Спасение Лоусона (ЛП)
Услышав звук открывающейся и закрывающейся входной двери, я дважды проверила свои ноги и провела руками под каждой подмышкой, убедившись, что они побриты. Честно говоря, я чуток расслабилась в этом плане в течение нескольких недель. До моего последнего бритья я была волосатой альпакой.
Я провела пальцами по волосам и взъерошила их на затылке в жалкой попытке придать им хоть какой-то объем. Затем открыла дверь и вышла. Он уже был в спальне, положил сумку из магазина на прикроватной столик и снял куртку. Как обычно, он выглядел грубым и жёстким. Не помогло и то, что он только что был на боях, его волосы были взъерошены, а руки всё ещё обмотаны боксёрской лентой.
Хотя всего пару секунд назад я была одержима своей внешностью, не могла вспомнить, когда он в последний раз смотрел на своё отражение. Счастливая задница даже не нуждалась в этом. Он всё время выглядел одинаково. Это было и правда несправедливо — выглядеть так хорошо и не прилагать для этого никаких усилий.
Когда он повернулся и встретился со мной взглядом, его карие глаза мгновенно загорелись. Показалась ухмылка, в которую я влюбилась, когда он оглядел меня с ног до головы.
— Мне нравится длина этой рубашки, — заметил он, медленно облизывая нижнюю губу.
Это была свободная белая атласная ночная рубашка, которая заканчивалась в опасной близости от моей попы. Он купил мне её в каком-то дорогом магазине нижнего белья, прежде чем я превратилась в кита. Теперь, когда я уже не была размером с дом, я, наконец, набралась смелости примерить её. Она скрывала шишки и выпуклости во всех нужных местах, так что я чувствовала себя довольно хорошо.
— Ты собираешься притащить сюда свою прекрасную задницу или как?
Улыбаясь, я остановилась и сказала:
— Расскажи мне о бое.
— А что с ним? — беспечно ответил он.
Я закатила глаза.
— Не прикидывайся дурачком. Как всё прошло?
Он усмехнулся и полез в карман.
— Я тронут, что ты спрашиваешь, — сказал он. — Я настолько часто проигрываю?
Он не дал мне возможности ответить. Он вытащил огромную пачку денег и сказал:
— Конечно, нет. Я выиграл.
Я облегчённо выдохнула. Нам нужны были деньги. Обеспечивать ребёнка было не дёшево, и нам нужно было больше детских принадлежностей.
Увидев облегчение на моем лице, его улыбка смягчилась.
— Я всегда буду заботиться о тебе, Элли. Доверься мне.
Я молча кивнула.
— Знаю и доверяю.
Выглянув из комнаты, он спросил:
— Как поживает чемпион?
— Иди и проверь.
Он вышел из спальни и направился в соседнюю комнату. Эта комната уже несколько месяцев не принадлежала Райкеру. Мы переделали её в детскую. Я последовала за ним и увидела, как он остановился перед колыбелью.
Хит наклонился и уставился на Кайдена Лоусона — наше чудо. Я была на тридцать девятой неделе беременности, когда он решил, что хочет появиться на свет.
Спустя семнадцать часов схваток он родился ранним утром второго февраля, и первое, что сделал — это потребовал еды.
Хит погладил Кайдена по голове, глядя на него сверху вниз самыми нежными глазами. Он был сражён Кайденом. Абсолютно, бесспорно сражён. Было непривычно видеть его таким влюблённым. Я не была уверена, чего ожидала после всего этого, но определённо не Хита в отцовских штанишках.
Я оставила их наедине ненадолго. Сидя на кровати, терпеливо ждала его возвращения, одновременно убеждая себя снова быть готовой к сексу. Доктор обсудил со мной способы контрацепции сразу же, как только я родила, и я выбрала таблетки. Мне не сильно нравилось, что они делали меня невероятно эмоциональной из-за гормонов, но это было лучше, чем быть тупицей и полагаться только на презервативы, как я делала в прошлом.
Да, принятие более разумных решений было целью номер один в этом году.
— Ты прекрасна, сидя здесь вот так.
Я подпрыгнула и посмотрела на Хита, стоящего в дверях с задумчивой улыбкой на лице.
Я улыбнулась ему в ответ, уже покраснев от напряжения в его глазах. Он хотел меня.
Сейчас.
Прямо в эту долбанную секунду.
— Тебе не следует подкрадываться, — заметила я.
— Мне нравится смотреть на тебя, когда ты думаешь, что я не смотрю.
Я рассмеялась и ответила:
— Это немного жутковато.
Он усмехнулся.
— В хорошем смысле, правда?
— Всё, что есть в тебе, хорошо. — Я говорила это совершенно серьёзно.
Хит был для меня совершенством.
Его улыбка немного померкла, когда он пробормотал:
— Не уверен, всё ли во мне совершенно, но я стремлюсь к этому для тебя.
Что-то странное промелькнуло в его чертах. Как будто он действительно не был уверен в себе.
Я встала с кровати и подошла к нему. Он следил за каждым моим движением, его глаза похотливо опускались вниз, к моим бёдрам.
Остановившись перед ним, я провела пальцами по его губам и серьёзно сказала:
— Ты был моей опорой больше года. Я не вижу в тебе ничего плохого. Ты самый самоотверженный человек, которого я когда-либо встречала.
И снова этот взгляд. Он просто не верил в это. Я гадала, что же его так беспокоит, потому что обычно он отмахивался от моих комплиментов дерзким замечанием. Но сейчас он словно хотел их услышать.
— А ты самая понимающая и замечательная женщина, с которой я когда-либо был, — ответил он, и его кадык дёрнулся. — И, — добавил он с лёгкой ухмылкой, снова заигравшей на его губах, — я наконец-то трахну тебя, чёрт побери.
Вот он, Хит, которого я так хорошо знала.
Прежде чем успела ответить, он уже накинулся на меня. Меня никогда не переставало удивлять то воздействие, которое он оказывал на моё тело. Оно повиновалось ему задолго до того, как я могла даже подумать о том, чтобы подчиниться. Моё сердце мгновенно ускорилось, когда он приблизился, и покалывание охватило моё тело в ту же секунду, как я почувствовала его жар. Его грубая рука легла мне на затылок, когда он притянул меня к себе. Его рот врезался в мой, не теряя времени, исследуя его своим языком. Я погрузилась в Хита, не в силах сопротивляться его вкусу.
Его рука прошлась по всему моему телу, когда он прижал меня к двери, покрывая каждый сантиметр моего тела своим. Я почувствовала, как моя ночная рубашка взлетела вверх, а его пальцы скользнули к внутренней стороне моих бёдер.
Господи, я уже была вся мокрая.
Моё тело отреагировало прежде, чем мозг смог сформировать связную мысль. Недели без секса были мучительными, и я чувствовала, как отчаянно он этого хотел.
Он легонько потёр меня, отчего во мне вспыхнули искры. Я задыхалась у его рта и прижала к себе кусок его рубашки.
— Да, пожалуйста, — простонала я.
— Пожалуйста что? — Он весь напрягся.
— Не останавливайся.
Это были всего лишь секунды в раю, когда он отстранился. Я была так возмущена, что чуть не заплакала. Я только что сказала ему не останавливаться, чёрт возьми!
Я открыла глаза и увидела, как он сделал несколько шагов назад, указывая на кровать, когда схватил край своей рубашки и снял её через голову. Чёрт меня побери, он был выше того, что можно описать словами. У меня возникло странное желание просто лизать его везде. И не нужно говорить, что это странно. Я уже знала это. Было странно просто думать об этом прямо здесь и сейчас.
— Ложись в постель, или придётся трахнуть тебя у двери, — сказал он с намёком на улыбку.
Он знал, что я податлива в его руках. В ту же секунду, как он прикоснулся ко мне, я была полностью уничтожена. Он мог бы взять меня на крыше перед всеми, и не думаю, что стала бы возражать. Поэтому я направилась прямиком к кровати и запрыгнула на неё. Он рассмеялся у меня за спиной над моим возбуждением, расстёгивая ремень и молнию на джинсах.
— Раздевайся, — жадно потребовал он. — Хочу видеть тебя полностью. Чёрт, я хочу попробовать каждый сантиметр твоего тела, Эллисон. Это было слишком давно.
Он тоже хотел попробовать меня на вкус.
Значит, я не была такой уж странной.