дадим тебе клятву!», — кивнул он.
Мужчины встали в круг, и начали зачитывать слова, в конце надрезая себе ладони и сбрасывая капли крови на обледенелую землю.
«Принято! Жду в замке!»
Я сбросила видение стаи, и внезапно почувствовала жуткую тоску. Задрав голову, завыла, изливая боль потери…
Когда воздух в легких закончился, я опустила морду, вернувшись на чердак, цокая когтями по каменному полу, вернулась в гостиную. Упала на шкуру возле камина и шумно вздохнув, положила морду на лапы.
— Не грусти, боль пройдет. Ты еще встретишь того, кто сможет встать рядом, плечом к плечу, — Мейе поднялся с кресла, держа в руках волчонка. Положил мне сына возле морды, и внезапно погладил по голове.
Я зарычала, отгоняя его. Нечего меня жалеть, я справлюсь!
Мейе кивнул, словно соглашаясь, и ушел. Я, облизав сына, подставила ему свой бок, и, прикрыв глаза, начала дремать, чувствуя, как малыш нашел удобное положение и, приткнувшись ко мне, уснул.
  
Глава 11
 
Я лежала и смотрела на огонь, видя в нем пламя боя. Черный замок, вокруг пылают огромные костры, я, придерживая огромный живот, прижимаюсь спиной к белому волку. Я интуитивно чувствую, что это Амере…
Он скалится и рычит, угрожая кому-то, но мы одни, только огонь окружает нас.
Там, за кострами, стоят безмолвные тени, от них исходит безумная волна ненависти. Раздается свист огромного количества стрел, поднявшихся в воздух. Я падаю в снег, на колени, начиная мучиться в родовых схватках. Амере становится надо мной, прикрывая телом.
 
— Уходи, спасай сына! — рычит он.
— Без тебя не пойду! — кричу я в каком-то безумии.
— Портал только на одного… Уходи! — и, повернув голову, цепляет клыками какой-то шнурок на шее, срывая его и толкая меня куда-то.
Всполох синего пламени, и я лечу в дыру, раскрытую подо мной. Смотря, как Амере падает под тучей стрел, утыкавшей его и то место, где я была только что.
Но одна стрела прилетает вслед, да так неожиданно, что я только и смогла дернуться, принимая ее не сердцем, а плечом.
— Нееет!
Мгновение, я падаю в снег, больно ударяясь спиной и теряя сознание…
А очнулась уже другая «я»…
Вздрогнув от звенящего крика, раздающегося в моей голове, я проснулась уже в человеческом теле.
Взяв сына, я прижала его к груди. Амере пожертвовал жизнью, защищая их, а она пожертвовала собой, чтобы жил сын.
— Я дам тебе все, что смогу, отдам душу, чтобы ты жил! — прижала его к себе, страшась того, что могло бы случиться, если бы меня не призвали.
А еще — хорошая новость: я начала вспоминать, как все случилось. Плохая новость: все же Амере мертв… ведь такое количество стрел с ядом не могло оставить его в живых.
Мысли, что я не справлюсь, даже не возникло. Ерунда, всего-то пять десятков мужиков в замке, и армия волков, количества которых я и не знаю.
Но мне кажется, зря так мои Альфы - начальники отрядов спокойны. Серые уже положили начало войне, как бы этого тем не хотелось. Если они решили завоевать земли белых, да еще и пригласили темного мага, то они пойдут и дальше.
— Вопрос только — когда? — произнесла я вслух.
Уложив сына в кроватку, решила все же попить остывшего чая. До обеда еще неизвестно сколько, надо перекусить, да браться за шитье. Вечером хочу начать читать записную книгу Амере, может там есть что-то полезное для меня.
Да, еще бы понять, где замок прячет все запасы продуктов, золота, камней, тканей?
Я ведь видела расписки по оброку, там немало. Я понимаю, что часть уходит на содержание солдат, коней, замка. Но ведь не все же…
Подвал? Но я не видела входа в него.
Перекусив, я дошила сорочку, пряча ее в кармане. Сегодня я надела одно из платьев, что приготовил для меня Амере. Оно было красивое, теплое, и отличалось кроем от предыдущих. Пояс прекрасно подчеркивал талию, а плотная ткань, утяжеляя подол, не задиралась при ходьбе. Цвет темно - синий, но мне кажется, он сейчас уместен…
В шкатулках, стоявших на моем туалетном столике, было полно украшений. Но я пока не хотела ими пользоваться. Все, что я взяла — это серебряный гребень, придерживать волосы на затылке, чтобы мелкие пряди не рассыпались.
Стряхнула с себя какую-то рассеянность, и пошла кроить новые детали для шитья. Чувствуя спиной любопытство замка, он не всегда подглядывал, но когда это делал, пропустить было невозможно. Между лопаток сразу начинался зуд, и я чувствовала отголоски его эмоций: любопытство, скука, пренебрежение, неудовольствие…
— Что случилось? — услышав, что он чем-то сильно недоволен, решила спросить.
«Много шума! Альфы никогда не держали при себе так много воинов! Лошади эти еще — едят много!», — обрадовался он тому, что я его слушаю.
— Они же живые, от меня тоже шум, что же теперь, молчать? — удивилась я.
«Да, но не в таком количестве! Замок гудит, как улей!», — возмутился он.
— Я подумаю, что можно сделать, — а потом спросила: — А есть карта замка?
«Это еще зачем?», — в голосе появилось подозрение.
— Посмотрю, как можно расположить воинов! — ну, давай же, не вредничай.
«В кабинете у Альфы есть…», — сказал, и снова растворился.
До чего же вредный и упрямый старик. Я так понимаю, просто так он ничего не даст, только по просьбе, а то и приказу. Постараюсь не злоупотреблять этим, чтобы лишний раз не слышать его бурчания…